Читаем без скачивания Кома. Эшелон - Олег Ростов

class="p1">Все три дамы — Софья, Ольга и Елена перевели взгляды с Ильи на меня.

— Поясни, милый? — Ольга вопросительно смотрела на меня.

— Чего пояснять?

— О каком алмазном фонде идёт речь и что за колье?

— Обыкновенном. В Москве который был. Я думаю, что когда вся эта катавасия началась, то золотой запас страны и алмазный фонд стали частями вывозить в разные места, чтобы сохранить. Не знаю сумели ли всё вывезти или нет, но эту часть не смогли довести до пункта назначения.

— И много там алмазов?

— Достаточно. Я не знаю сколько. Но у нас есть опись, проверим её и будем знать, что везли конкретно.

— Что за колье? — Не отставала Ольга.

— Обыкновенное колье. В алмазном фонде не только сами алмазы и бриллианты, но и изделья из них. Самое знаменитое, это большая императорская корона.

— Она что, здесь? — Глаза у Ольги стали величиной с олимпийскую медаль.

— Не знаю. Мы только два ящика открыли, посмотрели. И то так поверхностно.

— Артём, покажи колье. — Потребовала моя жёнушка. Он посмотрел на меня, словно спрашивая, что делать? Блин.

— Лёль, ну колье и колье. Потом посмотришь. — Я решил замять дело, а то сейчас начнётся утро в деревне.

— Артём, покажи колье! — Супруга не обращала на меня внимания. Да что ты с ней будешь делать⁈ Артём виновато посмотрел на меня, пожал плечами и вытащил из внутреннего кармана куртки футляр. Открыл его. Женщины замерли.

— Боже, какая красота! — Проговорила восхищенно Елена. Полюбовавшись некоторое время, Ольга посмотрела на меня.

— А нам?

— Лёль. Подожди. Давай мы разберёмся с тем, что к нам попало. Я тебя прошу. И всем нашим женщинам будут подарки. Обещаю.

— То есть, Валентине сейчас можно такую красоту иметь, а нам потом?

— Оль. Я тебе тоже не хилую побрякушку подогнал после потрошения банковских ячеек. Там тоже не слабые камушки.

— Там рубины. А здесь бриллианты.

— Но ты даже с рубинами не надевала ни разу.

— А где я их буду надевать? Когда на выезд с тобой еду что ли?

— Тогда зачем тебе эти цацки, не понимаю.

— Надо. Пусть лежат. Зато я могу надеть их в любой момент. Это греет душу. А если нет, то и надевать нечего. Итак, муж мой?

— Лёль, я же сказал. Перестань. Будет всё.

— Хорошо. Как скажешь, МУЖ. — Последнее слово она особо выделила. Да мать моя женщина! Женщины забрали карты памяти, всю документацию, оставили только сам контейнер, и ушли.

— Георгич, поставь замки на двери.

— Хорошо. Замки возьму с дверей других вагонов.

— Хорошо. И надо отцеплять вагон. Вот только, как мы его подцепим к себе? Манёвренного тепловоза нет.

— Подцепим. Не беспокойся. — Успокоил меня Георгич. — Я знаю как.

— Марк, — обратился ко мне Илья, — тогда заодно и купейный вагон отцепим.

— Зачем?

— Ты что, забыл? Вагон для свиданий.

— Что за дом свиданий? — Тут же спросил Артём.

— Короче, цепляется к нам купейный вагон. Кто хочет от души потрахаться, идёт туда. Работать будут только три купе, в начале вагона, в середине и в конце. Сейчас то с женой или подругой уединится негде, практически. Так ведь? Везде народ. Это идея Ильи. — Ответил Артёму.

— Хорошая идея. А почему только три купе? Там же больше.

— Это чтобы не слышали друг друга. Стенки между купе тонкие.

— Понятно. Я за!

— Я даже не сомневался. — Ответил ему. Мы все посмеялись.

Заменили замок на двери. Потом начались манёвры. Это тот ещё геморрой. Даже БТР пришлось снимать с платформы, что бы он толкал вагоны. Причём по одиночке. Сначала бронированный вагон, потом простой. Сам пассажирский состав загнали на левую ветку магистрального пути. Бронированный вагон и простой, на третью ветку стационарных путей. Отцепили свой последний броневагон с зенитной установкой, протащили остальной состав на правую ветку магистрального пути, потом сдавали назад на тот стационарный путь, где стояли оба вновь приобретённые вагоны. Подцепили их. Потом вновь на магистральный путь, и назад на тот путь, где стоял наш броневагон.

После всех этих манипуляций, когда вздохнули облегчённо, ко мне пришла женская делегация в большом составе.

— Марк, — паровозом выступала моя мать при активной поддержке моей жены, — как я понимаю, вы обнаружили вагон с частью алмазного фонда. Я всё верно сказала?

— Всё верно.

— Тогда объясни мне, сын, почему одним можно иметь украшения из этого фонда, а другим нет?

Мля, так и знал, что будет головняк.

— Кто сказал такую чушь? Я не говорил, что одним можно, а другим нет. Так подожди, я понял кто такое сказал. — Смотрел в упор на Ольгу. Она сделала неприступный вид правой женщины и чуть ли не нижнюю челюсть вперёд выдвинула. — Да, Лёля, не знал, что ты такая. Не мытьём, так катаньем. Решила тяжёлую артиллерию подтянуть в лице моей матери? Так вот, что я скажу. Артём сейчас вернёт колье назад… Вернёшь, Артём. Никуда оно от твоей Валентины не денется. Всё остальное будет после того, как мы проведём инвентаризацию всего, что нам попало. Пока мы не разберёмся, никто ничего не получит. Но я обещаю, что каждая женщина получит свою красивую цацку с бриллиантами или рубинами, или изумрудами. Я не собираюсь сидеть на этом как царь Кащей, которых чах над златом. Всем понятно. А сейчас немедленно прекратить саботаж и балаган. Расходитесь по своим местам.

На жену даже не посмотрел. Отвернулся. Эшелон двинулся дальше на запад. Впереди был Абакан и Красноярское водохранилище. В команду, которая должна была провести инвентаризацию взял Стаса, Василия, свою мать, как гражданскую главу, Ольгу бортанул сразу. Считали слитки, монеты, сверяясь со списком. Потом вскрывали ящики из алмазного фонда. Большой императорской короны, конечно, не нашли. Даже посмеялись над этим. Но и по мимо ней там было много чего.

Я впервые тогда с удивлением узнал, что алмазный фонд состоит не только из бриллиантов, то есть огранённых алмазов, а также не огранённых, рубинов изумрудов и сапфиров. Здесь были и редкие по красоте турмалины. Я впервые тогда услышал это название. Сначала подумал, что это рубины. Кроме этого, там были камни шпинель. Хризалиты, уникальные по своей чистоте и другие драгоценные и полудрагоценные камни, которые использовались при создании украшений.

Исторических ценностей, то есть украшения 18–19 веков оказалось не так много. Но они были. Пара диадем, броши, заколки для волос, браслеты, ожерелья, перстни, подвески. Но в основном украшения были уже созданные советскими и российскими мастерами во второй половине 20 — начале 21 века. Сверяя список, обнаружили орден Андрея Первозванного — высший орден Российской империи. Он состоял из самого ордена в виде креста апостола Андрея — косой крест с распятым святым на фоне двуглавого орла, украшенные бриллиантами. Серебряной орденской восьмиконечной звезды, так же усыпанной бриллиантами и золотой орденской цепью, каждое звено которой так же было украшено бриллиантами. Все три атрибута ордена имели место быть. Орден Святой Екатерины. Так же украшенной бриллиантами. Диадема из бриллиантов на подвесках, императрицы Елизаветы Алексеевны, жены императора Александра Первого. Так же здесь были два советских ордена «Победы» украшенных бриллиантами. Ими награждался высший командный состав Красной армии по итогам Великой Отечественной войны. Это тоже один из самых дорогих орденов в мире. По мимо двух орденов «Победы». Имелось и три советских маршальских звезды — золотая звезда, украшенная бриллиантом. Помещалась на маршальский галстук. И что самое поразительное, легендарный алмаз «Шах». Я его только по телевизору видел. Мы все смотрели на него восхищенно. Мама, взял алмаз в руки сказала, глядя на камень:

— Я видела его ещё молодой. Мы, Марк, с твоим отцом ездили в Москву, сразу после свадьбы. Там ходили на выставку алмазного фонда. Это удивительный алмаз. Он имеет форму октаэдра. С точки зрения индийских ювелиров, высший алмаз должен быть абсолютно прозрачным и иметь вершины, грани и рёбра в количестве 6, 8 и 12. Они должны быть острыми, ровными и прямолинейными. То есть, алмаз должен иметь кристаллографическую решётку восьмигранника, а это и есть октаэдр. Все грани, рёбра и вершины этого алмаза естественные. Он не был обработан, был только отшлифован. Он абсолютно прозрачен, имеет только чуть желтоватый оттенок. Видите? Это идеальный алмаз. Его история насчитывает более четырёх столетий. Первый его хозяин, был князем