Сначала до нас еще доносились из леса лай собак и крики стражников. Потом они стихли. Вероятно, преследователи сбились со следа и уклонились в сторону.
Всю ночь мы просидели в камышах. Было мокро, холодно и неуютно.
Но самым большим несчастьем были комары. На болоте их была целая туча! И кусались они с необыкновенной свирепостью.
Фунтик был защищен от комаров короткой шерсткой. Незакрыты у него были только губы и нос. Но в губы комары его не жалили, так как Фунтик, по своей привычке, все время жевал. Губы у него двигались, зубы скрипели. Комары боялись, что Фунтик сотрет их в порошок. А нос у Фунтика такой маленький, что комары не могли совершить на нем посадку.
У Хандрилы и Угадая были хвосты, которыми они бойко отмахивались от комаров! Да и не так легко было пробраться сквозь густую шерсть Угадая и Хандрилы.
Один я не имел ни шерсти, ни хвоста. Я шипел и крутился, хлопая себя ладошкой по лицу и шее. Тщетно! Я убил массу комаров, а на их место прилетали новые.
Угадай и Хандрила, из сострадания, обмахивали своими хвостами и меня. Но это мало помогало.
Главное, что я не мог даже пикнуть. Преследователи, бродившие где-то неподалеку, услышали бы.
К утру на меня жалко было смотреть. Нос распух. Оба глаза заплыли. Шея была в волдырях, а искусанные пальцы напоминали сардельки.
Но я стойко все выдержал! Недаром я Михрютка!
Фунтик и Угадай выглядели немного лучше, чем я. Угадай в этой сырости простудился и мучительно удерживался, чтобы не чихнуть. Фунтик, просидевший всю ночь на спине Угадая, очень устал.
Ни на что не жаловался один Хандрила.
Пришли друзья!
Вдруг раздался сигнал Пипа:
- Чиви... чиви... чиви! Пинь... пинь... пинь!..
Почти одновременно послышались хруст ломаемых веток и человеческие голоса. Собачьего лая почему-то не было слышно.
Мы прижались к земле и затаили дыхание. Бежать было бесполезно. Малейший шум мог нас выдать.
Но что это? Тревожное пение Пипа сменилось победным кличем:
- Пинь... пинь... пинь! Тарррарах!
Через несколько секунд и сам Пип закружился над нашими головами.
- Вставайте! Поднимайтесь! - пел Пип. - Пришли друзья!
Мы поднялись с земли и огляделись.
Пип не ошибся. По болоту к нам бежал Пикса. Он бежал не разбирая дороги, спотыкаясь о кочки и падая. За Пиксой шли несколько верзильянцев.
Найти нас в камышах было не так уж трудно. Действие "мапрона" прошло, и нас было хорошо видно. Да и мы, не в силах сдержать радость, побежали навстречу другу.
- Ура, ребята! Вы целы? - крикнул Пикса. - Мы боялись, что вы утонете в болоте!
- Не утонули! - добродушно гавкнул Угадай. - Все в порядке!
И он кинулся к Пиксе, чуть не повалив его на траву.
Что тут только было! Мы едва не задохнулись от объятий и поцелуев. Фунтик даже потерял очки. Потом Пип их ему разыскивал. А Хандриле слегка вывихнули лапу - так крепко ее пожимали.
Наконец все немного успокоились. И Пикса рассказал нам о событиях минувших дня и ночи.
- Король свергнут! - рассказывал Пикса. - Он бежал, бросил ходули. Но его поймала одна из его собственных собак! Министры короля арестованы! Полицейские и стражники разбежались! Впрочем, многих уже переловили!
- А куда делись наши преследователи? - спросил я.
- Они сдались в плен другой группе, искавшей вас! - объяснил Пикса. Отец еще ночью послал вас разыскивать! И, кажется, нам удалось прийти вовремя!
Действительно, вовремя! Если бы не друзья, мы могли погибнуть в зубах полицейских псов или быть заеденными свирепыми комарами!
Проводы до границы
- Может быть, вы вернетесь к нам? спросил Пикса.
- Спасибо, Пиксочка! - ответил я. - Но мы должны отыскать Волшебные Перья! Ты сам понимаешь!
- И так уже много времени потеряли! - присоединился ко мне Угадай.
- Зато приобрели друзей! - мяукнул Хандрила.
- Что ж поделаешь! - огорченно сказал Пикса. - Я понимаю, вам нужно торопиться! Может быть, на обратном пути навестите нас? Но погодите немножко! Мы приготовили для вас небольшой сюрприз!
Тут Пикса лукаво подмигнул нам.
- Серенький! Поди сюда! - крикнул он.
Из кустов вышел ослик. Тот самый, что вез нас на Базарную площадь. Сейчас ослик выглядел бодрым и веселым, хотя на спине у него была навьючена тяжелая поклажа.
- Мы разыскали в тюрьме ваши вещи! - сказал Пикса. - Кроме того, захватили продуктов. И свежей воды в бочонке!
Лучшего подарка друзья не могли сделать! Я уже не без тревоги подумывал, как двигаться дальше без компаса, ружья и палатки? Как делать записи без карандаша и тетради?
Продукты и вода тоже были очень кстати. Мы горячо поблагодарили друзей. Пикса и его товарищи вызвались проводить нас до границы.
- Это государство, - говорил Пикса, - зовется Великой Прибрежной Страной. Людей там нет. Живут одни звери. Но живут дружно. Себя в обиду не дают! Наш Долговязый Верзила пытался завоевать эту страну. И каждый раз терпел неудачу. Звери надавали нашим войскам таких тумаков, что те без оглядки бежали обратно. По правде сказать, наши солдаты и воевали неохотно. У нашего народа с прибрежниками всегда были добрые отношения. Это только у правителей глаза горели на чужие земли.
- А на каком языке говорят прибрежники? - поинтересовался Фунтик.
- На своем, зверином! Но они и наш, верзильянский, понимают, - ответил Пикса. - Ну вот, кажется, дошли!
Перед нами протекал небольшой ручеек. На противоположной стороне грелись на солнышке два зайцапограничника и их командир - толстый серьезный Барсук.
Зайцы при нашем появлении навострили уши. Один из них уже приготовился бежать за подмогой. Барсук снял трубку полевого телефона и начал сообщать комуто о появившихся на границе нарушителях.
- Не волнуйтесь! Мы - друзья! - крикнул Пикса. Сделав нам знак остановиться, Пикса перешел через ручей и рассказал Барсуку и зайцам о переменах, происшедших в его стране.
Вести, сообщенные Пиксой, были приняты с радостью. Барсук пригласил нас на свою сторону ручья. И мы, без соблюдения всяких пограничных правил, через минуту были в другой стране.
Еще через минуту откуда-то взявшиеся прибрежники плотным кольцом окружили нас. Пиксе пришлось раза два или три повторить свои замечательные новости. Поздравлениям не было конца!
Когда, наконец, возбуждение улеглось, Пикса объяснил прибрежникам, кто мы такие и зачем хотим попасть в их государство.
Барсук быстро созвонился с кем нужно по телефону и получил для нас разрешение путешествовать по Прибрежной Стране.
Настала пора расставаться с друзьями. Прощание было радостным и грустным. Радостным потому, что мы оставляли друзей свободными и счастливыми. Грустным из-за того, что мы не знали, свидимся ли. Увидим ли еще тех, кто стал нам дорог в эти дни, кто выручил нас из беды.
Последним, с кем мы прощались, был ослик Серенький, скромно стоявший в сторонке. Мы забрали всю поклажу в последний раз помахали рукой друзьям, перебравшимся на другую сторону ручья.
Барсук спросил меня:
- Куда будете держать путь? В нашу столицу - Зверинск или к морю?
- Наверное, к морю! - сказал я. - До Яфрики ведь можно добраться только морем?
- Само собой! - согласился Барсук. - Но тогда вы не увидите нашей столицы! Она останется в стороне.
Нам очень хотелось побывать в Зверинске! Однако выбирать не приходилось...
Я утешил себя тем, что мы не первые путешественники, кому приходится оставлять в стороне интересные места, если надо быстрее добраться до цели.
- К морю, - продолжал Барсук, прочтя у нас на лицах принятое решение, - идите через Западную Пустыню. Это нелегкий путь, зато самый короткий. Выйдете прямо к пристани. Там останавливаются рейсовые Дельфины и Китоходы Дальнего Следования.
Мы поблагодарили любезного Барсука. Затем еще раз уточнили маршрут и тронулись к пристани.
Глава 15. ВЕЛИКАЯ ПРИБРЕЖНАЯ СТРАНА
Пузозавр получает новое имя
Солнце палило немилосердно.
По моим расчетам, до первого источника воды оставалось пройти еще километров десять.
Это было не так много. Но мы выбились из сил.
На несчастных Хандрилу и Угадая было жалко смотреть. Особенно на Угадая. Он тяжело дышал, язык у него вывалился и висел чуть не до земли.
Пипу тоже было трудно. Раскрыв клювик, он сидел на спине Хандрилы грустный и нахохлившийся.
Фунтик и я легче переносили жару. Но я понимал, что нам нужно отдохнуть. Иначе эти десять километров мы не пройдем.
- Привал! - скомандовал я.
Мы остановились и сбросили груз.
Я достал флягу с водой и честно разделил ее между товарищами. Больше других получили Угадай и Пип.
Себе я оставил всего три глотка. Хоть вода была теплой, я выпил ее с наслаждением.
Угадай, которому стало полегче, воткнул в песок две палки (ими он запасся еще в лесу) и натянул на них полотнище палатки. В тени полотнища мы и устроились.
