она, бросая на него обожающий взгляд. — Это всё. Приступайте, — командует Ривз и задумчиво смотрит в окно. Я плетусь за девушками, чувствуя себя букашкой под наблюдением Лианы.
Мы поднимаемся на третий этаж. Вместо приятного запаха чистоты здесь пахнет пылью и затхлостью.
Лиана грубо толкает меня в узкую каморку. — Осторожнее! — рявкаю я, а она лишь презрительно фыркает.
Глаза слезятся от едкого запаха чистящих средств. Вёдра и тряпки свалены в углу. Настоящая пыточная.
— Следите за ней в оба, — бросает Лиана остальным горничным, — а то ещё, чего доброго, умыкнёт что-нибудь.
— Очень смешно, Ли, — устало вздыхает рыжеволосая, ловко подхватывая сразу два ведра. — Лучше воды принеси.
— Я? Ну уж нет, — тянет Лиана. — Она пусть идёт. Эй, девка, — елейным голосом зовёт она, — считай это традицией: у нас новичкам всегда достаётся самая грязная работа. А у меня дела и поважнее.
Лиана картинно хватает метлу и с наигранным усердием начинает гонять пыль по коридору.
— Не обращай на неё внимания, — тихо говорит рыжая, подмигивая мне. — Я Мэлла, а это — Нэя.
Бледная блондинка кивает, едва выдавив улыбку.
— Я… Элис, — бормочу, чувствуя, как щёки наливаются жаром под их изучающими взглядами.
— Ну что, Элис, держи и пошли, — бодро командует Мэлла, вручая мне тяжелое ведро. — Работы много.
Она ведёт меня по извилистым коридорам замка, а потом через дверь, выводящую на задний двор.
Мэлла вдруг оборачивается, и на её лице вспыхивает широкая улыбка. Ярко-рыжие волосы, хоть и коротко остриженные, всё равно слегка вьются, играя медными отблесками в лучах солнца.
— Ты только устроилась, да? — спрашивает она, идя спиной вперёд.
Киваю.
— Тогда тебе порядки местные невдомёк, — делает вывод Мэлла. — Воды у нас днём с огнём не сыщешь: хозяин на бытовые технологии — ни-ни.
Она решительно тащит меня к старому каменному колодцу, который виднеется у дальней стены замка.
Подходим, и Мэлла бросает ведро вглубь.
Прислушиваюсь, но плеска воды неслышно.
— Пусто. Этот колодец нас редко радует. Даже не знаю, зачем мы его проверяем, — вздыхает Мэлла, тянет верёвку обратно и направляется дальше. — Драконорожденные, они такие: прогресса не признают. Так что оттираем, отскребаем, натираем — и всё вручную. А воды — кот наплакал: четыре колодца на всю крепость, да и те капризничают — то пустые, то наоборот…
— В смысле? — хмурюсь я. — Как это — капризничают?
28. Уборка
Мэлла смотрит на меня с нескрываемым удивлением, словно я только что свалилась с луны.
— Ты что, не из этих мест? — с подозрением спрашивает она.
Я отрицательно качаю головой.
— Наша крепость живая. — Мэлла на мгновение замолкает, подбирая слова. — Раньше она называлась Сиар’Хаан, но драконорожденные, придя сюда, запретили это название. Ненавидит они всё, что связано с людьми. Говорят, одно дело воевать за безымянную крепость, и совсем другое — за Сиар’Хаан, за крепость с историей. Так вот…
— Живая? — перебиваю я. — Это как?
— А вот так. — Мэлла тяжело вздыхает и замолкает.
Мы двигаемся вдоль крепостных стен, пока не доходим до второго колодца. Девушка бросает ведро и слушает звук, когда оно падает.
Опять ничего.
— Здесь тоже нет, — раздражённо фыркает она. — Иногда, кажется, что этот замок издевается надо мной специально.
Следую за ней. Мы идём по узкой тропинке, которая извивается между высокими каменными стенами. Лестница с крутыми ступенями выводит нас на следующий уровень двора, где растут редкие, искривлённые деревья.
Путь становится всё более сложным.
Мы проходим через арку, ведущую в полуразрушенный сад, когда-то, возможно, ухоженный, но теперь заросший сорняками и колючками.
Каменные дорожки давно треснули, поросли мхом, а мраморные статуи, стоящие у обочин, облупились от времени и погоды.
— Так что с крепостью? — не могу сдержать любопытства.
— Ах да, — спохватывается она. — Основал замок могущественный маг Сиарделл. Построил он её на пересечении магических узлов, да ещё и собственной силой наделил. С тех пор каждый из рода Сиарделл, рождаясь и вырастая в этих стенах, передавал им частицу силы. Так и стал замок… живым. Крепость сама выбирает себе хозяина из сильного магического рода, питается его силой, а взамен защищает, тайны открывает. Как новый хозяин пришёл, замок сразу чахнуть и злиться начал. То стена обрушится, то коридор неожиданно в тупик выведет, то дверь возьмёт и исчезнет среди ночи. Мы убираем, скребём, чистим, а назавтра — как будто и не трудились вовсе. Новый хозяин в ярости, но ничего поделать не может: старый лиорд не отдаёт ему родовой знак Сиаров. Вот и ждёт молодой лиорд Сиар смерти отца. Только говорят, что и с родовым знаком не примет замок хозяина, так и будет ему пакостить, ну и нам заодно.
— А вода-то здесь при чём? — не понимаю я.
Мы минуем старый фонтан, который уже давно пересох. Его каменный резервуар треснул, а на дне росли колючие кусты.
— А при том, — отвечает Мэлла, — что крепость сама решает дать воду или нет. Она в колодцах почернела, словно дёгтем кто плеснул. Иногда семь потов сойдёт, пока удастся её добыть.
Наконец, мы выходим к третьему колодцу. Он стоит в глубокой тени, окружённый густыми зарослями плюща.
Мэлла уже без особой надежды опускает ведро, и раздаётся тихий плеск. Девушка вскидывает голову, поднимая ведро с усилием. Когда оно выходит на поверхность, я вижу, полное ведро воды — мутной и чёрной.
— Вот и добыли, — говорит она, осторожно переворачивая ведро, чтобы слить излишки грязи на землю.
Мэлла вручает мне одно ведро и быстро наполняет второе. Тащим воду обратно в замок. Ведра — просто неподъёмные.
По дороге Мэлла молчит и устало вытирает пот со лба.
— Знаешь, — наконец произносит она, когда мы приближаемся к замку, — мы с тобой добыли воды довольно быстро. Может, ты нравишься крепости?
Я невольно ёжусь. Нравлюсь? Если честно, этот замок пугает. И я совсем не уверена, что хочу ему нравиться.
29. Уборка
В полутьме коридора, по которому мы идём, я, наконец, решаюсь спросить:
— Мэлл, послушай, а хранитель Ривз…
— Строгий? — перебивает она, уловив мой вопрос ещё до того, как я успеваю его задать. — Да, строгий, но иначе тут нельзя.
