Только тот путь быстротечен, о котором не задумываешься!..
Да. Астральную шайку уничтожать - нельзя, она необходима другим, таким же, как и я, несмышленым, не уничтожать ее надо, а преодолеть!
И вообще: ничто в жизни нельзя уничтожать. Через Противостояние - преодолевать!
И только!
...Планы мне мои были куда как ясны, другое дело - их осуществление!
Побеждает всегда не просто количество, а количество объединенное. Астральную шайку объединяла воля Остапа Моисеевича. Мне предстояло только два пути: первый - явиться незримым, но ощутимым Победителем астральной воли каждого члена преступной группы в отдельности и потом, в один прекрасный момент, выступить в полный рост их вседержителем; второй превзойти астральную волю Остапа Моисеевича, волю, которая простиралась на всех остальных его подчиненных. И в первом, и во втором случае мне предстояло генеральное сражение с астральным Магистром - обязательно!
Я понимал, что если я выйду на дьявола, не ослабив его волю в его подчиненных, я проиграю. Если же я сразу буду пытаться развенчать волю Магистра, то для этого понадобится уйма времени на совершенствование себя, в противном случае я опять-таки - проиграю...
Тратить свое земное время на совершенствование своей астральной воли и потом, быть может, уже более не возвратиться на Землю в свое земное тело, потому что постареет оно ужасно и умрет...
Не хотелось мне: я еще не мог вообразить себе, представить такое, что я больше не увижу Наташу, маму, свою дочь, Вику, друзей...
Хотя я же не знал, что меня ожидало тогда, быть может, еще более, и наверняка еще более, близкое соприкосновение с ними, но меня пугала неизвестность, пусть даже самая прекрасная, и я прощал себе эту слабость, потому что еще не имел я иного уровня Посвящения, а только догадывался о нем...
Итак, мне хотелось успеть победить в самый короткий срок земного времени астральную волю Магистра, и вернуться, все-таки вернуться в земное тело свое, дабы дожить свое воплощение во плоти. Вот почему я и ринулся по первому пути к своей Победе, я ринулся уничтожить астральную волю дьявола в его подчиненных по Астралу, только сделать это надо было вне ведения самого Магистра, иными словами, отрубить руки и ноги дьяволу, да еще и при условии, чтобы он этого не почувствовал!
Задача восстала из глубины моего мышления не из легких. Но мне ничего не оставалось делать...
И я ринулся наудачу, пошел туда, откуда еще ни разу не возвращалось мое воображение в живых...
Наудачу!
За подборку стихов "Память моя..." Игоря Золотова в коллективном поэтическом сборнике "Счастливый сон" отвечала Зоя Карловна, ведьма с основательным астральным стажем. С ослабления ее астральной воли я и решил начать...
Но я не успел!
Не успел опередить ведьму...
Поэтический сборник уже вышел в свет, когда я прибыл к Игорю Золотову в гости, Игорь сидел на своем кожаном потрепанном диване, на котором под шелушащимся дерматином упруго шевелились кулачищи пружин. Они словно поддавали в зад садящемуся или встающему с дивана, это я испытал на себе, когда позволил присесть своему астральному телу на параллельный земному миру чувственный образ дивана. Золотов как раз разлистнул книгу в том самом месте, на котором она была открыта на зловещем экране Магистра.
- Надо же! - опечалился Игорь. - Опечатка! - Он говорил вслух. - Что значит не дали верстки вычитать! Тянули два года, а тут на тебе: надо быстрее, план, авторам рассылать верстки на вычитку - некогда! Вот же суки проклятые! Долбаная страна дураков! - Игорь нервно отложил сборник в сторону и, пошмыгивая носом, нагнулся, взял со стола валявшийся окурок и прикурил его. Отмахивая дым от лица ладонью, Игорь будто не курил, а тяжело вздыхал и поглядывал искоса на досадное место в книге...
- Что же делать? - размышлял он. - Весь смысл стихотворения испоганили, сволочи!
В Астрале я сидел рядом с Игорем, я знал, как ему помочь, но раздумывал над тем, в какой форме это осуществить.
- Послушай! - произнес я в Астрале, и мой голос чувств громко прозвучал в голове Золотова.
- Что-о? - оранул он в испуге и потом, чуть тише: Что? Кто это?..
- Ты меня не знаешь, - продолжил я было говорить, как Золотов мгновенно вскочил с дивана и, прихлопнув свои уши ладонями, стал пристально и жалобно осматриваться по сторонам, будто выискивая владельца голоса, и он так надеялся кого-нибудь увидеть! Я это чувствовал...
- Зря стараешься, - подсказал я Игорю. - Меня нигде нет вокруг, я в тебе. И тут случилось совсем для меня непредвиденное событие: Игорь кинулся на колени перед старенькой иконой, висевшей в самом углу комнаты высоко под потолком. Он стал, наспех бормоча "Отче наш...", озабоченно и бегло молиться, так, будто его сейчас вот-вот должны были силой оттащить от Божьего образа. Я продолжал сидеть на астральном диване Золотова и, честно говоря, даже не ведал, что и предпринять в такой ситуации. Я никак не рассчитывал на столь набожную реакцию Игоря!
- Успокойся же ты! - наконец не выдержал я.
- Прочь! Прочь, нечистая! - завопил Золотов, вскочил на ноги и выбежал в прихожую. Здесь он, продолжая бормотать молитву, скоро оделся и, страшно громыхнув дверью, уже через несколько мгновений очутился на улице. Я проследовал за ним.
- Дубина! Я же тебе помочь хочу! - попытался я еще раз образумить своего подопечного, но он только лишь плотно опять зажал свои уши ладонями и устремленно ринулся в полубег по улице. Со стороны могло показаться, что Золотов куда-то спешил отнести свою драгоценную голову, он словно боялся уронить ее и оттого крепко стискивал голову руками. Прохожие расступались, приостанавливались и пожимали плечами ему вслед...
Я же неотступно следовал за ним в надежде, что все-таки удастся войти в контакт с Игорем. Минут через десять Золотов суетливо вбежал в церковь: он пересек храм, и остановился слева от алтаря, и упал на колени перед громадной иконой Матери Божьей Казанской. В храме я говорить не мог, потому что все было насыщено медитационной энергетикой чувств и образов, в которой мои чувственные посылы Игорю тут же растворялись.
- Царица Небесная! - возопил Золотов. - Прости меня, грешника! Отведи от меня дьявола!.. Господи! Помоги мне, спаси меня! - неистово молился Игорь и уже начал рыдать, густо всхлипывая, содрогаясь плечами. Старушки пристально молились поодаль от него и время от времени одобрительно кивали друг другу. Игорь вскочил в растерянности, раскрасневшийся и заплаканный, и подбежал к какой-то девушке, она драила церковный пол, состругивала с него особой лопаткой налипшие капли воска.
- Девушка! - прохрипел, оглядываясь по сторонам, Игорь. - Он во мне!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
