– усмехаюсь я, глядя ему в глаза. – Отправлю комплименты твоему тренеру.
– Всякий раз вспоминал о тебе, не хотел ударить в грязь лицом.
Приспускаю его брюки и продолжаю нагло любоваться всем его телом.
– Сочту это за комплимент. Ну, хватит вольностей, – вновь усмешка, после которой я оказываюсь снизу.
Жар его тела пьянит, сводит с ума. Мгновение, и я чувствую его внутри, кричу от удовольствия и наслаждения.
И пусть красивая Москва подождёт, вместе с остальным миром.
24
Натали
Что удивительно, после первого раза Давид не схватился за телефон, как обычно, не пошёл читать срочные новости. Совсем нет. Он просто остался со мной обниматься. Предварительно, конечно же, избавив себя от одежды.
Усмехаюсь и повторяю его жест, откинув пеньюар куда подальше.
– А ты провокаторша, – усмехается он. – Я буду готов повторить через десять минут, – киваю, опускаюсь ниже, готовясь сделать то самое, но Давид меня останавливает. – Не сегодня, – резко поднимает вверх, и вот я снова на нём.
Абсолютно нагая и при этом беззащитная. И плевать, что я сверху, командует парадом всё равно он.
– Вкусненького лишил, – ворчу на него я.
– Вкусного? – переспрашивает он с улыбкой на губах.
С той самой, которую я когда-то обожала. И почему когда-то? Всегда. И сейчас в том числе.
– Ты, как мороженое: вкусный, холодный, притягательный и недоступный. Что за игры, в которые ты продолжаешь играть? – качаю головой и вновь его целую.
Действительно, какая-то очень сложная игра, где я не знаю правил. Игра, из которой мне не выйти победительницей.
– Просто доверься мне, – произносит он, и его руки начинают скользить по моей спине.
Его прикосновение обжигает, и я сдаюсь ему полностью.
Давид слишком хорош, чтобы ему отказывать.
Так продолжается несколько раз подряд, пока мы оба не идём в душ. Впрочем, там мы тоже повторяем наш марафон безудержного секса. Похоже, чтобы кто-то из нас остановился, второй должен одеться.
Никто из нас этого делать не хочет.
– Для человека, у которого два года не было секса, ты слишком хорошо этим занимаешься, – наконец, произношу я с лёгкой одышкой.
– Правда? – усмехается он. – Просто я слишком хорошо тебя знаю, – передразнивает меня он. – Или, может, надеюсь, что ты забеременеешь, и тогда точно не откажешься выйти за меня замуж.
– Ребёнком решил меня привязать? – хмыкаю я, покачав головой. – Не получится, последние полгода по рекомендации врача принимаю гормональное.
– Что-то серьёзное? – он резко становится суровым, хмурым, и я теряюсь: он действительно за меня переживает.
– О, нет-нет, – отмахиваюсь я, пытаюсь его успокоить. – Болезненные эти дни. Отсутствие секса пагубно сказывается на моём женском организме.
Подхожу к окну и любуюсь уже вечерним видом на город. Огни, снег, снующиеся туда-сюда машины… Это мы так долго занимались друг другом, или из-за зимы очень рано стемнело?
– Не переживай, недостатка в сексе у тебя теперь точно не будет, – его горячие руки ложатся на мою талию, и я улыбаюсь.
Хочется верить, что теперь я точно не буду ни в чём нуждаться. Теперь я буду счастливой по умолчанию.
Всё-таки впереди меня ждёт Новый год, который я могу встретить не одна. И с каждым разом я только сильнее хочу сказать ему «да», наплевав на любые другие преграды.
– Но лепестки роз? Ты серьёзно? – наконец, смеюсь я.
– Серьёзно? Номер тебя не смутил, отель тоже, а несчастные лепестки смутили? – на его возмущения хватаю горсть и швыряю в него ему, словно снежок. – Ах, так!
Он вновь подхватывает меня и тащит на кровать. И мы в который раз занялись бы любовью, если не звонок в дверь.
– Доставка еды, – стонет Давид. – Совсем про неё забыл!
25
Натали
Пожалуй, это лучшая ночь в моей жизни. Или, хотя бы, этого года. В перерывах между сексом мы с Давидом разговариваем, едим очень вкусную еду, запиваем шипучими напитками, весело смеёмся, глядя друг другу в глаза.
И бесконечно смотрим на заснеженный город с ночными огнями. Это очень красиво и романтично. Чувствую себя бесконечно счастливой, как будто попала в сказку.
Кажется, весь мир остановился, а время и вовсе замерло: остались только мы с ним. Его улыбка сводит меня с ума, и я понимаю, что так и должно быть. Не хочу, чтобы этот миг вообще заканчивался.
Спим мы в обнимку друг с другом, и утром я просыпаюсь в его руках. Тянусь к его губам и бужу своего спящего принца. Давид отвечает на поцелуй и открывает счастливые глаза.
– Продолжим наш марафон? – задаю провокационный вопрос, коротко хихикнув, предвкушая продолжения банкета.
– Бунтарка, ты же знаешь, я готов не выпускать тебя из кровати хоть всю жизнь, – с какой-то лёгкой досадой отвечает он, и я хмурюсь.
– Звучит не как предложение любви и секса, – прикусываю нижнюю губу, ожидая ответа.
– Я правда тебя хочу, и моё тело тебе это подтвердит, – он берёт мою ладонь, проводит ей по своему животу и останавливается ровно в том месте, где порядочные девочки обычно в смущении ойкают.
Но я не порядочная девочка, точно не после вчерашнего дня и сегодняшней ночи.
– Вот только не говори, что ты устал, – смеюсь я.
– Вовсе нет, – он вновь касается своими губами моей шеи, и меня бросает в жар. – Но мы по-прежнему не официальная пара, и это меня терзает. Мы обсудили все наши проблемы, вспомнили, насколько нам хорошо вместе. Ты уж прости, я не хочу быть парнем на одну ночь. Или на одни выходные, если выразиться корректнее.
Меня словно холодной водой окатывает с ног до головы. Резко сажусь в кровати, высвободившись из его объятий.
Сказка резко закончилась, суровая реальность рухнула мне прямо на голову. Страх застилает мне глаза, превращаясь в защитную агрессию.
– Всё это было для того… – тяжело дышать, еле выговариваю эту фразу, – чтобы заманить меня замуж?
– Бунтарка, ты сама понимаешь, как глупо это звучит? – он тоже садится, пытается коснуться меня рукой, но я одёргиваюсь.
– Не называй меня так! – кричу я от своего бессилия. – Меня называл так бывший в прошлых отношениях!
– Я и есть тот самый бывший, –
