— Конечно нет, я спала. И если бы ты не приперся, я все бы еще спала.
— Ты на хомяка похожа, — смеюсь я.
Округлив глазки, девчонка нависает надо мной.
— Че сказал? Какой хомяк, э? Я худая. Миниатюрная, можно сказать.
— Зато спишь и почти не двигаешься…Тебя к девятому месяцу разнесет.
— Издержки беремености, — обидчиво хмурится Зоя.
— Ладно, я не унижать сюда пришел. Повторюсь. Отец хочет с тобой познакомиться, раз уж… — запинаюсь на слове беременна. Просто смотрю на живот, который девушка инстинктивно прячет, отвернувшись.
— Я еще не дала ответ.
— Если бы хотела бы избавиться от ребенка, не дрыхла бы. А сделала то, о чем договорились, — вскипаю я, сам не знаю почему. Че она жмется, недотрогу строит. Обиженную. Мать предложила деньги, она мысленно уже придумала куда их влить. Вот и все.
Зоя стояла ко мне боком, поэтому я сразу увидел реакцию на мои слова. Ну все. Сейчас ныть начнет. Перемены настроения, все такое, да?
— Знаешь что, гном. А я соглашусь. — поворачивается ко мне, с вызовом во взгляде. — Только с одним условием.
— Интересно каким? Увеличить выплату? — усмехаюсь я и поражаясь ее наглости.
— Нет. Гораздо хуже. Ты меня за это время так достал своим горбатым поведением, что я решила согласиться, если ты станешь моим рабом на то время, пока я вынашиваю ребенка.
Снисходительная улыбка.
Мне как пощечину отвесили. Чего?
— Ты не ох*ела?
— Нет, — ослепленный яростью, бушующей внутри, не сразу заметил что она поставила передо мной чашку с чаем и варенье в пиале. — Кушай, пей. Я скоро.
Стать ее рабом? С дубу рухнула? Гормоны? Шизофрения? Нет, я на это не пойду. И родители тоже, уверен.
Раб. Чтобы я, Ярослав Лукьянов, стал нянькой для гопницы. Пусть и беременной, от меня. Уговор на деньги, а не мое самоуважение.
Да хрена лысого ей.
— И прекрати называть меня гномом, — крикнул я в глубь полумрачной квартиры.
***
— Присаживайся, Зоя. Ничего, что я сразу на ты?
— Конечно, Евгений Юрьевич, — Зоя бросила взгляд на меня.
Я напросился присутствовать на этом разговоре, до ужина. Мало ли что она может им наплести. Нужно контролировать, особенно после ее слов на кухне. До сих пор в голове не укладывается.
— Хочу убедиться, что поступаю правильно, угождая своей жене. — Теперь уже отец косится. Хочет чтобы я ушел? Или это взгляд разочарования, типа разгребай после меня.
День задался не правильно, и грозился так же неправильно закончиться.
Зоя появилась в простом синем платье, с заколотыми волосами, обнажив изящную тонкую шею. Сюда бы колье не лишним было. Но откуда у бедной студентки такое богатство. Даже кулон не надела.
Слой тоналки скрыл синяки, немного туши. Не знай куда ее везти, подумал бы замену Сане нашла.
Уже направившись на выход, задержалась перед зеркалом. Мазок бледной помадой по губам. Я помню какие податливые они на вкус.
Эээ, стоп. Черт. Бесит.
— У тебя есть чувства к Ярославу?
— Легкий зуд от его шуток, считается? — на полном серьезе переспросила дерзкая девчонка.
— А желание выйти за него замуж?
— Упаси… — поняла что ляпнула что-то не то. — Э, то есть нет. Простите, нет.
Я прыснул, оба уставились на меня. сделал вид что зеваю.
— Ярослав, выйди. Ты сбиваешь Зою и не даешь ее сосредоточиться на ответах.
— Что? Может еще запугиваю? Чем же?
Холодный взгляд отцовских глаз и сведенных над переносицей бровями делают дело. Выхожу.
Когда они вышли, спустилась мать. Костюм в цвет Зойкиного платья, только ткань благороднее смотрится.
Сели ужинать.
— Зоя, почему ты не ешь? Аппетита нет? — поинтересовалась мать, пригубив вино.
— Кусок в горло не лезет в такой обстановке. Непривычно. Дорого и красиво, — оглядывается. — Чувствую себя сорняком на цветочном балу.
Вежливый смешок членов моей семьи.
— Не заметишь, как привыкнешь, — довольно произнесла мать.
— У меня через пару месяцев квартиранты с бабушкиной квартиры смогут съехать. Так что я туда переберусь. Извините, но мне здесь не уютно.
Я почему-то ей поверил.
— Тогда предлагаю другой вариант, — прожував кусок, отец обратился ко мне. — Зоя будет жить с тобой.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Нет, — ответил резко. — Это ты предложила, да?
— Что предложила? — заинтресовалась мать.
— Чтобы на время беременности я стал ее слугой.
Тишина. Зоя испуганно озирается.
Мать с отцом рассмеялись.
— Ну, если забота о состоянии вынашивания собственного ребенка считается прислуживанием, тогда да.
— Мам, — ну же, женщина. Спаси единственного сына. У тебя должно быть материнское чутье.
— Прекрасно, — подытожил отец.
Оставшуюся часть ужина прошла в непринужденной беседе. Быстро нашли общий язык, удивительно. Плебейка в аристократическом Раю. Целых девять месяцев, хотя. Уже восемь, получается. Восемь месяцев угождать и унижаться перед этой сорвиголовой. А я ведь даже фамилии ее не знаю.
Неожиданно позвонила служба охраны. С моей квартиры доносятся странные звуки и мольбы о помощи. Приехали какие-то ребята, говорят в квартире девушки заперты.
Бл*
Я забыл. Девки, с которыми ночь провел. Закрыл, чтоб не стащили ничего.
Черт.
Извинившись перед родителями, поспешил слинять.
— Я с тобой, — запрыгнула в тачку Зойка.
— Какая-то ты резвая для беременной, — недовольно выдавил я.
— Беременная, не больная, — пристегнулась.
Через десять минут мы были у меня на квартире.
***
— Кретин.
— Он еще одну притащил….
— Сволочь. Мы на тебя в полицию заявление напишем, — бранились девочки, которых пришлось с охраной выводить. Злобные орки в стрингах. Где были мои глаза. Шутка, конечно. Но попадать им в руки не хотелось.
— Не засыпай, он закроет тебя и смоется, — орала одна из лифта.
— Весело у тебя, — прошла как к себе домой. Огляделась. — Мне тут нравится. Хотя все равно пафосно.
— Раз тебе нравится у себя в трущобах, вали.
— Хорошо, — послушно поднялась и направилась к дверям.
— Я не побегу за тобой, — крикнул я.
Хлопнула дверь.
Черт.
За что мне все это?
Глава 15
Зоя
Выскочив из квартиры Яра, понеслась прочь. Ничего, индюк неощипанный. Оторвусь по полной. Жди. И бойся.
На завтра мы с Тамарой договорились поехать в клинику, встать на учёт. Пройти обследование. Какого же будет ее удивление, не обнаружив меня в оговоренной локации.
Ещё вещи нужно собрать. Ближайшие восемь месяцев буду жить у Лукьяновых. Конечно, я пошутила про рабство. Но блин, Яр сам напрашивается. И да, мне не уютно у них дома. Ещё разобью что-нибудь со своей криворукостью. Раз плюнуть. И не раз. К концу срока это не они мне платить будут, а я должна окажусь.
А ещё мне стыдно. Дико стыдно за свое поведение. Можно подумать я хабалка какая-то. Но я так переволоновалась, и вместо того чтобы заткнуться, пыталась шутить. Бэээ…
Поймала такси. Назвала адрес и смотря в окно ждала.
Думала Яр за тобой побежит? С чего? Вы никто друг другу. Его не колышит, что ты сбежала. Даже ребенок этот… Временные неудобства, чтобы сделать мать чуточку счастливее.
Ехать оказалось прилично.
Мне не хватило пару сотен. Чего так дорого? Даже не подозревала что придется такси до дома нанимать. Позвонила Галке. Уже поздно, но надеюсь ее телефон не на вибро.
К моему счастью девушка зубрила конспекты.
— Галка. Выручи. Я тут внизу, в такси. У меня двести рублей не хватает. Вынеси, а?
— А картой?
— Денег нет на карте.
Как только села в такси, перекинула Яру обратно деньги, что парень прислал на аборт. И по случайности скинула свои пятьсот рублей. Не долго думая, дописала "проценты".
Погундосив что-то скорее для себя, чем мне, подруга через пару минут спустилась, расплатилась и мы пошли домой.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— На свидании что ли была?
— Скорее на смотринах, — устало ответила я. Вспомнила про Саню. — Кстати, сегодня никто не приходил?
