пару шагов вперёд, освобождая дверной проём, в который тут же вошёл Антон и увидел стоящую перед тем креслом, в котором он спал, достаточно молодую, высокую, худощавую женщину.
Короткая стрижка, зачёсанных назад тёмных волос; тёмные глаза смотрят внимательно, без испуга; прямой нос; тонкие, едва видимые, почти бесцветные плотно сжатые губы; небольшой подбородок и тонкая шея; и если бы такая девушка встретилась Антону на улице земного города, навряд ли бы он обратил на неё внимание, потому что ничего привлекательного в её облике совершенно не было. Одета молодая женщина была в тёплую куртку с высоким воротником, практически, такую же, в какие были одеты и все мёртвые жители этой деревни, которая была ей, явно, велика, но всё же из рукавов которой торчали её едва ли не белые, худые руки. На ногах были высокие ботинки, которые обычно носят десантники, в которые были заправлены её тёмные брюки.
Нижняя челюсть Антона невольно опустилась — это, действительно была Шатова, насколько он её помнил, но только время не состарило её, а наоборот, сделало моложе.
— Госпожа Шатова. Ну и ну! — произнёс Антон, вытягивая губы в широкой усмешке.
Брови молодой женщины приподнялись, рот приоткрылся, но она так и осталась безмолвной.
— Вижу вы не узнаёте меня, госпожа Шатова? — усмешка Антона сделалась шире. — А ведь вы когда-то отправили меня, как сами посчитали, на верную смерть. Но как видите — я жив. Так же, как и вы. Только странные с нами произошли метаморфозы: я, как и требует время — состарился, а вы, будто для вас время все эти годы шло в обратном направлении — помолодели. Ну и ну! Может поделитесь секретом?
Глаза молодой женщины сделались больше и круглее и в них, определённо, появился испуг, если не страх.
— Испугались! — Антон негромко хмыкнул. — Но я не намерен никуда вас отправлять. Оставайтесь здесь и молодейте дальше. Лишь один вопрос: что здесь произошло? Почему все, кроме вас, умерли? Кроме вас и ещё одного молодого человека, который, по неосторожности, убил сам себя.
Молодая женщина, вдруг, села в кресло и прижала ладони к своему лицу, ещё плечи начали вздрагивать.
— Вы что-то понимаете? — произнёс Антон, поднимая плечи и обводя взглядом своих спутников.
— Такое впечатление, что она не разговаривает, — произнёс Герасимов, крутя головой.
— Немая? С чего бы? — заговорил Антонов. — Хотя, возможно она потеряла дар речи от того, что перед ней сейчас те, которых она пыталась отправить на тот свет и которым ничто сейчас не мешает отправить её туда же. Страшно умирать, госпожа Вероника Шатова.
Молодая женщина, оторвала руки от лица и вскочив с кресла, подбежала к тумбочке, которая стояла у другого кресла и выдвинув один из его ящиков, что-то достала из него и развернувшись, вытянула руку с предметом перед собой, определённо, в её руке был зажат лист бумаги.
Ничего не говоря, Антон первым подошёл к молодой женщине и взяв из её руки лист бумаги, развернул его к себе — это был групповой портрет, нарисованный, скорее всего, карандашом. На рисунке были изображены четыре человека: два старых и два достаточно молодых; две женщины и два мужчины, но самым странным было то, что женщины и мужчины были удивительно похожи друг на друга, будто это были портреты мужчины и женщины изображённые через время.
— Может быть ты, что-то скажешь об этом портрете времени? — произнёс Антон, протягивая лист с портретами советнику.
Взяв лист бумаги, Антонов повернул его к себе и тут же громко хмыкнул.
— Здесь изображены две Вероники Шатовой и два Сартанова, — заговорил он. — Такие, какими они были, когда пришли на Кентауру и такие, какими стали по прошествии более, чем тридцати лет жизни на ней, странным образом помолодевшие.
— Это муж с женой и их дети, — раздался голос Герасимова, который неслышно подошёл к Антонову и заглянул в рисунок. — Что же тут неясного? — он дёрнул плечами.
— Если она осталась жива после того, что здесь произошло, то возможно и ещё кто жив, — произнёс Антонов, поднимая взгляд на Антона. — Нужно обойти все дома.
— Я проверил сегодня несколько домов, их входные двери были заперты, — Антон поднял одно плечо. — Странно, почему она свои двери не запирает. Не боится или знает, что её никто не тронет? А где она была прошлой ночью? — Глядя на молодую женщину, он взмахнул подбородком.
Никакого ответа от молодой женщины не пришло, но всё же она мотнула головой, неизвестно о чём давая знать.
— Разберись с ней, — заговорил Антон, поворачивая голову в сторону советника. — Что от неё можно ожидать. Уснём, перережет всем горло. Я схожу за продуктами в левет и попытаюсь связаться с файтагом, — развернувшись, он шагнул к выходу.
* * *
На улице уже было темно и лишь тёмный контур левета на белом снежном поле помог Антону сориентироваться. Крепко сжимая в руках фраунгер, он побежал к левету. Оказавшись в летательном аппарате, он сначала попытался связаться с грузовым кораблём. Попытка оказалась успешной, так как файтаг находился на той же стороне планеты, где находился и посёлок. Обменявшись сообщениями и получив от вахтенного, что никаких чужих кораблей вокруг Кентауры не наблюдается, Антон загрузил в пакет энергетик и продукты, теперь уже на четверых и покинув и закрыв левет, быстрым шагом вернулся в дом.
Когда он вошёл в комнату, то Антонов и Герасимов сидели на тех диванах, на которых провели и прошлую ночь, а молодая женщина сидела в его кресле, уткнув лицо в воротник своей куртки, будто замёрзла, хотя в доме было вполне комфортно и Антону ничего не осталось, как направиться к одному из небольших кресел, по пути поставив пакет на стол, потому что сидеть в другом большом кресле, рядом с молодой женщиной у него желания не было. Подойдя к креслу, он поставил фраунгер рядом с ним и развернувшись, вернулся к столу и взяв пакет, подошёл к молодой женщине и достав из пакета две баночки с энергетиком и две упаковки с продуктами, положил на кресло рядом с ней.
Тут же схватив одну баночку с энергетиком, молодая женщина, мгновенно открыла её и поднесла ко рту. Отстранила она баночку ото рта видимо тогда, когда та была уже пуста.
— Ну и ну! — подняв брови, Антон повернул голову в сторону Герасимова. — Теперь понятно, кто вчера опустошил твою вторую баночку. Только, опять же, где она пряталась? Не удалось узнать?
— Нет! — Герасимов мотнул головой и поднявшись, подошёл к Антону. — Я тоже хочу пить. Весь день снег ел.
Отдав технику его долю продуктов,
