бы, или сдвинули бы защёлку, — Антонов махнул рукой, вставая с дивана. — Ты, действительно намереваешься обойти весь посёлок? — заговорил он, поворачивая голову в сторону Антона. — Более сотни домов. Придётся лазить весь день. Холодно! Замерзнем!
— Тёплая одежда теперь у нас есть, — Антон вытянул руку в сторону лежащих на полу тёплых курток. — Разделимся. Я и ты. И Герасимов с молодой женщиной. За пару часов обойдём. Ломиться в закрытые двери не будем. Постучали — не открыли, идём дальше. Если дом открыт, заходим и быстро осматриваем.
— Почему я с ней? — произнёс Герасимов, с явным возмущением в голосе.
Антон повернул голову в его сторону. Затем погримасничал губами.
— Хорошо! — он громко хмыкнул. — Я пойду с ней. Иди с советником.
Ничего больше не сказав, Герасимов прошёл к дивану, на котором спал, взял своё оружие и подойдя к Антонову, стал рядом с ним.
— А если кого найдём? — произнёс Антонов, будто априори соглашаясь со старшинством в их команде Антона.
— Пусть ходит с нами, — Антон дёрнул плечами. — Здесь три улицы. — Мы обследуем дома их одной стороны, вы другой. Работаем синхронно, чтобы не терять друг друга из вида.
Донёсшийся шум заставил его повернуть голову — в проёме двери стояла молодая женщина, одета так же, как и была одета вечером.
— На выход! — Антон повёл подбородком в сторону молодой женщины. — Идём к левету. Каждый получает напиток и упаковку продуктов. Есть будем на ходу.
Подойдя к лежащим на полу курткам, он взял одну из них и принялся одеваться.
* * *
Антон был оптимистом, говоря, что на обследование посёлка хватит двух часов: едва хватило шести. Начали они обследование, когда, скорее всего, уже было позднее утро. Снег всё же ночью был, но не большой, даже не засыпав полностью их вчерашние следы и хотя ходить по нему было не трудно, но много времени занимало обследование открытых домов, а их открытых в посёлке оказалось едва ли не две трети.
Проходя мимо здания администрации, Антон отметил, что ночью звери опять приходили к зданию, потому что вокруг него было гораздо больше звериных следов, чем вчера. К тому же они пытались разгрести захоронение, так как грунт на нём был взъерошен и не засыпан снегом. Но захоронение было около полутора метров глубиной и потому звери добраться до трупов не смогли. Лежащая на снегу половина трупа, убитого Антоном огромного зверя исчезла. Было странным то, что звери не пытались даже приблизиться к тому дому, где ночевала команда Антона. Антон не верил, что они не чувствовали их запаха. Скорее всего, удерживало зверей от нападения на дом что-то другое, внушающее им страх.
Найти никого из живых жителей посёлка не удалось. Ходившая вместе с Антоном молодая женщина за день не проронила ни слова. Да Антону и разговаривать с ней большого желания не было. Так как теперь дни были короткими, то когда они закончили обход уже начало темнеть, подул сильный ветер и пошёл снег. Было решено провести ещё одну ночь в посёлке, а к долине гейзеров отправиться на следующее утро.
3
Утро следующего дня выдалось хмурым и даже каким-то унылым, что даже молодая женщина не пыталась команде Антона предъявить своё экстравагантное тело, а вышла из своей комнаты полностью одетой.
Над посёлком висела низкая рваная облачность. Гонимые сильным ветром тёмные клочковатые облака неслись по небу, будто камни выпущенные из пращи. Никаких осадков не было, но воздух был наполнен какими-то мельчайшими твёрдыми частицами, которые мгновенно забивали нос и рот при вдохе, заставляя кашлять. Дул такой сильный ветер, что продувал насквозь даже теплые куртки, в которые была одета команда Антона и казалось, пронизывал не только ткань курток, но и человеческую плоть, доставая до костей. Немного спасало то, что воротник курток был высоким и в него можно было спрятать всю голову.
Хотя, находясь в доме, Антон, совершенно, не слышал, что снаружи такой сильный ветер, что однозначно показывало, что выстроенный из местной древесины дом не только был тёплым, но ещё и имел отличную звукоизоляцию.
Снег был покрыт твёрдым настом, который даже не всегда ломался при ходьбе, но всё же было отчётливо видно, что вокруг дома, скорее всего ночью, ходил кто-то очень тяжелый, оставляя глубокие следы лап, проваливаясь сквозь прочный наст.
Ёжась и отворачиваясь от ветра, команда Антона, насколько позволял этот самый ветер, быстрым шагом направилась к левету. Хуже всех было молодой женщине, скорее всего по той причине, что она была легче всех и едва она сделала несколько шагов от дома, как сильный поток воздуха подхватил её и буквально, понёс по улице и лишь проворство Герасимова, сделавшего несколько быстрых шагов за ней и схватившего её за воротник куртки, остановил её улёт в неизвестность.
Добравшись до левета, Антон обнаружил, что корпус летательного аппарата оказался покрыт наледью и его двери открылись лишь после того, как он изрядно побарабанил по ним кулаками.
Внутри левета, казалось, было даже холоднее, чем на улице и единственным преимуществом салона было то, что в нём не было ветра.
Генератор левета заработал сразу же, едва Антон ткнул пальцем в клавишу его запуска, но из дюз движителя, вдруг повалил непонятный сизый дым, который порывом ветра тут же оказался вброшенным в салон, заставив всех закашляться и закрыть лицо руками. Антон запоздало ткнул пальцем в клавишу закрытия двери, но медленно заскользив, дверь остановилась примерно на середине дверного проёма и хотя дым теперь не попадал в салон, но и попавший из него не выходил. Антон ткнул пальцем в ещё одну клавишу на панели управления, включая вентиляцию и в то же мгновение сизый дым вновь пополз в салон.
Отправляя в свой адрес устные нелестные эпитеты, Антон поднялся и продолжая закрывать одной рукой лицо, а второй разгоняя перед собой дым, быстрым шагом подошёл к застрявшей двери и уже обеими руками попытался подтолкнуть её. Его усилие оказалось успешным и дверь медленно, будто нехотя, наконец закрылась. Прошло совсем немного томительных мгновений и мощная вентиляционная система летательного аппарата, практически, полностью очистила салон от неприятного дыма. Все отстранили от лица руки и задышали вполне свободно.
— Оказывается и инопланетная техника несовершенна, — с явной насмешкой в голосе, заговорил, Антонов. — Дымит не хуже нашей.
— Скорее всего, какая-то тварь, спасаясь от ветра, забралась в раструб движителя и видимо уснула, пригревшись, но как только генератор включился, тут же сгорела, — недовольным голосом произнёс Антон.
— Такое впечатление, что природа не хочет, чтобы мы ушли
