она могла опереться. Потом положил руку на талию и повел за собой по коридору.
Я стояла, смотрела вслед и не могла заставить себя не смотреть. Надо было видеть Лиино счастливое лицо! А Топольский сейчас почти все время мрачный ходит, я кажется так и не видела его улыбающимся.
Мне тоже не до улыбок. Не думала, что будет настолько тяжело наблюдать за стремительно развивающимся романом Топольского. Мы так давно расстались с Никитой, столько всего с тех пор произошло. А теперь у меня чувство, что ничего и не проходило.
Я устаю говорить себе, что Топольский для меня пройденный этап, что у нас ничего бы не получилось. Устаю уговаривать и ругать, это бесполезно. Это вообще не работает. И еще я устаю притворяться.
Мне больно их видеть вместе, больно смотреть, как Лия липнет к Никите, а он молча все принимает. И еще срабатывает главное — Лия самая обычная девушка, как я. Была бы она как Милена, может я реагировала бы по другому. Таких девочек полно в универе. Красивых, ухоженных, как с картинки. Но Никита не влюбился в Лию поначалу, там что-то другое.
Только как узнать, что? Не у самого же Топольского спрашивать.
Хотя иногда я даже на это готова. Представляю как подхожу и спрашиваю Никиту:
«Привет! У вас с Лией серьезно? Тебя можно поздравить?»
Или: «Привет! Ты влюбился? Поздравляю!»
Что он мне ответит, представлять не хочется. Наверняка ничего хорошего.
Стараюсь с ними не пересекаться, но как назло, Лия с Никитой постоянно маячат перед глазами. Даже в библиотеку пришли, когда мне понадобились материалы для курсовой работы.
Единственное, я ни разу не видела, чтобы они целовались. Видела как Лия тянется губами к щеке Никиты, но он каждый раз уворачивался. И сам ни разу не попытался ее поцеловать. Учитывая, что наше с ним знакомство началось с поцелуя, то...
Впрочем, знакомство Лии с Никитой началось с минета, так что я зря ее жалею. Возможно дома у Топольского он ей все компенсирует. Такие у их пары особенности...
Мне плохо еще и оттого, что не с кем об этом поговорить. Я никому не могу рассказать о Топольском, о том, что нас связывало и связывает. Слишком много грязи и боли, я не готова ни на кого это выливать.
Оливка хорошая, но мы не слишком близкие подруги. Мне кажется, я вообще не умею дружить, у меня вечно какие-то тайны.
Зато Демон идеально чувствует мое настроение.
«Ромашка, мне приснилось, что ты чем-то расстроена. Колись!»
Настроения шутить нет, поэтому отвечаю коротко:
«Нет»
«А почему тогда сидишь с кислым видом?»
«Откуда ты знаешь?»
«Ты что, забыла? Я все знаю»
Хмыкаю и даже смартфон переворачиваю.
«В мой телефон встроена потайная камера? Или ты хакернул мою?»
«Хакернул. Но ты не переживай, я только чтобы за тобой наблюдать. Так что у тебя случилось?»
«Ничего, Демон, отстань»
«Ты влюбилась?»
«Говорю же, отцепись!»
«В своего сводного брата, что ли?»
«У него новая любовь, ему не до меня»
«Значит, я угадал? Ты ревнуешь?»
«Я сейчас тебя заблочу»
«Не надо, Ромашка, я играю на твоем поле»
Он меня конкретно разозлил, и я готова внести его в черный список. Но в последний момент передумываю. Демон действительно на моей стороне, и он не виноват, что я действительно ревную Топольского.
«Я не ревную, мне все равно. Мне просто не нравится то, что я вижу»
«Почему?»
«Здесь происходят странные вещи. Никита так грубо вел себя с этой девушкой, а потом она дала ему браслет и сказала, что хочет в него играть. Он надел ей браслет, но я же знаю, он был очень злой. А теперь они пара. Как в этом разобраться, Демон? Он не похож на влюбленного»
«Но тебе не все равно?»
«Нет. Мне не нравится то, что здесь происходит. Они играют в какие-то игры, и я не могу понять, в какие»
«Тебе обязательно это знать?»
«Да»
Пауза. Демон пишет очень долго, перестает. Ничего не приходит. Затем он совсем исчезает из сети. Снова появляется и снова пишет.
«Я тебе говорил, что сюда не надо поступать. У меня было предчувствие. А теперь я уверен: тебе надо оттуда валить, Ромашка. И чем скорее, тем лучше».
— Послушай, Мари, — Оливия придвигается ближе и говорит почти в самое ухо, — помнишь, ты говорила мне про прайс? Так вот, я разговаривала с девочками, они сказали, что можно заработать больше, чем мы имеем на отработках. И там не надо так впахивать. Ты слышала об этом?
— Да, слышала, — киваю.
У Оливки часть учебы оплачена, и ей не нужно убирать раздевалки. Но работать каждый день в столовке ей надоело, и я ее понимаю.
— Можешь поговорить с Саймоном? Девочки сказали, можно подрабатывать у мажоров на вечеринках. Для них это дешевле чем вызывать сотрудников кейтеринговой службы, особенно когда собирается большая туса. Ну и потом, девушки могут соглашаться, по желанию... Это не входит в прайс, — добавляет она торопливо. — Заключается разовое соглашение, все легально. И деньги вносятся прямо на счет универа.
Задумываюсь. Можно попробовать, только если через соглашение. И потом, вечеринка это не собрание тайного клуба, там сложно чего-то не заметить.
Я все равно собиралась поговорить с Саймоном. Я отстаю от графика, хотела спросить о дефиле и кастинге на конкурс Мисс универ или как он там называется. И если получится, осторожно расспросить о Лие с Никитой.
Саймон должен о них знать, другое дело, что может не захотеть делиться. А вот если мы с Оливкой вместе попросимся в «прайс», в помощи не откажет.
Вызываю приятеля на пробежку, только теперь мы бегаем позже, когда заканчивает тренировку футбольная команда.
Саймон с радостью откликается. Мы давно не бегали, то я болела, то зашивалась с отработками. Возможно, Оливка права, надо попробовать. Если этот функционал всем известен и работает, почему нет?
На вечеринки я уже насмотрелась, там главное много не пить. О моей «дружбе» с алкоголем я уже упоминала, так что для себя проблем вообще не вижу.
— Привет! — Саймон целует меня в щеку, но ближе к губам, чем обычно. Подавляю желание его оттолкнуть. Я сама спровоцировала парня на поцелуй, теперь надо думать как мягко съехать. — Я скучал, малыш.
— Я тоже. Побежали? — решаю разговор оставить на потом, когда будет пауза между забегами.
Мы бежим к футбольному полю, оттуда как раз игроки тянутся по направлению к
