— Она заставит нас попетлять, но рано или поздно выведет нас туда, куда нужно.
— Почему они снова напали в открытую? Разве Серая не отменила наш статус ренегатов?
— Всем плевать на Серую.
— Как так?
— Ты здесь где-то видешь тех, кто пойдёт ей стучать? Хищники думают, что если они нас здесь положат, стучать будет уже некому.
— То есть в случае победы, ренегатами Серая объявит уже их?
— В случае нашего с тобой успеха, это уже не понадобится. Скоро сам всё поймёшь.
За следующим поворотом нас ждала делегация из десятка своровцев. Знакомые надоевшие лица бессмертных говнюков, которые всё никак не угомонятся. Почти всех я уже знал в лицо, а кое кого даже отправлял на пламенное перерождение.
В этом бою я окончательно осознал, почему к Своре всегда будет такое пренебрежительное отношение. За то время, что они нам вредили, мы прокачались так, что те, кого мы прежде считали элитой, сейчас казались слабаками, способными нападать лишь толпой. Свора не развивалась. В сравнении с любым проходчиком Гильдии, или даже вольным проходчиком, который просто качается в Стене, постоянно стараясь стать сильнее — они все стоят на месте.
Вожак своры по силам сейчас был слабее той же Сайны или даже Лиса, хоть он с нами и не так давно. Им бы молиться на правила Стены, защищавшие их от стирания сильной фракцией соседей.
Но в чём истинная причина подобной глупости? Кто больше всех выигрывает от этого противостояния?
Самый очевидный ответ уже заходил сегодня на огонёк. Любые боевые столкновения дают ему силу. Для Второго Всадника произошедшее стало большой победой независимо от исхода битвы.
И тогда напрашивается другой вопрос.
С какой целью тем, кто направляет Свору, делать Всадников сильнее? Особый квест от Змея на том терминале? Какую роль в этом всём отыгрывают сами Хищники?
— Мы на месте! — сказал техномант и толкнул створки ворот.
Путь к портальной комнате был совершенно иным. Но тем не менее, это был он. И за дверью было ровно то же самое помещение.
— И зачем он нам? — спросил я.
— Нам нужен не совсем он. Но по нему я смогу отследить… сейчас, дай минуту.
Розалий вошёл внутрь помещения, прошёл мимо горящих узоров из рун, а перед ним самим проявилось множество таблиц с графиками и цифрами. Похоже, какая-то сложная аналитическая способность.
Техномант принялся что-то бубнить себе под нос, а я повернул голову на шум из длинного тоннеля.
— Опять вы… — вздохнул я, увидев кошачью морду Помарея, а следом за ним и громадного мускулистого котарианца Тереха.
— Маленький кот и кот побольше… — глубокомысленно изрекла Сайна Синица.
— Так и знал, что вы тут. Решили бежать с нашим порталом, как в прошлый раз! — выплюнул слова, будто яд, проходчик Своры.
— Ты же и так знаешь, чем закончится стычка с нами, — ответил я ему. — Зачем нападать, чтобы в очередной раз отправиться… куда вы там отправляетесь, когда получите по башке.
— Вы, Гильдейские собаки, совсем зазнались, — изрёк тот кот, что побольше.
— Ну, ваш выбор, — с сожалением сказал я, призывая майр.
— Ага, нашёл. Идём! — послышался радостный возглас техноманта.
Это стало спусковым крючком для нападения.
Двое своровцев в ранге вожаков и ещё с десяток низкоуровневых бойцов бросились в нашу сторону, сразу же огребая огненный росчерк от Ариддарха, а затем ещё и выстрелы Сайна с Альмой.
Противник прикрылся силовым полем, и Помарей даже добрался до нас в рывке. Но попытка нападения столкнулась с силовой волной Тии, а затем с клинком Рейна.
Альма сделала шаг вперёд, отточенным движением опытного стрелка развернулась и выстрелила в упор в непонятную тварь, напоминавшую чёрную кляксу, ползущую по стене.
Впрочем, врага это не убило, и она резко отступила на шаг назад, отправляя волшебный болт в растущую из стены пасть.
Затем ещё парочка заклинаний Ариддарха — волна огня и цепная молния, и от противника не осталось и следа. Лишь огненные всполохи. Равными противниками для нас они быть перестали.
— Идём, пока новые не пришли, — сказал дворф.
Я обернулся и положил руку на плечо застывшей Альме.
Та вздрогнула.
— Всё в порядке?
— Мысли… — коротко бросила она и резко развернулась, чтобы идти за всеми.
— Куда мы? — спросила у техноманта Сайна.
— Вниз. Нам нужна… баня… или храм.
— Так баня или храм? — не поняла девушка.
— Скорее всего, и то, и другое, — странно ответил проходчик.
По лестнице мы миновали пару пролётов, забредя в катакомбы. Здесь на нас напали порождения хаоса, но сильного сопротивления они оказать не могли. По словам Розалия, сама крепость вела нас той дорогой, где собираются подобные сущности, которые всегда в избытке обитали в логове Своры.
Затем начался долгий и муторный подъём вверх. Походило на то, что мы взбираемся в высокую башню — мимо стали мелькать частые дыры в стене, через которые внутрь забирались морозные ветры.
— Оно что, пытается нас заморозить? — спросил Ариддарх.
Я хмыкнул. Проходчиков такого уровня взять простым холодом с улочки? Ну-ну.
— Птицы, — неожиданно произнесла Тия. — Вокруг множество летунов. Они вышли на охоту… но не станут атаковать альфу.
Улыбка растянулась ещё шире.
Крепость же, словно подслушала наш разговор, внезапно вернула путь в более тёплые каменные переходы, которые даже казались жилыми. Где-то на лестнице вновь произошло смещение и мы оказались в другой части замка.
— Пришли, — торжественно объявил техномант.
— Куда? — спросил я.
— К секрету их силы, — пояснил дворф.
8. Диверсии, с которых стоило начинать
— Погоди, их секрет силы — бассейн? — спросил я, глядя на помещение, напоминавшее общественную баню с большим уютным бассейном по центру.
— Сначала оденьте все маски. Здесь всё пропитано миазмами.
— Спасибо, — кивнул я и бросил взгляд на своих спутников, тоже спешно облачавшихся в респираторы.
— Начну издали, — начал рассказ техномант. — Была такая забавная раса, тари. Они известны в первую очередь двумя вещами. Тем, что это была раса гениальных артефакторов, и тем, что все тари были известны болезненными привязанностями. Обычно говорят, конечно, о фанатичной созависимой любви тари, но вообще-то они и к дружбе подходили очень ответственно, и семейные узы у них тоже были очень крепкими.
—
