что он столь опасно занемог, но ничто его спасти не мог{ло} от воли Божией. Спиридов с шестью кораблями уже возвратился в Кронштадт, и все прочие уже идут на зимовье. Я смертию Адмирала столь чувствительно тронута, что сказать не могу, и сия потеря для Империи на сей случай есть несчастие,
ибо не имеем во флоте, кто мог{бы} с таковым же искусством и репутацией его место заступить»[41].
Высоко ценя заслуги Грейга, Екатерина назвала его смерть «великой потерей – государственной потерей», выделила 8,5 тысяч рублей на погребение, заказала памятник из каррарского мрамора, который изготовили Дж. Кваренги и И. П. Мартос. Надпись на надгробие сочинила сама императрица, она на латыни.
Но вот перевод: «Самуилу Грейгу, шотландцу, главнокомандующему Русского флота, родился 1735, умер 1788. Его славят немолчной песнью Архипелаг, Балтийское море и берега, охраняемые от вражеского огня. Его славят его доблести и непреходящая скорбь великодушной Екатерины II». Похоронили адмирала в лютеранском Ревельском соборе с большой пышностью. Сейчас это Таллин.
За несколько дней до похорон тело Грейга было выставлено для прощания в зале Адмиралтейства, а затем доставлено к месту погребения в богато украшенном гробу, в карете, запряженной шестёркой лошадей в чёрных попонах; в траурной церемонии приняли участие большое количество дворян, духовенства и морские офицеры всех званий. Так же в церемонии участвовали крупные подразделения всех родов войск. Прощание с адмиралом сопровождалась колокольным звоном и стрельбой орудий крепостных стен и кораблей. В знак памяти и скорби выпустили медаль: большую и малую. Английский биограф адмирала – Гросс – написал: «Грейг утверждал себя не только как храбрый и способный человек, но и как верный и умеющий молчать».
Умерев, Грейг оставил жену и пятерых детей. Сейра пережила мужа всего на несколько лет. Императрица 18 октября предписала в-адмиралу Пущину посетить вдову и заверить, что никогда Екатерина II никогда не забудет услуг покойного адмирала. И она, действительно, не оставила семью Грейга без внимания, взяла всех его детей под свое покровительство. Указом императрицы от 1789 года вдове и детям С. Грейга в вечное пользование был пожалован дом. Несомненно, Екатерина II глубоко уважала Самуила Карловича за все, что он сделал для России и Флота. Екатерина Великая умела быть благодарной!
Похоже, что только она и умела. Хранится в архиве письмо, которое повергло в шок:
«№ 255
Милостивый Государь мой,
Антон Васильевич![42]
Вашему Превосходительству известно, что прах блаженныя памяти покойного родителя моего, почивает в Лютеранской церкви в Ревеле, и что вечной Славы достойная Императрица Екатерина 11-я повелела над оным соорудить великолепную гробницу, на коей оставлено место для надписи, которой однакож по ныне не имеется.
Ваше Превосходительство вторично так же припомните, что в конце 1819 года Вы изволили прислать ко мне на усмотрение надпись, по благосклонному поручению господина Рижского Военного Губернатора сочиненную одним из Профессоров Императорского Дерптского Университета и Господина Маркиза Паулуччи, к коему я её препроводил, изволил предложить мне свое содействие в том, чтобы она надпись вырезана была.
Неисполнение сего моего желания продлилось от различных обстоятельств; и как уже 35 лет минуло, что гробница остается без всякой надписи, я побуждаюсь покорнейше просить Ваше Превосходительство, в особенное мне одолжение, при первом удобном случае доложить о том Государю Императору, и повернуть к стопам Его Императорского Величества всеподданнейшую мою просьбу о Всемилостивейшем соизволении, дабы препровождаемая при сем в списке надгробная надпись, или другая, какая заблогоразсуждена будет, вырезана была на месте, оставленном для сего предмета, и будет на сие воспоследует Высочайшая воля, то благоволите, Милостивый Государь мой, о том уведомить древнего и почтенного приятеля моего Г. Андерсона, который по дружбе своей к покойному родителю моему, и уважая память его, изъявил свою готовность, сделать все нужные распоряжения для приведения онаго в исполнение.
С истинным почтением и совершенною преданностью честь имею быть Милостивый Государь мой, Ваше Превосходительство.
28 марта 1824 г. Николаев.
Адмирал А. Грейг»[43].
8 сентября 1870 года Императрица повелела «в память трудов и службы покойного адмирала Грейга в двух войнах выбить медаль…». Изготовил её мастер К. Леберехт, он же создал портрет Грейга и на обратной стороне медали. Ф. Ф. Веселаго писал: «Ему [С. К. Грейгу. – Н.К.], кроме славных побед над турками и шведами, русский флот обязан введением полезнейших усовершенствований в морском и боевом вооружении и управлении судов, в улучшении портовой и адмиралтейской деятельности и образовании многих превосходных офицеров». П. И. Бартенев, русский историк-археолог, писал: «В истории русского флота… имя старшего Грейга запечатлено неизгладимо, и государыня оплакивала в нём не только искусного вождя в тогдашней войне со шведами, но вместе и надёжного руководителя всего морского дела в России». Подытожить то, что писали о Самуиле Карловиче хочется словами морского офицера В. Войта: «Этого важного по осанке, высокого, седого старика со светлым взором и приветливою улыбкою в свою очередь все уважали; знали, что он сжег турецкий флот в Чесменской бухте; знали, что его советы слушал граф Орлов… Его подчиненные знали, что адмирал мало говорит, но много делает, и были уверены, что где адмирал Грейг, там и победа». Вот она, правда! Именем Адмирала Самуила Карловича Грейга в 1768 году был назван броненосный фрегат, в 1913 году – легкий крейсер, а также, имя Грейга носят бухта в Баренцевом море и мыс на побережье Японского моря.
Сейра Кук (Сарра Грейг). Интересно, что в Государственном Эрмитаже есть картина Хойзера Иоганна Каспара «Портрет госпожи Кук с дочерью Саррой Грейг»
Голенищев-Кутузов написал «Стихи на смерть главнокомандующего Российским Флотом Адмирала и орденов св. Апостола Андрея, св. Александра Невского, св. Великомученика Георгия 2 ст., св. равноапостольного Князя Владимира, первыя степени больших крестов и св. Анны Кавалера Самойла Карловича Грейга, скончавшагося на корабле «Ростислав» 1788 года, Октября 15 дня, в 8-м часов пополудни»:
Военных звуков шум! Престань хотя на час!
Дай мне произнести печали томный глас!
Грейг жизнь свою скончал, скончал теченье славно;
Он пал, хоть лаврами увенчан был недавно.
Восплачьте вы о нем, о русские сыны!
Вы памяти его сей жертвою должны:
Россию защищал он, жертвуя собою;
Благоразумен, храбр, чувствителен душою,
России посвятил весь век он славный свой.
Он был и человек, и крупно был Герой.
Сколь должно имя быть его нам
