Овора основательно пробрало.
— Спасибо, Дар. Честно, не ожидал. — Старик был сильно растроган. — Я сам не хотел с тобой расставаться. — Он встал, подошел ко мне и обнял меня за голову, прижав ее к себе. — Я рад. Я буду рядом с тобой, пока не умру, — произнес дядька.
Я не кривил душой, когда говорил Овору, что его люблю, эти чувства передались мне от Ирридара. И я всей своей лохматой душой прожженного вечного майора был привязан к старому бойцу невидимого фронта.
Глава 4
Провинция Азанар. Постоялый двор Руха
Зак силился решить трудную задачу — как содрать деньги с ушлого мальчишки. Если рассказать барону и предложить ему свой план, то барон своими загребущими лапами заберет все себе. Заку достанется пара золотых и поощрительное похлопывание по плечу.
— Старайся, Зак, живее будешь, — так всегда благодарил за хорошо сделанную работу сволочь Шарду.
Зак ненавидел и боялся барона одновременно. Префект был большой выдумщик по части пыток, Зак знал об этом не понаслышке. Он сам на себе испытал умение барона. Соглядатай даже передернулся от страшных воспоминаний о днях, проведенных в темнице Шарду. Но слабостью Зака была жадность, и она часто толкала его на безрассудство.
«Придется делиться с сержантом патруля», — думал Зак. Но все равно ему останется гораздо больше, чем если бы он предложил свой план барону.
В том, что стрясет деньги с молокососа, Зак даже не сомневался.
Итак, первое — поговорить с Хряком и пообещать тому вернуть деньги, он должен обвинить мальца. Это сделать нетрудно. Второе — связаться с сержантом, обсудить доли прибыли. Сержант даст свидетелей преступления. Третье — сержант объявит, что аристократ арестован. Четвертое — тут появится Зак с предложением утрясти возникшую проблему, объяснив тому всю серьезность ситуации. Пятое — отбираем у ребенка его денюжки, оставляя того благодарным за свое спасение. Шестое — сообщаем банде Шрама о клиенте, тот встречает тана на дороге, и малыш пропадает с концами. Вроде все правильно.
Зак еще раз обдумал ситуацию с разных сторон — да, решил он, дело верное. Теперь надо претворять план в жизнь. Он легко поднялся и, довольный, покинул постоялый двор.
— Овор, мне надо подняться наверх. Ты не возражаешь, если я на время покину тебя? — спросил я.
— Нет, иди, если хочешь, — пожал тот плечами. — Я тут в общем зале побуду, может, знакомых встречу, да и девки целее будут, — заржал дядька.
Я поднялся по лестнице, прошел мимо коридорной и спокойно завернул за угол.
— А вот и я! — Передо мной стояла сияющая Уммара.
Ее руки схватили меня и прижали к довольно немаленькой груди. Мое лицо находилось меж двух полушарий, обхвативших мою голову с обеих сторон. Я пытался вырваться, но тщетно — она только крепче прижимала мое лицо к своей груди.
— Я пришла отблагодарить вашу милость за подарок, — почти пропела эта чертовка.
Я задыхался от аромата ее духов, горячего тела, и меня пугала ее страсть.
— Хорошо, — прохрипел я и перестал вырываться, рукой приобнял ее за талию. — Я сейчас немного занят, приходи вечером.
Уммара отпустила меня, показала пальчиком на соседний номер с цифрой «4» и сказала:
— Я приду туда. — Потом приложила тот же пальчик к моим губам и с придыханием выдала: — Сегодня, мой сладкий, я тебе покажу, что умеет настоящая женщина. — Обошла меня, покачивая крутыми бедрами, и скрылась за поворотом.
— Твою дивизию!
Мне реально стало страшно. Ну почему так выходит: хотел как лучше, а получилось, как всегда. Опять вляпался. Просто хотел компенсировать женщине неприятности, которые она получила из-за моей глупой шутки.
Не раздеваясь, лег на кровать, в голове у меня забрезжил план спасения.
— Установка универсальной базы — энергетические структуры, время установки пять часов, — прозвучало в сознании.
А потом пришла тьма.
Окрестности постоялого двора Руха
Хмурый и злой Хряк-лошадник сидел на своем торговом месте. Торговля лошадьми у постоялого двора приносила хороший доход. Хряк как торговал своими лошадками, так не брезговал и крадеными, скупая их по дешевке. Он был ушлым торгашом, умел вести дела с разными людьми. А сегодня его обобрал какой-то мальчишка из благородных. Он периодически ощупывал шею и действительно боялся этого неимоверно сильного подростка. А больше всего он жалел денег, которые у него отобрали.
— Печалишься? — спросил подошедший невзрачный мужичок.
— Чего надо? — грубо спросил Хряк, посмотрев люто на так не ко времени подошедшего хлюпика.
— Мне-то ничего, это тебе надо деньги вернуть, — ответил подошедший мужичок. — Но если ты занят, то я пойду. — Он отвернулся от Хряка и спокойно пошел своей дорогой.
— Эй, постой! Как тебя там? — взволновался Хряк. — Что ты говорил по поводу вернуть деньги?
— Буч я, помочь тебе хотел деньги вернуть. Видел я, как тебя благородный обманул и ограбил.
— А тебе в этом какой интерес? — подозрительно спросил лошадник.
— Есть интерес. Как не быть, — спокойно ответил Буч. — Я тебе помогу — ты мне две серебрушки дашь. Мне много не нужно — чтобы поесть что было да переночевать где было.
Хряк осмотрел невзрачную одежду незнакомца и решил: «Да, такому много не нужно».
— А что делать-то? — спросил он.
— Пойдем к начальнику патруля, скажем, что честного торговца обидели, силой и угрозами отобрали деньги. Я свидетелей приведу — вот дело и сладится.
— Ага, как же оно сладится? — хмыкнул Хряк. — Видел я, как патруль купца, что жаловался, в шею гнал. Чуть до смерти не забили.
— Да ты не бойся, — возразил Буч. — Начальник — он кто?
— Кто? — не понимая, куда клонит мужичок, спросил Хряк.
— Начальник тоже человек и тоже жить хочет. Ты его уважь, он тебе и поможет. Дай ему золотой.
— И все? — недоверчиво спросил Хряк.
— Нет, не все. У тебя он, положим, не возьмет. А у другого возьмет.
— Не у тебя ли? — спросил с усмешкой Хряк. — Ты что, гнида, за дурака меня держишь? Я тебе золотой, а тебя и след простыл. Вали отсюда, а то кнута отведаешь.
— А ты не горячись, — без боязни ответил Буч. — Деньги мне отдашь, когда дело сладится.
— Вот оно как, — успокоился лошадник. — И когда пойдем?
— Утром приходи к сторожке патруля, там и встретимся.
— Договорились, — сказал Хряк, — подойду.
В его душе появилась надежда.
Постоялый двор Руха
Темнота ушла внезапно, так же, как и приходила, оставив после себя ощущение силы и здоровья. Я уже знал, как решить проблему с Уммарой.
Неожиданно проявилась Шиза, но скрытно, в моем сознании.
— Ты чего шифруешься, радистка Кэт? — спросил я, обратившись к Шизе.
— Невозможно поменять имя, — пролетело в голове.
— А я и не менял его тебе. Просто спросил, почему не вслух разговариваешь? — как обычно, удивился я.
— Развитие симбиота двадцать пять процентов. Дублирование матрицы носителя — двадцать один процент. Дублирование энергетической матрицы — тридцать семь процентов. Совмещение симбиота и носителя выполнено на двадцать семь процентов.
Что это значит, я понял сразу. Шиза распространяется по всему моему телу своими клетками, меняясь сама и изменяя меня. Боюсь даже представить, кем я стану потом. Где хитромудрые валорцы нашли такую разумную форму жизни и приспособили ее к человеку, не могу даже представить. Суть в том, что для полноценной жизни такому существу нужно было тело разумного, в котором оно развивалось, оплетая его всего своими клетками, при этом имея собственное сознание, которое при полном стопроцентном развитии сливалось с сознанием носителя. Это был действительно и ангел-хранитель, и биоискин, и много еще чего в одном лице. Его свойства до конца были не изучены. Человек давал возможность симбиоту чувствовать полноту жизни, а тот защищал и оберегал своего носителя.
Однако никто не знал последствий такого существования в длительной перспективе. Так может оказаться, что появится новая раса «сверхразумных». И как она поступит с остальными, остается только гадать.
