Руки его, оголенные до середины предплечий, были лишены всякой бижутерии, зато и на них были татуировки с рублеными знаками, причем они покрывали даже ладони. На ногах у него были простые кожаные сандалии. И ничего больше – ни оружия, ни символов власти, ни отличительных элементов, демонстрирующих статус или род занятий.
Глаза у него были серо-желтые с большим прозрачным зрачком, при фокусировке на котором начинала кружиться голова. Собственно, у Карна она закружилась, едва он коснулся его ауры, которая, кстати, почти не светилась, и даже наоборот – была довольно тусклой и неприметной, как у обычного смертного, не наделенного даже зачатками истинного зрения.
– Признаюсь, я ждал вас, но не здесь, – мужчина развел руками и улыбнулся, обнажив идеально-ровные чуть желтоватые зубы, на которых Мидас мельком увидел блеск филигранной инкрустации. Его улыбка чем-то напомнила чарующе-медовый оскал самого фригийского царя и тот невольно отпрянул, будто узрев собственное отражение.
– Думаю, вы не будете против, если мы опустим вступление, – продолжил мужчина. Его голос – раскатистый баритон – был голосом умелого и опытного оратора. – Я Иван, Брат Вюрда, первый среди равных в Аркаиме. Прошу, не обижайтесь на воинов Золотого Крыла за довольно… холодный прием. Их задача – защищать наш город и его жителей, а в этом деле, вы понимаете, без некоторых перегибов не обойтись.
Прошло мгновение, татуированный мужчина, сделав глубокий вдох, уже хотел перейти к следующему этапу беседы, но Мидас перебил его взрывом гулкого раскатистого смеха. Карн не выдержал и присоединился к другу, истерично сотрясаясь всем телом от высвобожденного шквала неожиданно нахлынувших эмоций.
Ну, разумеется! Этот Брат Вюрда (читай – член Ордена Ка-Дас), само собой, знал об их прибытии. Не мог не знать, ведь даже арконский провидец узрел двух калечных странников в прогностическом трансе, а он, при всем уважении, серьезно уступал ариям по всем фронтам, – чтобы это понять, достаточно было просто взглянуть на Аркаим со стороны.
И выходит, их отчаянное путешествие по смертельно опасным подземельям города было… лишним. Они могли просто подойти к воротам и им бы открыли, даже не пришлось бы стучать, образно выражаясь. Это было смешно, грустно, странно, фаталистично.
Вот они и смеялись, а Иван, отлично понимая их эмоции, молча улыбался. Воины Золотого Крыла даже не переглянулись, а когда Брат Вюрда отдал им ментальную команду – четким строем покинули башню, возвращаясь к патрулированию своего квадранта.
Вскоре Карн сорвал связки, а Мидас устал вытирать слезы. Отсмеявшись, они выдохнули в унисон и воззрились на Ивана. Тот уставился на них в ответ своими удивительными глазами и в них читалась всеобъемлющая мудрость. Хотя, пожалуй, не такая уж всеобъемлющая. Ведь ее не хватило, чтобы предсказать следующий поворот этой отнюдь не бесконечной истории.
Глава 6. Логрис
Иван действительно ждал их. Причем Брат Вюрда точно знал, как они выглядят и даже во что будут одеты, только имен не ведал. И не смог предсказать, как именно они попадут город, потому что Зака в его провидческом трансе не было. Карн и Мидас не обратили на это внимания, но чародея сей факт, похоже, серьезно встревожил.
– Зато теперь я понимаю, почему Всеотец выбрал вас, – аркаимский маг стоял у только что сформированного окна и смотрел на город поверх хрустальных крыш ониксовых башен, гранитных куполов, отполированных до зеркального блеска, и многочисленных пирамидионов с тремя и четырьмя вогнутыми гранями. – Вы встретили сибариду и выжили. Притом, что оба, – он сделал паузу. – Не в лучшей форме.
– Могло быть проще, если бы ваши заклятья не подавляли мою силу, – улыбнулся Карн, дожевывая тертый орех, перемешанный с незнакомым ему сортом ягод. По виду они напоминали голубику, но вкус был цитрусовый, от них приятно пощипывало язык, а по телу разливалось мягкое тепло.
– Не только твою, – Иван улыбнулся в ответ. Он был на удивление разговорчив для одного из сильнейших чародеев своего времени. Мидас давно отметил эту любопытную черту, которая, по его опыту, объединяла всех по-настоящему великих людей. Людей, не богов.
– Ну тут и я могу добавить, что если бы у меня было две руки… – фригийский царь покачал головой и развел руками. Маг тихо рассмеялся.
– Если бы у бабушки были определенные половые признаки, она была бы дедушкой, – совсем не философски изрек он. Мидас выпятил губу – забавно, что поговорке этой, оказывается, тысячи лет.
– Вы оба не в силе, – продолжил Иван уже серьезнее. – Но в этом и смысл. Не скажу, что это судьба, и вы отлично знаете – почему. Ведь нет случайностей, есть лишь причина и следствие. Вот только река времени течет в обе стороны.
– Вот теперь ты действительно похож на мудрого чародея, – Карн повернулся в его сторону и инстинктивно прищурил покалеченные глаза. Иван больше не скрывался от них, явив странникам свою ауру во всем великолепии и мощи. Удивительно, как Братья Вюрда это делали – они умели обманывать истинное зрение, сливаясь с простыми смертными во всех диапазонах.
– Слушай, а почему имя – еврейское? – внезапно спросил Мидас, хотя вопрос этот возник у него в тот самый момент, как только маг назвал себя. – То есть… их в вашем времени еще нет, но…
– Я понял, о чем ты, – Иван вновь посмотрел в окно, чуть щурясь под лиловыми лучами закатного солнца. – Не вы одни умеете путешествовать во времени.
– Это уж точно, – грустно уронил древний бог, внезапно вспомнив Арминиуса. Карн уловил его мысль и тоже подумал о судьбе вампира. Жив ли он вообще?..
Дальше Иван задвинул короткую, но довольно познавательную речь на тему лингвистических связей между протоязыками Пацифиды, Лемурии и Туле. Так как говорил он с позиции ученого, живущего в середине пятого тысячелетия до нашей эры (по знакомой Карну и Мидасу временной шкале), и оперировал массой понятий, которые обоим только резали уши, львиная доля его объяснений буквально прошла мимо них.
Если резюмировать ликбез от Брата Вюрда, то выходит, что имя Иван – кельтского происхождения, а точнее – валлийского. Карн тут же вспомнил, что в Уэльсе порой до сих пор так детей называют! А принесли это имя туда вовсе не материковые кельты, а предки народа круитни, пришедшие с того самого Туле…
Но раскрытие этой маленькой тайны, как обычно бывает при общении с членами Ордена Ка-Дас, только поставило еще больше вопросов. Хотя ни Карна, ни Мидаса это уже не волновало. Они уже привыкли к тому, что их путь раз за разом делает спиральный виток, показывая, как сказал фригийский царь, те же причиндалы, только в профиль.
Едва они переступили порог башни (не дома, башни!) Ивана, у обоих где-то под сводами черепа тут же всколыхнулось щекотное ощущение смутного узнавания ситуации. Что вполне объяснимо, ведь несколькими тысячами лет ранее (или все же – позднее?) они точно также входили в дом Огнеслава, а до того – в дом Акамира. А еще раньше Карн практически тем же макаром и при схожих обстоятельствах знакомился с волхвом Белозаром.
Хотя на самом деле в этот раз все было иначе. Войдя в башню вслед за Иваном через дверной проем, образовавшийся в стене прямо на их глазах, они оказались в пустом круглом помещении, потолок которого уходил на десятки метров вверх. Брат Вюрда попросил их занять место в центре комнаты, встал рядом и вытянул перед собой татуированную руку ладонью вниз. Пол вокруг них беззвучно двинулся вверх, образовав что-то вроде лифтовой платформы.
Платформа замерла в нескольких метрах под хрустальным потолком в форме пирамиды (тут ребята были поголовно повернуты на этой геометрической фигуре, интересно, кстати, почему?..). Затем платформа разошлась в стороны, образуя полноценный пол. По мановению руки Ивана – буквально – с четырех сторон в стенах образовались четыре высоких оконных проема. Маг подошел к одному из них, обернулся и с улыбкой выполнил ряд коротких пассов.
Когда он закончил, перед Мидасом и Карном возник стол с двумя широкими лавками по сторонам. На столе размещались блюда и кувшины с пищей и водой. Все это (кроме, о счастье, пищи и воды!) было сформировано из гранита – того же самого, из которого состояла сама башня. Даже столовые приборы были гранитными, но тонкими, легкими и аккуратными – такие не в состоянии сваять ни один мастер.
