Кто здесь власть?
Николай Силаев
Арестовав Саида Амирова, государство показало, что оно сильнее неформальных хозяев Кавказа. Но демонтаж порядков, которые мэр Махачкалы создал в городе, потребует более сложной экономической политики, чем та, которая сейчас предлагается Дагестану
Мэр Махачкалы Саид Амиров считался одним из самых влиятельных людей Дагестана
Фото: ИТАР-ТАСС
На ближайшие месяцы Махачкала определенно станет самым важным городом в России. Хотя не рискнем утверждать, что это будет приятно для ее обывателей. Арест бессменного мэра Махачкалы Саида Амирова стал наглядной демонстрацией возросшей силы государства и укрепившейся политической воли Кремля. Теперь на месте «амировского порядка» в крупнейшем городе Северного Кавказа, собравшем едва ли не треть населения Дагестана, предстоит построить иной, как хотелось бы ожидать, прозрачный и законный. Вопреки распространенному мнению, сами по себе «посадки» и прочая борьба с коррупцией такой порядок не создадут.
Сигнал
Если Голливуд еще ловит мышей, ему следует срочно обратиться к Следственному комитету за правами на экранизацию этого уголовного дела. В последние дни пресса вспомнила много эпизодов из деловой биографии Амирова — убийства, контроль над городскими судами и службой судебных приставов в Дагестане, контроль над махачкалинской землей, тесное сотрудничество с «лесными» (последнее имеется и в материалах уголовного дела), не говоря уже о мелочах вроде дани за любую экономическую деятельность в городе. Картина вышла вполне эпической — «Крестный отец» отдыхает.
Строго говоря, слухи обо всем этом ходили давно, а некоторые публикации появились незадолго до ареста — вероятно, спецслужбы позаботились, чтобы по получении субботней новости журналисты, обратившись к поисковым системам, нашли там все необходимое. Репутация махачкалинского мэра была хорошо известна, но на протяжении многих лет публичного обсуждения его фигуры практически не было. Порядки в столице Дагестана считались чем-то само собой разумеющимся, растворялись в общих словах о «клановости» и «коррупции». Амиров считался одним из самых влиятельных людей Дагестана, его фамилию было принято упоминать во всех аналитических раскладах по поводу дагестанской политики вместе с фамилиями других «баронов». А равнодушие государства к самому факту существования «баронов» и его готовность управлять, фактически на них опираясь, стали совершенно привычными.
Поэтому новость об аресте Амирова касается не только Дагестана. Глава Следственного комитета Александр Бастрыкин сказал, что арест мэра готовился на протяжении двух лет. Похоже, это были далеко не только следственные действия и работа с документами. В марте в Дагестане во время спецоперации был убит Ибрагим Гаджидадаев , глава самой известной из дагестанских банд. Как считается, он действовал в альянсе с мэром Махачкалы. Ходили слухи, что Гаджидадаев передвигался по городу не скрываясь. Его гибель лишила Амирова важной части силового ресурса. В свете последних событий можно предположить, что это было одним из этапов подготовки к свержению махачкалинского мэра. Все это не похоже на случайную ссору Кремля с мэром Махачкалы. Арест Амирова выглядит как заявка на смену самих правил игры в Дагестане, на нежелание государства дальше мириться с неофеодальными порядками. Государству удалось продемонстрировать силу. Раньше вопрос о том, кто сильнее, государство или «бароны», был дискуссионным. Сейчас выяснилось, что государство все же сильнее.
Однако определенности не хватает. Во-первых, в Дагестане задают вполне резонный вопрос: где государство было раньше? Амиров возглавляет Махачкалу пятнадцать лет, и его репутация сложилась не вчера.
Во-вторых, крайне наивно думать, что он такой один в Дагестане. При желании не менее скандальные слухи можно найти и про главу отделения Пенсионного фонда по Дагестану Сагида Муртазалиева , про мэра Хасавюрта Сайгидпашу Умаханова , мэра Дербента Имама Яралиева и многих других уважаемых людей. Есть на земле места, где жизненный успех дают университетское образование и диплом MBA, а есть места, где залог карьеры — умение стрелять быстрее соперника. С точки зрения права и морали мэр Махачкалы ужасен. А «по жизни», в общем-то, он виноват лишь в том, что оказался удачливее всех своих соперников, чьи пули когда-то приковали его к инвалидному креслу, выжил и победил в тех обстоятельствах, существование которых допустило государство. Поговаривают, что кто-то из «баронов» уже приходил к и. о. президента Дагестана Рамазану Абдулатипову с изъявлением покорности. Даже если это правда, что с ними собираются дальше делать власти? Попытаются, подчинив «баронов», построить абсолютную монархию на том месте, где была феодальная раздробленность? Но абсолютизм не отменяет феодализма со всеми его прелестями в виде самоуправства «баронов» и благородными и не очень разбойниками.
Сигнал, другими словами, есть, а его истолкование может быть многообразным. Причем ставки подняты высоко. Если следствие сейчас будет вынуждено пойти на попятную, Амиров окажется победителем, и это станет знаком слабости государства. Если государство потерпит поражение от «барона», это отзовется не только в Дагестане, но и во всей стране.
Управленческая рамка
Поэтому в ближайшие месяцы в Махачкале решится очень многое. Посадить всесильного мэра — это одно, поменять созданную им в столице Дагестана управленческую рамку — совсем другое. Амиров контролировал в городе и электросети, и водоснабжение, и транспорт, и строительство. Владимир Путин однажды пенял мэру Махачкалы на то, что собираемость платежей в городе больше 90 процентов, а долги перед энергетиками сохраняются. И это при том, что задолженность населения на Северном Кавказе по коммунальным платежам, как известно, сильно больше средней по стране. То есть у себя в городе мэр собирал долги жестко и эффективно, а вот энергетики так же эффективно взыскать эти долги с него не могли. Сюда надо добавить множество нелегальных подключений к воде и электричеству, о которых известно только людям Амирова. Городской транспорт, который регулируется ими же. Рынки, на которые завязан весь Дагестан. За последние двадцать лет Махачкала выросла по населению втрое, присоединила к себе пригородные поселки, пустив их землю под застройку. Амиров умел управлять этим хаосом и извлекать из него прибыль.
Республиканским властям придется потрудиться, чтобы взять город с его финансовыми потоками под контроль. Временно исполняет обязанности мэра его зам Баганд Магомедов . Испуганным он не выглядит, устраивает пресс-конференции, где говорит, что уголовное дело против его шефа сфабриковано и кадровых перестановок в мэрии не будет. Дагестанский адвокат Расул Кадиев отмечает, что Амиров юридически остается в должности мэра, сохраняется состав городского собрания, подобранный им. Республиканское руководство не высказывает своей позиции по поводу будущего города. Главу Махачкалы избирают на прямых выборах, и у амировской команды здесь есть все преимущества. К тому же эта команда может оказаться незаменимой для простого управления городом. «Республиканским властям надо договориться с населением города, устроить встречу с общинами и спросить, чего хотят махачкалинцы. Если с населением не договорятся, то, когда нужно будет собирать платежи, придется обратиться к специалистам Саида Джапаровича», — говорит Кадиев.
И. о. президента Дагестана Рамазан Абдулатипов хочет возродить остатки оборонных производств в республике
Фото: ИТАР-ТАСС
Рамазан Абдулатипов лаконично комментирует последние события в республике: обещает, что очищение власти будет продолжено. Вскоре после ареста Амирова стало известно, что задержаны главы двух районов Дагестана — Табасаранского и Каякентского. Это говорит о том, что одним махачкалинским мэром дело не ограничится. Сложнее с экономической политикой, которая имеет прямое отношение к проблеме управления Махачкалой. И. о. главы республики в недавнем телеэфире сказал, что завод «Дагдизель» заключил контракт с Минобороны на 5 млрд рублей. В этом заявлении не хватает подробностей, но в принципе за счет оборонных заказов можно поддержать и даже укрепить остатки дагестанской оборонной промышленности, и это впишется в планы индустриализации, о которых говорит Абдулатипов с момента своего назначения.
