class="p1">- Что именно?
- Не знаю… Тебе видней… - как-то даже засмущалась Триша. Видимо, вопрос был не из простых, и она здесь апеллировала к моей способности найти подход к любой женщине.
- Хорошо, попробую.
Подойдя к замершей «на страже» юной воительнице, я попытался всмотреться в её образ. Понятно, что до лица было не достать, но всё же… Коммуникатор услужливо вывел на сетчатку глаза миниатюрную фигурку рыжей бунтарки. Она могла сколь угодно долго стоять ко мне задом, но с техникой такой номер не пройдёт.
- Не дёргайся, кошка. Ты пойдёшь в эту вылазку. Считай, отстояла своё право выбора. Но излишне не геройствуй. Помни, что это испытание не на твои боевые кондиции, которым неоткуда взяться, а на нечто куда более существенное. Кондиции ты наработаешь. А вот умение доверять старшим сёстрам – вряд ли. Ты или готова принять чужой авторитет и поверить в него без оглядки, или… умрёшь. Возможно, не сейчас, но существенно повысишь вероятность такого исхода. Поэтому, если действительно хочешь быть в семье – ты выполнишь поставленную задачу, и сразу, не задерживаясь ни секунды, рванёшь к опорной точке. Где я смогу проявить свою заботу о будущей сестре и укрыть тебя полями. И никак иначе. Готова?
- Да, - пискнула девочка. Видимо, до последнего сомневалась, что я не устрою какую-нибудь истерику. - Я… попробую. Ты… можешь на меня рассчитывать.
- Ну вот и славно…
Не скажу, что идя к броне, я был спокоен. Но сейчас все переживали – в большей степени за эту малявку. Ну зачем такая на войне? Ну не место такой на войне! Впрочем, Республика всегда воюет. То, что очевидно дочерям Республики, далеко не всегда очевидно такому варвару, как я. Для девочки-сироты какая-то там война, стоящая на пути обретения семьи – это даже не препятствие. Не после всего, через что она прошла, чтобы эту семью обрести. Взять хотя бы меня. Остановило бы меня в её возрасте опасение оказаться в центре военного конфликта, но обрести через это собственное будущее? Аллегория почище Птицы Феникс, а если вдуматься – не более чем фарс. Если уж никакие преграды не смогли отвадить меня нынешнего от стаи – а их, этих преград, выдалось преизрядно, - что уж говорить о неразумном ещё волчонке? Там половина проблем таковыми вообще не ощущается. Так, занятное приключение или ничего не значащая мелочь. Подумаешь, война! Вот у подружки мать – из древнего рода, а чем я хуже? Я тоже такой хочу! И сделаю! А война – что война? Это Экспансия, великое служение человечеству!
Но и считать Республику, отлично осознающую своим коллективным интеллектом – в отличие от неразумной ещё малявки – её реальные шансы выжить, негуманной и бесчеловечной – в корне неверно. Для Литы и подобных ей сделали нереальное, запредельное послабление – позволили стать валькирией сразу, без наработки авторитета в какой-либо иной сфере общественной жизни. Без мирной профессии. Без принесения объединённых ресурсов рода на алтарь Экспансии. Да, валькирии – это грандиознейший социальный лифт. Служа Экспансии на передовой, республиканка получает возможность накопить огромные материальные ресурсы, создать род, родить, наконец, вне очереди! Валери стала главой рода О`Стирх благодаря своему статусу, хотя более опытных хозяйственников там хватало. С точки зрения рода, она оказалась едва ли не основной добытчицей. Но это палка о двух концах. Самая перспективная женщина в роде умерла в самом расцвете сил. Она всю жизнь нарабатывала компетенции, чтобы в один миг лишиться всего. Род О`Стирх дорого заплатил за стремительное возвышение. А если на минуту представить, что у родов появилась возможность не отправлять самых ценных своих отпрысков, не посылать на убой руководителей и патриархов рода, а отправить… целую пачку мелких, едва из воспиталища, девчонок? Они бы ещё и в очередь выстраивались, эти малявки! Дрались бы за право получить шанс стать валькирией! И какой соблазн для рода – отхватить кусок пирога Экспансии, почти ничем не рискуя. Сберегая кондиции и компетенции ради каких-то внутриреспубликанских дрязг. А то, что такой оборот вполне реален – факт. Будет одно исключение, появятся и другие. Вода камень точит, точно так же, как социальные плотины разъедает любой блат, любое исключение из правил, становящееся вскоре обыденностью для избранных.
Вот и вынуждена Республика превращать единственное микроскопическое исключение в бег по минному полю: повезёт – получишь всё, не повезёт – извини. Ну и не только везение. Ещё – как тебя кошки примут, станут ли прикрывать или отправят барахтаться без всякой поддержки. Уверен, к блатным такого трепетного отношения, как к Лите, никогда не будет. А значит, они не выживут. Литу же никто бросать на убой не собирается. Да, она будет выполнять ключевую миссию, но шансы у неё хорошие. На это будет работать вся стая.
Если всё разложить по полочкам, становится понятно, что девочка рискует вряд ли больше остальных. Её задача – осуществить подрыв последовательной группы зарядов, заложенных над сводами подземной транспортной артерии. Заряды уже лежат, и проблема состоит не столько в выполнении порученной миссии, сколько в том, чтобы уйти после неё живой. Эдакая юная партизанка далёкой Земли… В Великую Войну дети наравне со взрослыми подрывали эшелоны, пуская их под откос… Хотя та война по местным меркам безнадёжно устарела, и любые аналогии здесь условны. С другой стороны, мой друг аналитик сказал бы на это, что любые аналогии вообще условны…
Миссия реколонизации стержневого мира очередного Сектора медленно, но верно скатывалась к самому неприятному для Республики сценарию. Уже три месяца республиканки вязли в глубоко эшелонированной обороне внешников. Те дрались за каждый метр, за каждую никому не нужную гору или покинутый дом. Ситуация уже давно балансировала на грани допустимых потерь людей и времени – когда информационная польза от войны ещё даёт необходимый идеологический кураж. Но так не могло продолжаться до бесконечности. Граница вскоре будет пройдена, и над этим миром уже маячила угроза тотальной орбитальной бомбардировки.
Не так давно республиканки обозначили готовность идти до конца. Самый колючий узел планетарной обороны был проутюжен с орбиты так, что несколько дней над голубым шариком висели смог и пепел, а сама земля оказалась выжжена на несколько километров вглубь. По сути, орудийные калибры «Планетарного разрушителя» испарили под сотню кубических километров земной поверхности. Тем самым они поставили жирную точку в предъявленном накануне ультиматуме. Начались переговоры. Вот только цели переговоров все стороны понимали по-своему.
Спрашивается, для чего нужны всевозможные перемирия в условиях непримиримой войны? Когда обе стороны понимают, что никогда
