там, на орбите, совсем скучно. Что ж вы так, а?.. Куда своих-то мальчиков подевали?..
- Не береди душу… - недовольно скривилась республиканка. - Лови пакет от второй группы. Твои, поди, тоже извелись все… Да нормально у них там всё, не дёргайся. Пошумели, побегали малость, и залегли. Тебя дожидаются.
- Спасибо, сестра, - от сердца после слов ласточки отлегло. - Благую весть несёшь. Не забуду. Никогда.
- Ну, ну, - улыбнулась чертовка. - Все вы так говорите… А потом сёстры на противоестественный союз намекают – мол, где кот, и где ласточка?.. – ну, до связи. Нам с тобой ещё не один раз придётся связываться. И знай: я слежу за тобой. И не одна я – всем интересно, каков он, боевой кот.
- Мне тоже интересно, - мордаха Литы светилась задором. В ней не было и тени сомнения или страха – только молодецкая удаль и совсем не юная рассудительность пополам с… такой же, недетской, собственнической хваткой.
- Под полями ходила?.. - вместо очередного раунда подначек ответил вопросом на вопрос я. Слова обеих республиканок заставили подобраться. Тут не цирк, в самом деле! Это боевая операция, и нам сейчас предстоит демонстрировать отнюдь не скорость бега или… остроту языка.
- В виртуале, - подобралась собеседница, вмиг утрачивая игривый настрой.
- Буду держать трёхметровый купол – оптимальный, крейсерский, вариант. Что три валькирии вокруг, что ты одна – размер почти не меняется. Это – область работы основных дронов. На тебе будут дроны верхнего эшелона, дальнего предупреждения. Приклейся ко мне и не отставай ни на сантиметр. Пока бежали, оценил твою способность к синхронному бегу. Так вот, дальше никакой отсебятины, продолжай в том же духе.
- Думаешь, меня что-то в этом мире заставит от тебя отлепиться? Ха! Я и ближе могу… это ты почему-то дистанцируешься… - не удержалась от очередной колкости девчонка.
- Ближе?.. - я с деланной задумчивостью окинул взглядом юное дарование. - Можно на загривке, но тогда через несколько часов уже тебе придётся меня тащить – расход возрастёт на порядок. Это тебе не виртуал, девочка… тут всё по-взрослому.
- Шутишь?.. - довольно заулыбалась Лита. - Это хорошо. Всё же я тебя расшевелила…
Впрочем, это было всё, что девочка успела произнести. Именно в этот момент землю вспороли первые капли стального дождя – кинетические заряды ударили навесом, по сложным баллистическим траекториям. В ответ плато зазмеилось трещинами, будто распускающийся каменистый цветок. Удары о землю стальных болванок пронзали её, вгрызались на приличную глубину, разбрасывая вокруг каменное крошево и собственные обломки. А в небе уже вспухало, стремительно разрастаясь, вырываясь из плена магнитных ловушек, ожерелье плазменных мин. Вскоре слепая рукотворная стихия накатилась на нас, погребая под десятками кубометров поражающего вещества. В отличие от напалма, плазма имела свойство не течь, но расширяться, превращая в расплав всё, к чему прикасалась. В мгновение ока мы оказались на единственном стабильном островке, посреди бушующего каменного моря и столь же остервенелого, сверзившегося с запредельных высот неба.
Лита, до того безмятежная и даже насмешливая, сразу утратила свой напускной шарм. Её симпатичная мордашка стала не просто серьёзной – под её глазами проступили невидимые до того тёмные круги, а линия губ превратилась в трещину в сероватом камне. Да уж, это тебе не виртуальный тренажёр… Здесь самая настоящая земля плавится под ногами, превращаясь в лаву, а небо… это голубое в красноту вечернее небо, одержимое закатом… рушится вниз, щерясь в слепом оскале.
Спиной я отчётливо ощутил, как рыжая жмётся ко мне, ища спасения в единственном целом и стабильном, что сохранилось вокруг – в мечнике. В мужчине. Как мало им надо, республиканкам, чтобы обратиться к истокам… С другой стороны, точно так же и кот будет жаться к мечнице-кошке… Нет, как же всё у них сложно в этой поставившей с ног на голову всё звёздное мироздание Республике!.. Экзоскелет между тем сообщил о критической нагрузке в задней полусфере. Пришлось чуть отставить ногу, чтобы дать юной кошке вжаться сильней.
Но всё когда-нибудь заканчивается, закончилась и эта вселенская карусель. Завершился наш персональный армагеддон, созданный и направляемый человеком.
- Готова?.. - спросил я, чувствуя, как девочка отлипает, медленно приходя в себя.
- Да… - сглотнула рыжая, и тише, почти на грани слышимости, добавила: - Как жутко…
Насмехаться над республиканкой мне показалось неуместным. Нет смысла тешить собственное самолюбие и оскорблять доверившуюся мне женщину в лучших чувствах. В остальном же – достаточно молчаливой поддержки и лёгкого одобрения. Всё же она молодец… ни словом не показала своего шока. Никаких истерик или драм. При столь сильной нагрузке на психику, девочка поразительно стойко пережила удар.
Вокруг по-прежнему плескалось, медленно стягиваясь в жутких пульсациях, коричнево-алое море. По всем нормативам после удара такой силы следовало выждать хотя бы несколько минут, но у нас не было этого времени. Следовало немедленно двигаться дальше, чтобы быть в расчётной точке следующего «сеанса связи» в назначенное время. Пришлось прыгать, подруливая ранцами. Поля, чтобы не сбивали импульс, пришлось временно погасить.
Следующие десять часов слились в сплошное месиво из сеансов связи, серебристой пелены энергий и ало-коричневой вакханалии плазменных ударов. Девочка крепилась как могла, но новое для неё ощущение лишало юную республиканку почвы под ногами. Нет, вовсе не страх подтачивал скрепы её воли. Ощущение бессилия перед слепой стихией. Столько лет готовить себя, не щадить ни тела, ни духа, чтобы в результате предстать… жалкой песчинкой на волне бушующего моря. Жуткое ощущение. А для юной, неопытной в делах житейских девчонки и вовсе запредельное. И пелена. Совершенно несерьёзная прозрачная плёнка, отделяющая от плюющегося огнём и металлом неба. Лита не чувствовала сокрытую в энергии тела запредельную мощь, способную поспорить с самим светилом – зато в деталях могла наблюдать всё, что творилось за условной преградой. Кожей ощущала запредельный жар, ногами – утробный рокот земли, её дрожь, от которых не могла предохранить никакая пелена. Вмиг утратить ощущение надёжности привычного бытия, чувство превосходства над сверстницами, оказаться в полной зависимости от мечника, да ещё и мужчины – вот подлинное испытание, оказавшееся для девочки страшнее войны как таковой…
После очередного удара Лита прижалась ко мне и не хотела больше отлипать. Всю её била дрожь, зубовный скрежет резал по слуху. Тело сводило нервной судорогой. Даже надёжная композитная броня не способна была скрыть граничащее с истерикой отчаяние. Я просто физически не мог оставить её в таком состоянии.
- Идти сможешь?.. Тут недалеко.
- Да… Я…
-
