Петр намерен был убраться из города как можно скорее. Хотелось бы уже сегодня, но надо было продать камень, прикупить снаряжение, запасы, лошадь… С учетом того, что он позорно проспал, сегодня курсант выехать не успевал уже точно. Однако, завтра утром – крайний срок. Петр не слишком хотел привлекать внимание, но, увы… Куча народу видела, как он стрелял из бластера по пиратам. Капитан промолчит, потому что умный, граф промолчит по той же причине, да и сам он мутный тип, так что язык без крайней нужды не распустит. Купец… Ну, купец просто побоится – внушение ему Петр сделал лично и напугал, похоже, до трясущихся поджилок. А вот матросы по пьяни как пить дать проболтаются. Конечно, им никто не поверит, но слухи пойдут, а где слухи – там и до спецслужб недалеко. Так что лучше сваливать по-быстрому. Даже, возможно, вечером, если получится.
Однако для начала стоило провериться, не началась ли слежка уже сейчас. Для этого Петр вначале прошелся по городу, старательно вспоминая и претворяя в жизнь то, чему его учили. Вроде бы никого не засек, хотя, конечно, с его дилетантским опытом только в шпионов играть. Заодно зашел к цирюльнику, укоротил отросшие волосы до приемлимой длины. Цирюльник все сокрушался, что такую красоту портить приходится… Ну, оно понятно – у местных в моде волосы длинные, почти до плеч, а попробуй, повозись с такими в скафандре – живо налысо обреешься… Словом, некомфортно было курсанту, вот он и настоял на том, чтобы их обрезали.
К ювелиру Виноградов зашел уже после цирюльника. Тот, как и положено, попытался купить задешево – мол, и цвет не чистый, и огранка не та… А вот хрен вам, товарищ начальник. Виноградов торговался долго, азартно, ювелир – тоже, явно получая от этого удовольствие. В результате нашли компромисс и расстались, довольные друг другом.
Вот после ювелира Петр и понял, что за ним идут. Все правильно – зачем тащиться за человеком по городу, если точно знаешь, куда он придет? Ну, стряпчий, ну, скотина… При случае надо будет отплатить. Петр представил, как аккуратно сворачивает шею жирному уродцу, и на душе потеплело. Да, он это сделает, но не сейчас, когда любой сможет понять, кто и за что это сделал, а чуть попозже, когда снова вернется в этот город. Если вернется, конечно, но тут уж всякое может быть.
Зажали его в переулке, как он и рассчитывал. Собственно, он специально туда свернул, чтобы спровоцировать своих преследователей на решительные действия и решить эту проблему раз и навсегда. Ну и, в принципе, правильно рассчитал – стоило оказаться в достаточно укромном месте, как перед Петром выросли три столба мелкоуголовного вида, сзади материализовался четвертый, после чего Петру было достаточно вежливо предложено поделиться с сирыми и убогими. Причем дележ предлагался честный – вы нам всю наличность, меч, шмотки, а мы вам – жизнь. Петр вздохнул и честно ответил, что сейчас всех убьет, после чего, пока его собеседники весело зубоскалили, по-ковбойски выхватил бластер и выстрелил ровно четыре раза. Бластер, поставленный на минимальную мощность и узкий луч, оставил у всех четверых во лбах по маленькой дырочке с аккуратно припеченными краями, после чего курсанту оставалось только перешагнуть через бездыханные тела и спокойно пойти своей дорогой.
Остаток дня он потратил на то, чтобы закупить припасы в дорогу и средства передвижения. Ну, с припасами все было более-менее просто – Петру совершенно не хотелось заниматься подтверждением давным-давно сданного экзамена по выживанию. Он, конечно, мог бы продолжать идти, доедая концентраты, а потом перейти на подножный корм, но зачем? Проще закупить продовольствие в запас и не терять потом время и силы на всякие глупости вроде охоты.
С лошадьми было хуже – Петр в них не разбирался совершенно. К тому же, насколько он мог понять, местные породы сильно отличались от своих земных предков. Ничего удивительного – столько лет, изолированная популяция, окружающая среда иной планеты и прочая-прочая-прочая… Да и человек приложил свою тяжелую и не всегда умелую руку, так что местные лошади имели с земными не так уж и много общего.
Пришлось выкручиваться, призвав на помощь богатую фантазию. Петр походил вокруг загонов, понаблюдал, поговорил… В результате он стал счастливым обладателем трех лошадей, одной из которых, по идее, предстояло нести его, а двум другим – припасы. Выбрал, что называется, по большой цене – местные лишь цокали языками и завистливо смотрели вслед. По соседству приобрел также седло сбрую и еще кучу необходимых вещей, о которых раньше не имел представления. Судя по хитрым ухмылкам продавцов, впарили ему много лишнего, но это сейчас курсанта не очень волновало – решил, что разберется по ходу пьесы. Все равно лошадей по-первости предстояло вести в поводу – ездить Петр не умел совершенно. Вот если бы это был крейсер, орбитальный челнок или, на худой конец, штурмбот… Ладно, не боги горшки обжигают, и вряд ли лишадь сложнее.
Правда, была идея купить телегу но, по здравому размышлению, Петр от нее отказался. Неизвестно было, где придется ехать – он знал местоположение базы, но никак не карту дорог, а верховые и вьючные лошади в любом случае обладают лучшей проходимостью, чем телега с грузом. Так что придется трястись верхом… Впрочем с этим Петр давно смирился – лучше плохо ехать, чем хорошо бежать.
Ну и случилась на рынке одна интересная встреча. Сторговав первую лошадь, Петр сунул в карман деньги и почти сразу же ощутил в нем чьи-то шаловливые пальчики. Ловко перехватил руку, вывернул…
– Ай-ай-ай! Дяденька, отпусти!
М-дя… Пацан лет десяти, мелкокостный, худощавый. Петр улыбнулся.
– Не боись, малек. Сейчас тебя страже сдам – в приют тебя пристроят…
– Отпусти, хуже будет!
А вот голос у мелкого стал уверенным, злым. Петр обернулся и моментально определил, почему – к ним бодро, раздвигая плечами толпу, целеустремленно двигались аж пятеро. Внушительные парняги, придется попотеть, так что мальчишка будет обузой. Придется работать жестко.
– Отпусти ребенка, козел!
– За козла ответишь, – Петр резко встряхнул рукой. Дикий вопль – правильно, это больно, когда ломаются пальцы. Теперь этот сопляк уже никогда и никому своей клешней в карман не полезет – моторика пальцев восстанавливается плохо, не факт, что он сможет сам себе шнурки завязывать, зато и на виселицу не попадет. Курсант оглянулся – окружающие не обращали внимания на происходящее или, точнее, грамотно делали вид, что не обращают. Ну, тем лучше. В руках подбегающих бандюганов блеснули ножи. Отлично! В эту игру Петра играть учили неплохо, и инструкторы были хороши. В отличие от висящего на поясе палаша, нож сидел в руке курсанта, как влитой, и создавал чувство уверенности.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
