счастью была куда более «травоядной» и всё ограничивалось долгим изгнанием. Моравия стояла на особицу от всего цивилизованного мира, отделённая от него Рифейскими горами, где бал правят лёд снежных вершин и иногда прорывается огонь земных недр. За эту естественную крепостную стену и следовало уходить. Ну или двигаться далеко на запад, в девственные леса, населённые не самыми дружелюбными созданиями. Уединению Корнегур предпочёл путешествие на восток, в надежде перенять опыт иных народов и стать могущественнее, как маг. Всё таки добыв по настоящему ценные знания можно было вернуть себе место в Круге, поделившись ими. Или же получить его силой, что тоже иногда случалось.
Путь Корнегура был долог. Он здраво рассудил, что раз в земли людей по ту сторону Рифеев его коллеги уже ходили, то ловить удачу за хвост там скорее всего бесполезно. О всём легкодоступном уже известно, а настоящие тайны раскрывать придётся долгими годами. Но северяне, чьи корабли стабильно прибывали в порты моравов летом через Студёный океан, ходили торговать и далеко на восток, на иной континент. С ними он туда и направился. Пусть Корнегур и заметно проигрывал своим собратьям, заключившим союзы с птицами, в управлении ветрами, но тем не менее кое-что в этом деле смыслил. А маг у северян на корабле не самое частое зрелище, они как-то вообще больше сосредоточены на развитии телесного, а не духовного. Но зато по морям ходят как никто, забираясь порой в самые дальние уголки необъятного мира.
Восток… Корнегура откровенно разочаровал. Нет, знаний там хватало в избытке. В конце концов война в тех местах идёт с мелкими перерывами уже долгие столетия, те кто не развивался достаточно быстро и усердно давным-давно просто перестали существовать. Но никто не желал учить чужестранца даже получая в ответ достойную плату золотом или знаниями. Светлокожие чундоны не хотели отдавать наследие предков и учителей в грязные руки варвару, у куда более тёмных обликом мхаратов бал правили их жестокие боги во главе с Чанди, любящей носить гирлянды из черепов на своей шее. И там вообще лучше было не покидать порт в одиночку, чужестранца местные брахманы вполне могли попробовать принести в жертву, как скот. Обитатели архипелага Рю были немногим лучше, искусные воины и пираты видели в чужаках добычу, но никак не равную сторону диалога. Хотя справедливости ради их кланы резались между собой с ничуть не меньшим энтузиазмом, время от времени даже устраивая так называемые «всеостровные войны». И Корнегуру удалось краешком застать уже вроде как восьмую по счёту… Безумный народ. Как не странно общий язык друиду удалось наладить только с укунами, не людьми, а лишь их родичами. Этот народ порядком обросший шерстью, мог похвастаться хвостами и скорее ладонями, чем ступнями на ногах, но всё таки был более приветлив к чужакам. Корнегур многое подчерпнул у них в плане управления внутренними энергиями и химерологии, хотя конечно они раскрыли пришельцу отнюдь не все свои знания. Чего стоит только то, что их гигантский остров помимо прочего охраняют так называемые кон-укуны, специально выращенные до великанских размеров представители их собственной расы, чья шерсть и кожа крепче иной стали. Но и за полученное пришлось щедро поделиться знаниями Пути Леса. Впрочем тут друид особо не жалел, чем больше живых существ под солнцем встанет на правильную дорогу, тем лучше и для Моравии, и для всего мира.
Но однако восток с его регулярными войнами оказался слишком беспокойным местом, чтобы осваивать полученные знания, а потому Корнегур решил оставить гостеприимство укунов и двинуться обратно на запад, поближе к дому, что успешно и проделал, правда уже на другом корабле северян. Всё таки его знакомые занимались тем, что зарабатывали деньги, что проблематично делать, будучи чужаками там, где их не привечают. Если конечно иностранцы не привезли редкие диковинки из своих земель, но это, как говорится, другое. А ждать друида годами… Даже звучит смешно. Теперь же он опять пересёк «большую воду», через которую нельзя было проложить Зелёный Путь, как собственно и через лишённые растительности в высокогорье Рифеи, после чего кажется нашёл себе тихий уголок на континенте. Здесь он объективно был самой толстой жабой на болоте, а местный боярин, зовущийся бароном, скорее удавится, чем признает, что его без особого труда победили. Ему выгоднее болтать, что именно он поставил себе друида на службу. Корнегуру же было глубоко плевать, что о нём говорят восточные дикари, лишь бы делом заниматься не мешали, а благословение полей не казалось обременительной обязанностью. Если вести себя скромно и не лезть в местные дела, то никто его трогать не будет. Да и здешние жители всё таки были как-то по понятнее, чем обитатели куда более дальних земель. И поприветливее к чужаку, не смотря на откровенно паршивое начало. К нему внезапно даже попробовали набиться в ученики.
Корнегур усмехнулся, вспомнив странного подростка. Судя по всему парень был готов на что угодно, кроме целибата, обязательного для жрецов здешней веры, даже пойти на службу к первому встречному магу. Не дурак ведь вроде и должен понимать, что по сути вверил бы свою жизнь учителю, о котором вообще ничего не знает. Но чего только в жизни не бывает. Впрочем поморозив задницу в пустой горной долине ночку и никого не найдя, он вернётся к своему приёмному папаше и получит по первое число. Может быть это даже сделает юнца немного мудрее и осмотрительнее. Корнегуру же нет смысла ссорится с здешним клиром, отбивая у него неофитов. Хотя с наставником его вчерашнего гостя можно и пообщаться. Насколько он знал, в восточных королевствах бытовало мнение, будто их мир плоский как блин, а солнце то греет его, то спускается в мир мёртвых по ночам. Если здешний деревенский жрец додумался до настоящего положения вещей сам, то он определённо должен быть интересным собеседником. Если учился у достойного учителя, то возможно у него окажутся полезные знания, которые стоит выведать. В конце концов знания — это сила, их стоит собирать.
Прикончив после лёгкой разминки сытный завтрак, друид закинул посуду в бадью с водой, что тут же забурлила, подчиняясь его небрежному жесту. Но стоило его руке потянуться, чтобы достать уже чистую тарелку, как Корнегур замер… К его дому быстро двигался человек, лес говорил, что от него пахнет Светом. Что же, на ловца и зверь бежит. Морав усмехнулся и всё таки разобрался с посудой, а потом вышел во двор и попросил Венда немного отойти в сторонку, спрятавшись и подстраховав его в случае чего. Местные
