работал.
– Там такие деньги крутятся! – говорил Славка Инге. – Ты таких денег ни разу в жизни не видела, – завистливо присвистывал. – Я бы на такие деньжища не то что комнату в шараге – квартиру бы снял! Нет! Лучше – купить.
Инга послушно кивала головой. Робко советовала найти работу, хотя сама понимала, насколько это глупо. Ну на какую работу может устроиться студент очного отделения второго курса? Склады караулить? Официантом в ночную смену? Но идти на «копейки» Славка категорически отказывался. Инга соглашалась: из-за такой работы в несколько раз повышался риск вылететь из университета. Конечно, можно было бы, как Витя, готовить школьников к экзаменам, но со Славкиными оценками про такое говорить просто смешно! В общем, куда ни кинь – всё никак.
Славка совсем нос повесил. Он и в прошлом году к тётке не особо торопился, а тут вообще шёл, скрипя сердцем. Тесно, шумно. Ещё и Родька ходит мрачный: никак работу найти не может, это не говоря о том, что подруга, как оно и водится, не дождалась.
Родька вообще вернулся чужим. И для матери своей, и для братьев, и для самого себя. То и дело сквозь зубы цедил родне, что, мол, живёте неправильно, настоящей жизни не знаете. Тётка в ответ закатывала речь, что как учил комсомол – так и живет, по-другому не умеет. На что Родька с ехидством отвечал, что время комсомола прошло. Тётка тогда начинала рыдать, хрюкать в кухонное полотенце, заливая, мол, и за что Боженька её так наказал. Родька, в свою очередь, подкалывал, что настоящий комсомолец в Бога не верит. И так – каждый день! Славка от таких разговоров сам уже готов в кухонное полотенце хрюкать. Оба ему были противны – и тётка, и Родька.
Через месяц такой жизни тётка начала изящно намекать Славке, что пора тебе, племянничек, другое жилье подыскивать. Даже поинтересовалась, сколько комендант просит. Правда, «изящно» в её случае – понятие относительное. Ей, конечно, казалось, что она – сама тактичность, а вот Славка каждый раз словно пыльным мешком по голове получал: не к месту ты тут.
Тётка до того дошла, что с родной сестрицей переговорила. У матери Славки чуть сердце не остановилось: её сыночек – да в общагу! Да там же все пьют! Курят! А какие там девки! Еще охомутают мальчика, быстренько ребёночка подсунут, хлебай потом.
Тётка, подумав как следует, с сестрой согласилась, тем более что разговор тот увёл её мысли в другом направлении. Зачем давать на лапу коменданту, если есть Инга? А что? У неё и комната своя есть.
– Женись, – начала напевать тетка. – Мы на свадебку абы какую наскребем, а ты прописывайся, да ребёночка по-шустренькому.
Мать Славки тоже согласилась. Она хоть и видела девушку только на фотографиях, но ей было вполне достаточно того, что Инга – городская, из приличной семьи, да ещё комната своя имеется. Молодым ведь жить негде, так что папа с мамой потеснятся. А что? Все теснятся, они тоже постеснятся, авось не рыжие!
Вот только Славка с ними обеими не соглашался. Во-первых, себя он считал слишком молодым, неотгулявшимся, чтобы кольцеваться да ребёночка по-шустренькому. Да и абы какой свадьбы не хотел. Если уж жениться, то такой пир закатывать, чтобы у гостей глаза на лоб полезли от шика и блеска.
Даже поговорил на эту тему с Ингой. Девушка согласилась, что современные молодые люди на втором курсе не женятся. И вообще сейчас модно годик-другой пожить отдельно от родителей гражданским браком. Разговором Славка не утешился. На какие шиши они, интересно, годик-другой жить отдельно будут?!
С каждым днём он злился всё больше и больше.
Дошло до того, что он теперь вместо того, чтобы грызть гранит науки, отправлялся шататься по улицам. Глазел на витрины, богатые машины. И злился, злился, злился!
Инга начала ругаться:
– Опять на занятия не ходил! Как сессию будешь сдавать? Отчислят.
Славка лишь отмахивался, мол, много ли ты понимаешь. Инга злилась. Ссориться они стали так, как никогда ещё раньше не ссорились. Впрочем, отношения осложнились не только поэтому. После тех вольготных летних деньков, когда они часами могли заниматься любовью, всё вернулось на круги своя. Ехидная сестра под дверью, тётка со своими домочадцами. Ну какой тут секс?
Попробовали даже заняться любовью в подъезде. Словно объедков наелись. Всё-таки одно дело, когда они раздетые на чистых простынях лежат, милуются. А тут впопыхах, бегом к победному финалу. Да и какие ласки, если соседи кругом?
В общем, куда ни плюнь – всюду…
* * *
– Это не времена такие, – как-то сказала ему Инга, – это мы сами такие. Вон на Бизнесе учится сын Сметаны, ему папочкины деньги и даром не нужны.
– Ясное дело! – огрызнулся Славка. – Когда денег хоть жопой жри, то они и на фиг не нужны. И вообще! Учёба – это пустая трата времени. Вот что мне с дипломом делать? В туалете на стенку повесить?
На что Инга ответила: мол, поступать Славочку никто не заставлял. Впрочем, тут же осеклась. Про себя вспомнила, соседку свою и Витю. Уж Витя действительно поступил именно туда, куда хотел.
Славка на слова Инги не ответил. Потому что сам поступил – лишь бы поступить. Мать все школьные годы талдычила, что без образования – никуда. Уйти на вольные хлеба после девятого, как сделали большинство его сверстников, не позволила – в десятый запихнула. Вот сраму-то парень натерпелся!
А когда Славка в одиннадцатый класс перешёл, мать забилась в Ужасном Ужасе. Учиться в Саяногорске негде – надо ехать. Куда? Либо в Новосибирск, либо в Абакан, либо ещё куда, где вуз есть посолиднее. Но если уж ехать куда, то только в Новосибирск – под присмотр тётки. Но самый Просто Ужасный Ужас заключался в том, что если парень не поступит, то от армии отмазывать нечем. А воспитанные молодые люди сейчас в армии не служат – рожами не вышли.
Когда Славка все это услышал, то обрадовался только одному – перспективе вырваться из затухающего провинциального города. Вот уж действительно вольные хлеба так вольные хлеба! Бывшие одноклассники, которые раньше над ним подтрунивали, мигом языки прикусили. Новосибирск – хоть и не Москва, но город тоже немаленький. Перспективный. Связи там легко нужные наладить. А куда сейчас без связей-то? Никуда.
Вуз выбрали технический, потому что парень. Выбрали факультет, где конкурс – полтора человека на два места, то есть факультет Летательных Аппаратов. Естественно, по окончании проектировать самолеты Славка не собирается. А вот что всё-таки делать-то
