быстро и гладко. Ничто не предвещало никаких неприятностей, однако они случились.
Посылая старшего помощника и боцмана на бак, капитан велел им отдать левый якорь, которым давно не пользовались. Для подъёма якорей предусмотрены специальные мощные механизмы – брашпили, установленные на носовой палубе с обоих бортов. Брашпили эти имеют гидравлический привод и приводятся в действие гидронасосами высокого давления, находящимися под полубаком, в подшкиперской.
По команде капитана боцман растормозил якорную цепь и якорь, под действием своего веса, начал разматывать цепь. Постановка на якорь была почти окончена, когда потребовалось немного подвирать якорь-цепь. Гидравлический насос левого борта почему-то не включался, времени звать электромеханика не было, и старпом решил воспользоваться предусмотренной возможностью приводить в действие левый брашпиль правым насосом. Лучше бы он этого не делал. Плохо зная гидравлическую систему, боцман полностью перекрыл нагнетание высоконапорного насоса.
Последствия были ужасными. Масло высокого давления мгновенно вырвало прокладку на стыке трубопроводов и залило всю боцманскую кладовую, почти полностью уйдя из напорного бачка. Срочно вызвали четвёртого механика, которого следовало позвать пятью минутами раньше. Нарядный четвёртый, приготовившийся ехать домой, был обескуражен. Единственный моторист, остающийся на судне, стоял вахту.
Вызвали сварщика, третьего механика, всех матросов для уборки помещения. Христо, болгарский сварщик, не мешкая, начал разъединять фланцы, четвёртый побежал за новой прокладкой. Притащили пневматический насос и стали заполнять систему маслом из бочек. Третий механик, разобравшись в схеме, установил трехходовые пробки в правильное положение. Проверили брашпиль в работе, от правого агрегата он работал. Подтянули цепь. Оставалось выяснить, что случилось с левым. Этим уже занимался Валерий.
Питание к насосу не подходило. Виной оказались подгоревшие контакты главного контактора. Но не успел он ступить на палубу, как услышал по рации «Срочно электришена к трапу». Вот уж правильно говорят, что беда одна не ходит. Вышел из строя переносной пульт траповой лебёдки. Не шторм-трап же властям подавать, этого они не простят. Пульт пришлось разбирать, кое-как Валерка успел к приезду агентского катера.
Спустился в машину искать новый контактор целиком. Можно было и по-другому действовать, но не в данном случае. Хорошо, что контактор нашёлся. Заметив себе, что нужно заказать новый, Валерка помчался на бак, краем глаза заметив суету в районе парадного трапа. Знакомиться с приехавшими времени не было. Уставший на уборке третий механик с удовольствием взялся ассистировать электромеханику, освещая фонарём хитро расположенные винты. Наконец, через час Валера закончил работу и проверил насос в действии.
– Ну, может, хватит неприятностей на сегодня? Пора бы уже и помыться!
За ужином Валера познакомился со вторым механиком, Дмитрием Кравченко, и с четвертым, Николаем Гришко. Рядом с ними ужинал Христо, который объяснил, что отныне все филиппинцы будут есть в столовой команды, а европейцы и Мария – в кают-компании, все за одним столом. Так распорядился капитан.
Валерка обрадовался. В большой, сравнительно, компании, а их получалось пока шесть человек, все будут больше общаться друг с другом, и он сможет говорить с Марией сколько угодно, на любые темы, даже и испанский учить, который ему нравился. Учебника не было, конечно, но он нашёл у Марии в кладовке гроссбух, как раз то, что надо для занятий. А учительница у него уже есть.
Николай, новый четвёртый, попросил рассказать, что случилось с брашпилем. Высокий, кудрявый блондин, лет двадцати пяти, он попал по распределению на Дальний Восток, но проработал там всего два года на коротком плече, всё время ходили на Японию.
Дмитрий был одесситом. Темноволосый, уже за сорок, наверное, спокойный, молчаливый. Сказал, что вторым плавает давно, но на иностранном флоте пока о повышении не мечтает из-за слабого знания английского языка.
– Коля, а как вы летели? Долго?
– Очень. В Киев на микроавтобусе, он нас прямо в Борисполь подвёз. Всю ночь не спали, биографии друг другу рассказывали. Утром вылетели на Париж, в аэропорт Орли. Там шесть часов провели, потом – аэробусом до Каракаса, оттуда уже на Панаму.
– Долго. Измучились?
– Да ничего, мы молодые ещё. А в Панаме нас агент встретил, и в Колон привёз, в гостиницу.
– В Кристобаль, ты хочешь сказать?
– Нет, в Колон. Это город на атлантической стороне канала. А Кристобаль – чисто порт, ему всего пятьдесят лет. Так же и на другой стороне – Бальбоа – это аванпорт Панама-сити, столицы Панамы.
– Бывал здесь?
– Нет, агент по дороге рассказал.
– Кстати, вы газет свежих не привезли?
– У меня с собой много, – отозвался Дмитрий. – И «Моряк Украины» даже есть, его Гарий Иванович дал. Да, и письмо же он тебе передал, я забыл сразу сказать, прости, пожалуйста.
– Из дома, наверное, точно не знаю. А тебя он хвалил, сказал, что благодаря тебе мы в этой компании закрепляемся. Вот твоё письмо, – вытащил он конверт из сумки.
– В каюту вещи понесу, когда она уже освободится.
Валера осмотрел конверт. От Лариски. Странно. Он обмолвился дома, где находится круинг, но даже не думал, что она запомнила.
Глава 20
Письмо Ларисы. Устройство Панамского канала
«Дорогой Валера!
Наверное, ты не ждёшь письма. И уж, конечно, не такого. Я очень виновата перед тобой. Не могла решиться открыться тебе раньше.
В моей жизни появился другой человек, другой мужчина. Мы близки с ним уже полгода, и с тех пор я всё время хотела тебе это сказать. Но не решалась, боялась, поэтому постоянно нервничала и срывалась. Прости, наша совместная жизнь не получилась. Я знаю, что ты искал во мне то, чего никогда не было. Спасибо тебе за то, что в неполные двадцать лет ты не сбежал от меня, от Костика, не поверил слухам, не ушёл от ответственности. Спасибо за всё хорошее, что у нас было, за сына спасибо. Верь мне, я никогда ему о тебе плохого слова не скажу. Ты хороший отец.
Я подаю документы на развод, но не на алименты. Если захочешь, пришлёшь сам. Но мы обойдёмся. Тебе деньги больше понадобятся, надо будет покупать себе квартиру. А дом мы достроим. Придётся достроить, как иначе? Столько твоего труда туда вложено.
Не держи на меня зла. Прости за всё, как и я тебя прощаю. Постарайся вернуться здоровым и физически и морально, ты нужен Костику. Если будет возможность, пиши ему чаще. Он ждёт, я знаю.
Ты ещё встретишь своё счастье.
Бывшая твоя Лариса».
Валера прочитал письмо дважды. Потом лёг на диван, задумался, достал письмо снова.
«Ну вот, и развязка, – сам себе сказал Валерка. – Сам ведь этого хотел, если
