«Давай», — говорит. Включил, а до сеанса связи аж сердце разболелось, а если ошибся, уже не оправдаешься, скажут: «Все испортил, есть радиограмма, куда лез». Включил аппаратуру, входим в связь, спрашиваю сразу: «Какой режим? ИКВ? Или ось X надо? Я включил ось X». «Слушай, точно, правильно, молодцы, спасибо», сразу настроение поднялось. Характер есть характер, не могу, если сомневаюсь, остаться в стороне. Пусть есть возможность ошибиться, но если уверен, сделай так, как считаешь нужным. Выполнили работу, интересно. Долго, около 4 часов сегодня были в орбитальной ориентации, когда ось У направлена в центр Земли, а продольная ось станции Х лежит в плоскости местного горизонта и направлена по вектору скорости. На полу у нас тоже есть иллюминаторы, встаешь над ними и чувствуешь под собой бездну и как никогда ощущаешь полет.
Проходит Земля, вращается под тобой с угловой скоростью 4 градуса в минуту.
9 ИЮНЯ
Смотрю сегодня рассвет, красотища! Солнце еще за горизонтом, но вдруг Землю разрезает синий меч, и ровная голубая дуга распространяется перед восходом, а потом, при появлении солнца, побежала расплавленная медь по облакам, это его жар лизнул спящую Землю. Загорелись золотом солнечные батареи станции, и вот темнота, как покрывало, стала сдергиваться с Земли, а навстречу за оранжевым слоем, который как бы преследует ночь, встает яркий, белый свет дня.
В десять часов вечера разговаривали с ребятами из команды, которая поднималась на Эверест. Многих я знаю, перед полетом они приезжали ко мне домой, и мы с ними хорошо поговорили за рюмкой чая, так что теперь с ними разговаривал как со старыми знакомыми. Вел встречу мой старый приятель Юра Сенкевич. Первый наш вопрос: «Что вы увидели, когда поднялись на вершину?» «Это был небольшой столб привязки высоты, с маленькой площадки открывался вид на 8-тысячные вершины». Спросили нас: «А вы смотрели на них, когда ребята штурмовали Эверест?» Я сказал, что первые дни были очень заняты работой, да и к Земле надо привыкнуть, так что, к сожалению, в это время Эверест мы не видели. Но пообещал сделать фотографии Эвереста из космоса. Толя спросил: «Что вы чувствовали, когда стояли на вершине?». Иванов ответил: «Наверное, то же, что и вы, когда поднялись в космос. Это, наверное, большая усталость и удовлетворение, что ты взошел». «Сейчас… ребята, — сказали мы им, — этот 792-й виток (уже уходим от Союза и идем над Камчаткой) посвящаем вашей победе на вершине Эвереста». Зааплодировали, слышим по связи. «Почему вы выбрали себе такой позывной?» — спрашивают нас. Толя ответил, что Валентин до этого был Кавказом, а кроме того, Эльбрус — двухголовая вершина и самая высокая в Европе. Попрощались. Земля спрашивает: «Выйдете на связь в следующем сеансе?» Говорим: «Обязательно».
Перед сном полил горох, овес, выросли усы, но стали подвядать листочки. Сейчас стоит передо мной маленькое космическое поле, понюхал, и кажется, чувствую запах Земли. Хорошо. Даже не верится, что я в космосе. Сегодня установил кардиокассеты, датчики от волос отклеиваются, так я взял и побрил грудь, даже себя не узнал, такая была пышная и красивая, а теперь как цыпленок. Где мои родные сейчас? Вчера они улетели в Грозный. Здесь очень хорошо идут смешные записи Карцева — Ильченко и Райкина, смеялся аж до слез. Интересный момент, когда мы не разговариваем, тишина стоит в станции, мертвая тишина, только вентиляторы шумят, я говорю: «Давай хоть включим музыку, ведь не в сурдокамере сидим».
10 ИЮНЯ[5]
Собирали «Пирамиг», ПСН, просмотрели схему сборки бани. Спал хорошо, но проснулся в 6 утра. Организм берет свое, и такая слабость, что даже тоскливо стало.
После обеда задали в вычислительную систему «Дельта» тест типового сеанса «Самрентген» — наведение рентгеновского комплекса станцией на заданный источник, но сеанс не пошел непонятно почему.
Болит затылок с утра, днем завалился на часик поспать, взбодрило. Ждем, что скажет Земля по тесту. На станции, чем бы ты ни был занят, всегда о чем-то думаешь, перебираешь в памяти, переживаешь старое, и, бывает, вдруг наступает какое-то прозрение и ясность понимания по совершенно неожиданной проблеме. Это может быть в любое время, и днем, и ночью, и даже в минуты напряженной работы.
Это приятные моменты, и я старался не упустить их, а быстрее зафиксировать. Потом, уже в свободное время или лежа в спальнике перед сном, пытался понять, чем это вызвано. Видимо, на Земле наши мысли слишком засорены мелкими заботами, различными проблемами и возбуждены эмоциями.
На станции же ты весь в работе, а огромный груз, связанный с жизнью в обществе, остался там, внизу. Наш мир сжался до нас двоих, где мы оба в равных условиях, всем обеспечены и нет у нас других целей, кроме работы. Тут простор мыслям, посеянным на Земле.
Вот и сейчас подумал о том, что человек подгоняет мир под то, что понимает и, сам не ведая того, уже противится новому, хотя считает себя прогрессивным человеком.
11 ИЮНЯ
Сегодня медицинский день. Встали, умылись, если можно так сказать, для этого берешь влажную салфетку, протираешь ею лицо, волосы, потом ее наматываешь на щетку и массируешь голову. Берешь новую влажную салфетку, обматываешь палец и чистишь ею зубы.
Неплохо получается, а то зубной щеткой одна морока. Надо взять щетку, положить пасту, сплавать к первому посту, где у нас вода, смочить рот, дальше чистишь зубы, а после этого набираешь в рот воды прополоскать и не знаешь, что с ней делать, приходится выплевывать в салфетку — не пить же. Это неприятно. Так что пальцем с салфеткой чистить удобнее, да и врачи говорят — полезнее, массаж заодно. После бритья протираешь салфетками со специальными пропитками все тело. Если нужно, кремом смазываешь лицо, т. к. шелушится. В общем, вся эта процедура занимает около 20 минут.
А туалет в прямом смысле — сидишь на этом устройстве, образно говоря, как баба-яга на метле. Сколько со всеми ребятами было уже смешных историй с космическим туалетом! Он ошибок не прощает.
В бытовых вещах на станции нет разделений или брезгливости к товарищу, всё общее: пища, туалет, загубники… Так что на это даже не обращаешь внимания. А в привычках остаемся себе верны — по ним можно понять особенности человека. Толя очень аккуратный, все у него где-то положено, разложено, бывает, и не знаешь.
Провели телевизионный репортаж, посвященный 50-летию Комсомольска-на-Амуре. Сказали, что их город — это как живое знамя комсомола, потому что в нем живет его молодость — это ветераны комсомола, которые строили Комсомольск и утверждали Советскую власть в тридцатые годы на Дальнем Востоке.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
