первородных не стало, и само умение слышать зов немного трансформировалось... Мы, черти, как и высшие демоны, слышим, если представители другого вида рядом с нами нас поминают. Мысленно или вслух. Голоса людей и эльфов обычно громче всего.
— Я слышал об этом. В дворце эльфийского короля есть засекреченные записи о призыве первородных, — произнёс Базулиус. На его лице считалось заметное отвращение. Слово «короля» он выплюнул так, словно у него во рту был яд; ещё никогда Анатолий не видел правления такой ненависти в одном упоминании живого существа. — Туда никого не пускают. Однажды я пытался пробраться... Признаться, тайные операции — не моё, так что я ничего не видел.
Элизабет присвистнула.
— Сразу стал разговорчивым? Призыв первородных... Суккубы точно произошли не от них. Интересно, есть ли сейчас эти первородные? Вот, кто бы действительно нам хорошо подсобил. Никогда не хотела выполнять грязную работу...
Цукат на секунду задумался, но, в конце концов, отрицательно покачал головой.
— Говорят, они давно мертвы. Больше не осталось ни одного, какой бы долгой ни была продолжительность жизни демонов. Это очень грустно...
— Чего по ним горевать? Умерли и умерли, — фыркнул Базелиус.
— Действительно, — согласился Анатолий. — Странная история. Почему не вымерли, а именно умерли?
— Первородных было не так уж много, — пояснил Цукат. — И их потомство уже не относилось к их же виду. Все первородные были детьми Нокс, а их собственные дети уже обычными демонами. Не могу сказать точно, может, их было двадцать или тридцать... Первая группа героев уничтожила их. Может, всех, а может и нет, но больше первородные никогда не упоминались.
— Да уж. Дети богини, значит, уничтожены призванными героями, а мы должны эту участь миновать, — вздохнул Анатолий. — Может, я пессимист, но лучше бы нам заранее обзавестись гробами и купить места на кладбище.
Элизабет фыркнула и ударила человека по плечу, не жалея своих нечеловеческих сил.
— Будешь ты ещё нагнетать! Лучше бы вообще рот не открывал. Я вот планирую жить. Я и раньше защищала своих сестёр, но никогда не думала, что могу получить шанс прогнать людишек с нашего континента. Знаете что? Да, я этого хочу! — признала женщина с совершенно красным лицом. — И если это значит, что я могу помочь другим демоницам, я согласна на эту божественную метку, так что прекратите настраиваться на неудачу, пока я кого-нибудь не убила! Всем вам, мужчинам, лишь бы поныть!
— Какая пламенная речь, — Анатолий потёр спину. — Что ж, постарайся сохранить такой настрой, раз уж ты так в себе уверена. Но почему бы всё-таки не снять каблуки, прежде чем воевать?
— Ты хоть знаешь, как сложно было достать эти туфли? — рассердилась суккуб. — Ну и что, что на них сложно бегать? Я как-нибудь справлюсь?
— Неделя, — безэмоционально произнёс Базулиус. — Через неделю она от них избавится.
— О, серьёзно, ставка? — закатил глаза человек. — Как по-детски... Держу пари, это будет меньше недели.
— А я думаю, месяц, — добавил Виттель.
Элизабет опасно скрипнула зубами, но ничего не сказала. Неисправимые мужчины! Что она может с ними сделать?
— Спокойнее, — выдохнул слегка позеленевший Цукат. — От ваших криков лодка качается...
— И правда, — фыркнул Базелиус. — Выпадете — ваши проблемы.
Анатолий с сомнением глянул на Цуката. Тот выглядел нормально, как и всегда серым, но... немного другим. Кажется, его начало укачивать; вскоре человек и сам почувствовал, что лодку начало качать, хотя, на первый взгляд, озеро было вполне спокойным.
— Вы тоже это чувствуете? — спросила Элизабет.
— Что, качка? — переспросил Виттель и усмехнулся. — Повезло же мне быть зеркалом. Мне-то укачивание не грозит.
— Поменьше самодовольства. Малявка? — Базелиус щёлкнул пальцами перед глазами Цуката, из-за чего тот дёрнулся. — Что с тобой?
Он сглотнул.
— Боюсь, черти вроде меня несовместимы с водой. Думаю, меня вот-вот вырвет...
— До этого всё было нормально! Фу! — возмутилась суккуб.
Анатолий закатил глаза.
— До этого лодку не трясло! Что-то мне это не нравится...
Вдруг лодку тряхануло; она опасно качнулась на бок и чуть было не перевернулась, но смогла выровняться. Элизабет и Анатолий вцепились в противоположный бортик. Цукат же стал совсем зелёным, больше напоминая какого-то водяного. Он запищал и выронил одно из вёсел, прижав другое к груди.
— Под нами что-то есть, — догадался Базелиус, выуживая из кармана нож. Закинутый за спину лук Нокс он показательно игнорировал. Да и какая от него польза в воде?
Элизабет вцепилась в бензопилу, и Анатолию только оставалось надеяться, что она ненароком не превратит в фарш не загадочную причину качки, а его.
Не успел он ухватиться за эту мысль, как сбоку от него клацнули острые зубы. Из воды высунулась странная морда — она выглядела так, будто это была смесь обычной рыбы и крокодила; цвет у зверюги был причудливый, ярко-голубой, а размером она была чуть больше ноги Анатолия.
И стоило только понадеяться, что эта штука тут в одном экземпляре, как тут и там начали появляться другие её собратья. Всего их было не меньше дюжины.
Цукат с визгом ударил одну из рыбин веслом; та отлетела на добрый десяток метров и упала в воду. Весло же не совсем уцелело — по его нижней части
