с этого моменты также устойчиво снижается, составив 25,0 % к началу 2012 года.
Вообще говоря, эти доли – это такое же лукавство и даже блеф, как и страновые рейтинги американских рейтинговых агентств. Поясним, почему. Если вложения в доллар и дальше в UST имеют практически мгновенную ликвидность, то вложения в евро и в страновые облигации такой возможности лишены. Масштабный выход из таких бумаг может быть сопряжен с большими потерями, особенно если речь идет о Греции, Испании или Португалии. А в расчете рейтинга эти риски и дисконты наверняка никто не считал. Но это к слову, вернее к вопросу о том, как же сильно нужны единые еврооблигации Еврокомиссии, ну, хотя бы только для того, чтобы МВФ не путался в расчетах.
Смысл того, что делает ЕЦБ, начиная в осени 2009 года уже очевиден. Логика этих действий так же понятна. И теперь возникает главный вопрос, ответ на который позволит заглянуть в будущее. А выдержит ли евро-Европа гонку девальваций с США? Говоря проще, – сдюжат ли? Какой запас отрицательных информповодов есть еще в запасе у евро-Европы, чтобы и дальше, на среднесрочную перспективу, подталкивать бегство от евро в доллары? После Южной Европы взяться за негатив по Франции?
Уже сейчас в середине 2012 года достаточно очевидно, что информповоды закачиваются, остается только кричать о падении производства. Что уже и делается, в июле 2012 года Франция сообщила, что ее ВВП II квартала снизился по отношению к ВВП I квартала на 1,9%. И также очевидно, что ЕЦБ гоняется за двумя зайцами, девальвацией евро вслед за долларом и отсутствием инфляции в евро-Европе. Думаю, что объяснять противоречивость этих целей не требуется.
Инфляция доллара уже идет по миру. Несогласные пусть попробуют объяснить следующий факт. Летом 2012 года, для многих очень неожиданно, подскочили цены на пляжный отдых в Мексике, Доминикане, Багамах и Карибах, по минимальной оценке на 30-40 процентов против цен 2005-2006 годов.
Оценивать инфляцию в США только по статданным американской статистики совершенно некорректно. Инфляцию мировой резервной валюты необходимо мерить по синтетическому индексу мировых цен, включающему в себя нефть, газ, цветные и черные металлы, цемент, основную химию и удобрения, зерно, фрахт, туризм и т.д. Если бы МВФ взял на себя труд рассчитывать подобный индекс, то хоть как-то оправдал бы свое существование. А пока приходится полагаться на интуицию и косвенные оценки.
Чтобы понять, что будет дальше, достаточно взглянуть на рычаги, которыми обладают США, и которых нет у евро-Европы. Самый главный рычаг, с помощью которого можно налить в мировую экономику сколько угодно долларов – это дефицит федерального бюджета США. Только на 2012 год это 1,65 трлн. долларов. Эти деньги растекаются по миру через отрицательное сальдо торгового баланса, международную деятельность, военные расходы и т.д. Эти деньги превращаются в положительное сальдо у десятков стран, в том числе евро-Европы, Китая, Японии, азиатских тигров, латиноамериканских государств и т.д.
Избытки долларов, пришедшие на национальные рынки, выкупаются нацбанками и ЕЦБ, превращаются в валютные резервы этих стран, т.е. поступают обратно в США, превращаясь в UST. Разница между годовым дефицитом бюджета и тем, что прибавилось в объеме UST, оседает инфляцией в мирохозяйственном обороте, это то, что «съел» мировой рынок, что прилипло в мирохозяйственном обороте и что уже практически никогда не вернется на континент США.
Один только дефицит бюджета США в 13 раз превышает весь бездефицитный бюджет Еврокомиссии. Евро-Европа за все платит заработанными долларами, оставаясь при этом еще и в плюсе. Нацбанки евро-Европы самостоятельно не могут стерилизовать всю долларовую массу текущего потока, это делает и ЕЦБ, отправляя деньги все в те же UST, правда об этом он скромно умалчивает.
Евро-Европа лишена этих рычагов. Каналов, куда можно было бы размещать новую эмиссию, у ЕЦБ и Еврокомиссии просто нет, нет вообще. Кроме одного единственного – напрямую скупать доллары на мировых биржах, загоняя доллар вверх, а евро вниз. По косвенным признакам можно судить, что такой опыт у ЕЦБ уже был в 2000-2001 годах, когда за один евро давали всего 78 американских центов. Но тогда и доллар был в переоценке, и бюджет США, впервые за много-много лет, был сведен в 2000 году с профицитом в 56 млрд. долларов, и сам ЕЦБ искал оптимальный курс евро применительно к торговому балансу евро-Европы. А главное – не было наличного евро, а эмиссия нацвалют была уже запрещена. Так что все обошлось без инфляции. Сейчас все по-другому. Свою внутреннюю стоимость, или по-другому, паритет покупательной способности, евро уже поймал. Если начать дешеветь относительно дешевеющей валюты, то лить нужно по триллиону евро в 2013-2015 годах. Но при этом возникнут значительные риски. О них – чуть позже, а пока надо сравнить две концепции: реальную, которую реализуют США, и нашу гипотетическую для евро-Европы.
План американцев понятен, лить эмиссию в мирохозяйственный оборот до тех пор, пока долги по UST не утонут в инфляционных доходах бюджета. ВВП при этом разбухнет примерно до 20 трлн. долларов, федеральный бюджет до 5,5-6,0 триллионов. Этот целевой ориентир понятен. Проблем с увеличением лимита по UST в конгрессе США больше не будет, это сюжет уже отработали в 2010-2011 годах, в период количественных смягчений, когда запускался процесс девальвации доллара.
А с целевым ориентиром евро-Европы все сложнее. Условно за такой ориентир можно принять курс 1,20-1,25 доллара за евро. И тут же возникает вопрос, а как долго этот уровень продержится? И какой курс евро к доллару нужен евро-Европе на среднесрочную перспективу?
Дуглас Норт назвал бы эту ситуацию институциональной ловушкой для Европы. Хотите дрейфовать вслед за долларом, будете лить эмиссию? Бога ради. Но что при этом получится? Евро-Европа зарабатывает в год примерно на триллион долларов больше, чем тратит. Все свои платежи по внешним операциям легко покрываются долларами. Заработанные доллары легко отправить в UST. Где они и будут таять с темпом инфляции доллара.
А вот что будут делать покупатели евро? Куда они эти евро пристроят? Вариантов совсем немного. Это суверенные бонды (с суверенными рисками), еврооблигации третьих стран и компаний из этих стран (уже с конкретными коммерческими рисками), ну и нужды внутреннего экспорта. Через 2-3 года, если наша гипотеза будет запущена в работу, внутренний экспорт евро-Европы составит 1,5-2,0 трлн. евро. Ибо дешевый евро будет делать привлекательным туризм в этой зоне.
Механизмов стерилизации избыточной евромассы у ЕЦБ нет. Лучший в данной ситуации механизм, – евробонды Еврокомиссии, – отсутствует. Это означает, что монетарная инфляция, вполне ощутимая на потребительском уровне, абсолютно неизбежна. Ее раскрутят толпы американских, арабских, китайских, японских
