не слышно. Если кто провинился — потолкует, а иногда просто бросит несколько слов, да так, что лучше бы накричал».
Может, и не справиться бы самому Быкову, если б не опирался он на партийную организацию. И, в свою очередь, партийное бюро стало больше заниматься вопросами службы, искать пути к ее совершенствованию, поддерживать все новое, передовое.
…Когда казалось, что работа по всем линиям службы уже налажена, в местном парке произошел случай дерзкого хулиганства. Это был удар грома в ясную погоду. Почему же так получилось? Обезглавив хулиганские группы, работники милиции не довели начатое дело до конца и, бросив все силы на борьбу с преступностью, не заметили, как вновь стало выползать на свет притихшее было хулиганье. Да этого не могло не случиться. Сотрудники отдела в борьбе с нарушениями общественного порядка понадеялись главным образом только на себя, забыв, что без широкой помощи трудящихся милиция бессильна.
С тяжелым чувством шел Быков в отдел. Как он, которому государство доверило руководить охраной спокойствия и безопасности трудящихся района, мог позволить себе увлечься одной стороной дела и совершенно забыть о другой? Как мог он забыть о большой силе общественности, допустить резкое ослабление связи отдела с нею? Что ж, это послужит ему и всему коллективу серьезным уроком.
О случившемся взволнованно говорили работники райотдела на совещании. Высказывались самые различные предложения и пожелания, а призыв начальника крепить связь с общественностью нашел горячий отклик.
Озабоченным ушел с собрания участковый уполномоченный Поляков. Это уже был не тот участковый, о котором когда-то плохо отзывались. Многое изменилось в его отношении к службе, в лучшую сторону изменились и сами результаты. И вот сейчас Поляков думал о том, что правильно говорил Быков. Бригадмильцы есть, но их мало, действуют они еще недостаточно смело, напористо. Разве поспеешь везде сам? Нет, нужно обратиться к партийным и комсомольским организациям предприятий, поднять молодежь, активистов, объявить хулиганам беспощадную войну.
И вот на партийном бюро одного из предприятий начался деловой разговор о том, как навсегда покончить в поселке с хулиганством. Секретарь партбюро обещал помочь подобрать в бригаду содействия лучших, надежных товарищей.
— Давайте заниматься этим сообща. И комсомольцы наши помогут. Это их кровное дело.
Такой же разговор состоялся и в партийных бюро других предприятий.
Вскоре стало ясно, что участковый пошел по правильному пути. Бригада содействия милиции за короткое время выросла до шестидесяти человек. Костяк ее составили коммунисты и комсомольцы. Вошли в практику регулярные дежурства в клубе, патрулирование в поселке. Участковый продумал наиболее рациональную расстановку сил. Он разбил бригаду на группы по 7—8 человек. В каждой группе из числа лучших назначены старшие. Они заранее узнают у Полякова о предстоящем дежурстве, отвечают за действия своей группы. Каждые две недели бригадмильцы собираются на совещания. Участковый рассказывает об обстановке, ставит задачи на будущее.
Но Поляков понимал, что этого недостаточно. Он добивался более широкого участия рабочих и служащих в борьбе за порядок, продолжал посещать предприятия, рассказывать, убеждать. При поддержке партийных организаций начали работать два штаба общественности.
На улицах поселка появились комсомольские патрули. Это аванпосты комсомольского штаба предприятия. Более двадцати пяти комсомольских пятерок пресекают малейшее проявление хулиганства. На комсомольских собраниях предприятий ставятся вопросы борьбы с нарушениями общественного порядка.
Действенным помощником штаба и активным участником борьбы с хулиганством является городской «Крокодил». Безжалостная ирония, едкая сатира, карикатуры и фотографии хулиганов, пьяниц, дебоширов — наше могучее оружие. Его, как огня, боятся нарушители общественного порядка. Однажды в «Крокодиле» была помещена злая карикатура на рабочих местной сплавной конторы. После этого ни один из них не рисковал появляться пьяным в общественном месте.
Комсомольский штаб опирается на широкий актив и постоянную поддержку комсомольцев и молодежи. Проводятся комсомольские активы, на которых обсуждается работа штаба.
Крепкая связь установилась между работниками милиции и райкомом комсомола. Комсомольский патруль действует в контакте с дежурным по райотделу милиции. Сотрудники райотдела — частые гости в райкоме комсомола. А начальник милиции нередко выступает с докладами в комсомольских организациях, перед молодежью предприятий и колхозов района.
Нарушения общественного порядка резко пошли на убыль. Борьба с ними стала повседневным делом общественности. Теперь легче и работникам милиции, реже поступают в отдел жалобы граждан на бесчинства хулиганов.
…Прошло около двух лет с тех пор, как Быков приехал в район. Отстающий когда-то райотдел вышел в передовые. Почти в два раза сократилось число различного рода нарушений общественного порядка. А нераскрытых преступлений в районе не стало. Это большая победа всего коллектива, который умело направил на решение трудной задачи — борьбу с преступностью и укрепление общественного порядка — Алексей Николаевич Быков. Работники отдела милиции глубоко верят в своего начальника, видят в нем не только хорошего организатора, но и чуткого, отзывчивого товарища, настоящего коммуниста. Они видят, что Быков, борясь за твердую дисциплину в отделе, не боится уронить авторитет начальника простотой обращения с подчиненными. Он может пошутить, посмеяться или, засучив рукава, вместе со всеми разгружать уголь. Люди видят большую разницу в отношении к ним старого и нового начальников. Если прежний и слышать не хотел о личных просьбах подчиненных, то Быков рад пойти навстречу, помочь чем только возможно. Конечно, не всякая просьба выполнима. Но всегда обратившийся к Быкову за помощью или советом уносит от него тепло человеческого участия. А от этого и на душе легче, и работается лучше. На заботу начальника люди отвечают стремлением сделать больше.
МАЛЕНЬКИЕ И БОЛЬШИЕ
Таня и Паша с виадука смотрели вниз. Проехала тележка, на которой стоял дядя в белом переднике и с длинными, как у таракана, усами. Пыхтя и отдуваясь, выполз черный, чумазый паровоз и обдал детей клубами пара. Таня заплакала. Вслед за ней заревел Паша.
— Что плачете, ребятишки?
Таня обернулась и увидела присевшего на корточки человека. Он был одет так же, как сосед дядя Митя; когда Таня плакала, мама говорила: «Перестань, а то дяде Мите отдам. Он тебя в милицию заберет».
— Что ж вы молчите? Может, говорить не умеете?
— А вот и умеем, — сказала Таня, склонив голову на бок и вытирая слезы.
— Тогда хорошо. Где же ваша мама?
— Моя мама дома, — серьезно ответила Таня.
— А твоя? — обратился человек к Паше.
Но тот только шмыгнул вздернутым носиком и смотрел исподлобья.
— И его дома, — ответила Таня. — А мы гуляем.
— И наверно не знаете, где живете?
— Нет.
— Тогда пойдем искать.
…Инспектор детской комнаты старший лейтенант милиции Валентина Владимировна Гомон собиралась идти на обед. Она уже оделась, окинула взглядам комнату, убеждаясь, что все в порядке. Через большое
