— Я не собираюсь выходить замуж.
— Вот как? — К ее великому удивлению, Росс не стал насмехаться над ней. — Но почему? Это все из-за того, что вы разочаровались в любви? Уверяю вас, время возьмет свое. Вы все забудете.
— Неужели? — усмехнулась она, не веря ему. Это был совсем не тот урок, который она вынесла из своей любви к Энтони. Это было то, что она узнала о себе сама.
— Есть немало мужчин, на которых можно положиться, — продолжал тем временем Росс. — Тех, что честны и будут относиться к вам с уважением, какого вы заслуживаете. Уверяю вас, в один прекрасный день вы встретите такого человека и выйдете за него замуж.
София кокетливо посмотрела на него из-под длинных ресниц:
— Но если я покину Боу-стрит, кто же позаботится о вас?
Росс искренне рассмеялся такому вопросу и убрал от ее лица руки.
— Вряд ли вам захочется до конца своих дней работать помощницей у старого и угрюмого судьи по уголовным делам, — произнес он.
София рассмеялась тому, как Росс охарактеризовал себя. Однако вместо того чтобы спорить на сей счет, она сделала шаг в сторону и окинула его кабинет критическим взглядом:
— Здесь пора навести порядок.
— Уже поздно, — покачал головой сэр Росс. — Вам нужно отдохнуть. А работа подождет до завтра.
— Хорошо, тогда я пойду отдыхать… при условии, что и вы тоже.
Было заметно, что ему не понравились ее слова.
— Нет, у меня еще много дел. Спокойной ночи, мисс Сидней.
София поняла, что в данный момент ему лучше не перечить, и подчинилась. Однако одного взгляда на Росса Кэннона было достаточно, чтобы заметить темные круги у него под глазами и складки в уголках рта — верный знак того, что он тоже устал. Господи, он измотал себя работой!
— Сэр, я нуждаюсь в отдыхе не больше, чем вы. И если вы предпочитаете работать допоздна, то и я тоже. У меня тоже найдется работа.
Сэр Росс нахмурил брови:
— Ступайте в постель, мисс Сидней.
Но София даже не шевельнулась.
— Только в том случае, если и вы сделаете то же самое.
— То, когда я лягу спать, вас не касается, — отрезал сэр Росс. — Если вы, конечно, не намекаете на то, что мы с вами ляжем спать в одну постель.
Было видно, что этой репликой он надеялся заставить ее замолчать.
Софии на ум тотчас пришел дерзкий ответ — столь дерзкий, что она поспешила прикусить язык. Однако тотчас подумала: «А почему бы нет?» Самое время заявить ему о своем интересе к его персоне. Лучшего момента, чтобы сделать следующий шаг, приближающий ее к заветной цели, трудно себе представить.
— Хорошо, — быстро произнесла она. — Если вы согласны лечь спать только при этом условии — что ж, так тому и быть.
На его лице она прочла полное замешательство. За ее словами последовало затянувшееся молчание — еще одно свидетельство того, что он никак не ожидал, что их разговор примет такой оборот. На какое-то мгновение София испугалась. Было невозможно предугадать, как отреагирует на столь смелое заявление сэр Росс. Как истинный джентльмен — тем более ведущий праведный образ жизни — он мог отказать ей. Однако было нечто такое в его лице — то, как зажглись огнем его серые глаза, — что заставило ее усомниться в том, что он устоит перед искушением. И если он ответит согласием, то ей тоже придется сдержать свое слово и лечь с ним в постель. От этой мысли ей стало не по себе. Нет, конечно, такое входило в ее планы, именно к этому она стремилась. Но неожиданно ей стало страшно.
Страшно от того, что ей действительно хотелось его.
Сэр Росс медленно сделал шаг ей навстречу. София попятилась — пока не уперлась спиной в дверь. Не спуская глаз с ее лица, сэр Росс уперся руками в дверь по обеим сторонам от ее головы.
— В вашей спальне или в моей? — негромко спросил он. По всей видимости, он рассчитывал, что она испугается своих слов, стушуется и убежит.
София почувствовала, как от напряжения ее руки сжались в кулаки.
— А какую предпочтете вы? — тем не менее парировала она.
Росс пристально смотрел на нее, чуть склонив голову, словно изучал каждую черточку ее лица.
— Моя комната больше.
— А-а, — только и сумела прошептать она. От волнения сердце было готово выскочить у нее из груди, дыхание неожиданно перехватило.
Росс посмотрел на нее так, как будто мог прочитать все ее мысли и чувства.
— Тем не менее, — негромко произнес он, — если мы ляжем спать вместе, я сомневаюсь, что вдвоем мы сможем хорошенько выспаться.
— Пожалуй, вы правы, — пролепетала она, соглашаясь с ним.
— Таким образом, я полагаю, есть смысл оставить в силе наш прежний уговор…
— Наш прежний…
— Да. Вы идете спать к себе, а я к себе.
У Софии отлегло от сердца, хотя одновременно она испытала укол разочарования, и ей стало грустно.
— Но все равно обещайте мне что не будете засиживаться допоздна, — сказала она.
Он усмехнулся ее настойчивости:
— А вы упрямая! Но не волнуйтесь, я не дам вам повода сердиться на меня. Боюсь, в противном случае меня ждут страшные последствия, — пошутил он и, отступив назад, открыл для нее дверь. — Да, едва не забыл, мисс Сидней, еще одну вещь.
— Да, сэр? — София замерла на месте.
Он потянулся к ней, и его рука обвила ее за шею. София была слишком напугана, поэтому стояла не шелохнувшись. Она словно окаменела, а его губы тем временем нашли ее рот. Он едва прикоснулся к ней, но София ощутила свою полную беспомощность, как если бы ее заковали в пудовые кандалы.
Разве могла она предугадать такой поворот событий? София стояла растерянная и беззащитная, не в силах сдержать своих чувств. Сначала его губы касались ее нежно, почти еле-еле, словно он боялся сделать ей больно. Но постепенно поцелуй его стал все более требовательным и жадным. Росс все сильнее впивался ей в губы. Вкус его губ, этот интимный аромат, в котором еще ощущался вкус кофе, подействовал на нее словно любовное зелье. Кончик его языка проскользнул ей за зубы, лаская изнутри ее щеки. Энтони никогда не целовал ее так, постепенно распаляя в ней страсть, как будто слой за слоем подкидывая в огонь хворост. Голова у нее пошла кругом, и она стояла покачиваясь, опьяненная ласками Росса, крепко обнимая его за шею.
О, если бы он только прижал ее к себе еще крепче, чтобы она могла ощутить все его тело… Но он по-прежнему легонько придерживал ее одной рукой. И только рот его жадно впивался ей в губы. Ощущая силу его страсти, которую он, однако, умело сдерживал, София инстинктивно» попыталась найти способ, чтобы дать ей выход. Ее ладони, словно бабочки, порхали у его лица, лаская колючую щетину на щеках и подбородке.
Росс издал сдавленный горловой звук, неожиданно отпустил ее плечи и, не обращая внимания на ее слезливые всхлипы, отстранил от себя. На какое-то мгновение их взгляды встретились, но Росс молчал. Тишину нарушало лишь прерывистое дыхание их обоих. Еще ни один мужчина не смотрел на нее так, словно он пожирал ее глазами, словно жаждал обладать каждой клеточкой ее тела. Она была напугана мощью проснувшихся в нем чувств и желаний, которые ей было страшно назвать своим именем.
