– Добро пожаловать в Кемалок, заброшенный город гномов, приветствовал тирян Лианиус.
– В жизни не видела столько железа сразу, – восхищенно сказала Ниива.
– Какой король мог позволить себе такую роскошь?
– То, что вы видите – ничто в сравнении с чудесами внутренней цитадели, – похвастался Каилум. – Идите за мной.
Он шагнул вперед. Но когда Ниива и Рикус попытались последовать за ним, им преградил путь невысокий воин в черной пластинчатой кольчуге, богато украшенной золотом и серебром. В руках воин держал огромный боевой топор с зазубренным лезвием, на котором плясали разноцветные огни. На его голове сверкала усыпанная драгоценными камнями корона из белого металла, подобного которому мул еще не видывал.
Но не великолепие панциря и не зловещий вид необыкновенного топора в руках воина приковали внимание Рикуса. Он не отрываясь смотрел на желтые, как зимнее солнце, глаза, горящие из-под окутывавшей лицо незнакомца повязки.
– Не двигайтесь, – предостерег тирян Каилум.
Рикус и Ниива замерли, словно каменные статуи.
Мул понятия не имел, кто или что встало у них на пути. В одном он был уверен: ссориться с этим воином ему очень не хотелось.
– Ркард, последний из великих королей гномов, – вполголоса пояснил Лианиус, подходя к гладиаторам.
Повернувшись, он прошел мимо мумифицированного короля так же небрежно, как мимо своего собственного сына.
Он не причинит вам вреда. Покажите, что вы безоружны.
Рикус и Ниива сделали так, как им велел старый гном, и закованная в панцирь мумия отступила в сторону. Но как только тиряне прошли, она снова заняла место посреди прохода.
– Странно… – пробормотал Лианиус.
– Может, сюда проникли еще урикиты? – Рикус, с опаской огляделся по сторонам.
– Чушь, – отмахнулся старик. – Двое сюда вошли, двое тут и остались.
– И он, улыбнувшись, показал на рядом с бывшим мостом мечи.
Когда ворота остались позади, перед изумленными тирянами открылся целый лабиринт туннелей – широкие проспекты и кривые боковые улочки довольно большого города. Большую часть Кемалока засыпал песок, но и того, что предстало глазам тирян, хватило, чтобы передать величие древней столицы. Здания здесь были плотно пригнанных друг у другу гранитных блоков. Пятифутовые двери и окошки в пол человеческого роста наглядно показывали: это жилища гномов.
– Я обнаружил Кемалок, – рассказывал Лианиус, ведя тирян по самому широкому туннелю, – лет двести тому назад.
– А как вы его нашли? – спросила Ниива.
– Мне попался на глаза выступавший из песка кусочек стены, – Лианиус улыбнулся. – Спасибо ветру, иначе бы я никогда ничего не нашел. А так мне сразу стало понятно, что под дюнами скрывается Кемалок – древняя столица нашего рода… Зубцы на стене слишком низки для людей или эльфов, да и кладка – такая, какую умели делать только древние гномы.
Тут старик принялся рассказывать о том, как он вел раскопки, сперва в одиночку, а потом с помощью всей деревни. Он вместе с соплеменниками мечтал о возрождении Кемалока… Рикус его не слушал. Он прислушивался к звукам в туннелях и поминутно оглядывался по сторонам. Гладиатору очень не понравилось, что дверь, мол, «открылась сама по себе», и он не слишком доверял заверениям старика, что урикитов было двое.
Вскоре они подошли к еще одному мосту и воротам. Этот мост был сделан из дерева. Кое-где сгнившие заменили на широкие, плоские – плоские ребра – мекилота. Каилум распахнул огромные железные ворота и провел гладиаторов коротким проходом, мимо низеньких каменных арок. Они вышли во двор замка, где со всех сторон громоздились мастерские – кузницы, красильни, оружейные… Орудия ремесла, сделанные преимущественно из железа и стали, брошенные много веков назад, по-прежнему лежали на столах и висели на стенах. У Рикуса даже голова пошла кругом при виде такого невероятного количества бесценного металла.
Следуя за гномами, тиряне миновали еще одни ворота и очутились в новом дворике. В самом его центре возвышалась квадратная башня цитадели. Массивные стены белого мрамора упирались в свод песчаной пещеры где-то высоко над головой. А по углам квадратной башни располагались маленькие башенки. А по углам квадратной башни располагались маленький башенки. Их узкие бойницы держали под контролем всю площадь.
– Это башня Бирун, – с гордостью сообщил Лианиус, открывая двери, – в течение трех тысяч лет здесь восседали короли гномов.
– Трех тысяч лет? – поразилась Ниива. – Откуда вы его знаете?
Старый гном сердито нахмурился, словно Ниива задала на редкость глупый вопрос.
– Знаю… – буркнул он и жестом пригласил гладиаторов пройти внутрь. Сразу за входом стояли две скамьи: одна – приспособленная для низеньких гномов, другая – для людей. В углах пластинчатые панцири гномов. Металлические перчатки крепко сжимали боевые топоры с двухсторонними лезвиями. И топоры, и панцири были сделаны из полированной стали, блестевшей так, словно собранные здесь вещи только что вышли из рук оружейника.
Вспомнив встречу у первых ворот, Рикус с некоторой опаской заглянул под тяжелые шлемы. Но там была только темнота. Ни горящих глаз, ни зеленых повязок. Кроме того мул не мог этого не заметить, ни один гном не смог бы влезть в такой панцирь. Даже у сгорбившегося от старости Лианиуса плечи были почти в полтора раза шире, да и мускулистые руки не в пример толще.
Заметив оценивающий взгляд Рикуса, старый гном пояснил:
– Наши предки были не так крепки, как мы сейчас. – Старик покраснел и уставился в пол. – У них даже волосы на головах росли.
Ниива удивленно приподняла бровь, а Рикус закусил губу, стараясь не выказать отвращения, а Рикус закусил губу, стараясь девственной чистотой своей кожи. Мысль о покрывающих тело грязных и потных волосах большинству из них представлялась просто-напросто отвратительной.
Каилум прошел в следующее помещение – большую галерею, опоясывающую цитадель. Сиял выложенный из белых и черных квадратиков пол. Вдоль стен через равные промежутки подпирали потолок белые колонны. А сами стены покрывали фрески.
– Я вижу, ты не преувеличил, – заметила Ниива, разглядывая одну из них. – Когда ты сказал «волосы», мне и в голову не могло прийти что-либо подобное!
Рикус присоединился к своей партнерше. Фреска избрала гнома в броне из золотых пластин. В руках он держал гигантскую палицу. Из-под золотой короны на плечи воина ниспадали нечесаные волосы. Но это было еще не самое худшее. Его лицо скрывала густая борода, начинавшаяся почти у самых глаз, и свисавшая до середины груди.
Они двинулись дальше. Проходя мимо фресок, мул обратил внимание, что все они изображали столь же бородатых гномов, как и того, на самой первой картине. Гномы обычно стояли рядами в величественных залах полутемных крепостей или в сумрачных подземных пещерах.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
