Она поставила почти пустую кружку и сжалась под одеялом, уговаривая себя заснуть, чтобы получить столь необходимый ее измученной душе отдых, но ей было страшно закрывать глаза. Слишком реальным был ужасный вид ее собственного обезображенного тела, глядящего во тьму пустыми глазницами.
И вновь этот ужас ворвался в ее сон после прекрасной страстной любовной сцены, в которой она участвовала с Тормандом. Она почти ощущала прикосновение его губ к своей груди. Теплая истома, разлившаяся по ее телу при воспоминании об этой прекрасной картине, лишь подтверждала, насколько ярким и желанным было это видение. Пожалуй, для девственницы у нее были слишком яркие и слишком грешные сновидения о сэре Тормамде Мюррее. Воистину милость Божья, что она довольно редко видит его, в противном случае ока не смогла бы противиться соблазну, который, казалось, источал этот мужчина.
Но если ока поддастся этой слабости, ей придется дорого заплатить за это, подумала она, и по телу девушки пробежала дрожь. Кровавое окончание сна недвусмысленна предупреждало ее о грядущем несчастье, хотя в этом Морейн не была твердо уверена. Но скорее всего если она пустит Торманда Мюррея в свою постель, ее ждет печальная участь несчастных женщин, которым перед смертью пришлось испытать ужасные страдания. Она с сожалением подумала о том, что такие мысли могли прийти ей в голову под впечатлением сегодняшнего разговора с подругой Норой.
Одна из кошек забралась к ней под одеяло и уютно устроилась подле Морейн, успокаивая девушку своим теплом. Положив руку на шелковистую шерстку своей любимицы, Морейн попыталась понять, было ли это страшное видение картиной грядущего, или это предупреждение свыше, всего лишь призывающее ее быть осторожной? Поскольку Морейн не видела причин, по которым такой знатный рыцарь, как Торманд Мюррей, мог бы заинтересоваться простой горожанкой, она начала гадать, зачем Господь послал ей это предупреждение.
Потому что она испытывает к нему влечение, подумала Морейн со вздохом. Она сколько угодно могла не признаваться себе в этом, но в ее сновидениях истина выходила наружу. Морейн лежала, закрыв глаза, не в силах поверить в собственную глупость. Сэр Торманд Мюррей — рыцарь, погрязший в плотском грехе, и — если верна хотя бы часть слухов, ходивших о нем — не прилагавший никаких усилий, чтобы противостоять малейшему соблазну. В течение нескольких лет Морейн боролась с собственной плотью и с теми, кто не прочь был воспользоваться одиночеством девушки и ввергнуть ее в пучину греха. И что же, все для того, чтобы отдать свою девственность такому вертопраху, как сэр Торманд?
Морейн перевернулась на спину, и когда пушистый Григор, устраиваясь поудобнее, положил ей голову на живот, она начала ласково поглаживать лобастую голову кота. Его громкое мурлыканье действовало успокаивающе, и Морейн почувствовала, как улетают остатки ночного кошмара, как постепенно отступает тревога, дыхание становится тише, и она вновь погружается в сон. Утром она решит, достаточно ли у нее оснований, чтобы отправиться к сэру Иннесу и сэру Мюррею и рассказать о своих видениях. Принимать такое решение нужно только на свежую голову. Ведь ей могут и не поверить. Но если рыцари поверят ей, она будет проводить слишком много времени рядом с мужчиной, о котором мечтала в своих снах и которому с радостью отдала бы не только свое тело, но и душу.
Яростное шипение внезапно отвлекло внимание Морейн от кормления цыплят. Ее серый кот Уильям, до этого спокойно сидевший на низкой каменной стене, окружающей примитивный курятник, вдруг низко припал к камням, прижав порванные в боях уши к голове. Шерсть у кота встала дыбом, а кончик его длинного хвоста нервно подергивался из стороны в сторону. Морейн посмотрела в том направлении, куда уставился кот, но ничего не увидела. Однако настороженность не покинула ее. Уильям всего лишь кот, но он никогда не ошибался, когда чувствовал угрозу, и не раз предупреждал ее о возможной опасности.
Морейн едва успела закрыть цыплят в курятнике, когда услышала приближающийся стук лошадиных копыт, и ее сердце подскочило от страха.
— Уолин, — позвала она мальчика, игравшего с тряпичным мячом позади дома, — сейчас же иди в дом.
Уолин схватил свой мяч.
— Ты хочешь, чтобы я спрятался?
— Да, малыш, по крайней мере пока я не узнаю, чего хотят люди, которые скачут к нам.
— Может быть, тебе тоже нужно спрятаться?
— Они меня уже видели. Иди же.
Как только мальчуган исчез в доме, Морейн направилась к воротам, собираясь встретить незваных гостей снаружи. С удивлением она наблюдала, как ее кошки вмиг высыпали из дома и окружили ее, явно давая понять, что готовы встать на защиту хозяйки. Морейн понимала, что бедные животные никак не могут защитить ее от шестерых всадников, но девушка не стала их прогонять. Она слишком хорошо помнила, как часто точно нацеленный удар лапой с острыми когтями позволял ей освободиться от недоумков, которые считали, что она должна с радостью принимать их знаки внимания только потому, что у них в кармане позвякивало серебро. Серый Уильям питал особую ненависть к мужчинам, и иногда это его качество помогало ей.
Когда всадники оказались достаточно близко, у Морейн перехватило дыхание. К ней пожаловал сэр Торманд Мюррей, и ей оставалось только гадать зачем. Неужели кто-то рассказал ему, что у нее бывают видения? Может, он ищет ее помощи? Если это так, тогда она, без сомнения, расскажет ему о своих странных снах. Присутствие сэра Саймона она еще могла объяснить, но ей было непонятно, с какой целью прибыли остальные четверо. Столь внушительная кавалькада у двери ее дома вызывала беспокойство.
— Госпожа Росс, — приветствовал ее сэр Саймон, осадив лошадь, — извините нас за вторжение. Поверьте, мы приехали сюда не для того, чтобы доставить вам какие-либо неприятности.
— Да? — Она поверила вельможе, но все же спросила: — А зачем же тогда эти люди?
Торманд недовольно оглянулся на спутников.
— Они решили, что нам нужна защита. — Он посмотрел на нее. — Но на самом деле им просто любопытно.
— Посмотреть на колдунью? — спросила она, с легкой усмешкой разглядывая сопровождающих. — Вы собираетесь познакомить меня с этими джентльменами?
Торманд так тяжело вздохнул, что она снова с трудом сдержала улыбку. Пока Мюррей представлял своих братьев Беннета и Уильяма, а затем кузенов Харкурта и Рори, Морейн успела внимательно рассмотреть молодых людей, которые являли собой роскошное зрелище для женских глаз. Да, после такого визита городок просто разбухнет от сплетен и пересудов. Приглашая нежданных гостей в дом, Морейн вдруг сообразила, что шестеро высоких и широкоплечих мужчин вряд ли поместятся в ее крохотном жилище.
