мы переходим на «ты» и общаемся запросто, либо ничего не получится.
— Ничего не имею против, — снова белозубо улыбнулся он. — Только как же тебе с такими представлениями об этикете удаётся ладить с местными? У них столько условностей!
— Да? — она озадаченно потёрла кончик носа. — Не замечала. Мне здесь вполне ничего, хотя некоторые обычаи у байхи действительно странные. Взять хотя бы это их разделение на мир мужчин с их городами и стремительно развивающейся промышленностью и миром женщин, живущих большими семейными группами и не иначе как в Холмах.
— А этот дом?
— Исключение. Иногда, бывает формируется новая семейная группа, а Холма для неё нет, строят вот такие деревянные просторные дома, — по ходу объяснений она отмывала кисти в растворителе, который распространял по мастерской острые смолянистые запахи. — Мой, кстати, не единственный, только в предместьях Спотто их с десяток. Мне это Лило объяснила.
— Та девушка, что была с тобой в клубе? — Кайрен чуть было опять не сбился на «вы», но вовремя одёрнул себя. — Где бы себе такого консультанта раздобыть, из местных, чтобы было кому вопросы задавать.
— Так за чем дело стало? — Лисе показалось, что она разгадала причину появления этого молодого человека у себя в доме. Наверняка Лило на него произвела такое впечатление, что тогда прямо у неё он не решился адрес спросить и пробует разыскивать через подружку. Это было не слишком приятно, но ожидаемо. — Лилокан тоже здесь по соседству живёт. И хотя тебя внутрь Холма точно не пустят, её вполне можно высвистать.
— Ни-за-что, — раздельно, по слогам проговорил Кайрен и даже руки в притворном ужасе поднял, — байхи мне на работе хватает, своё свободное время я предпочту проводить без них.
Правда и с сородичами, несколько семей риманов постоянно проживало в Спотто, он предпочитал не иметь дела. По разным причинам. Но счёл, что упоминать об этом будет лишним.
— Тогда какие предложения?
— Поужинать? — Кайрен вопросительно приподнял бровь. Есть и правда хотелось, аппетит он уже успел себе нагулять. — Только машину я сегодня не брал и даже не представляю, сколько отсюда нужно добираться до ближайшего приличного ресторана.
— У меня есть другое предложение, — не то, чтобы Лисе не хотелось ресторанных вкусностей, но для похода в солидное и уважаемое заведение придётся переодеваться, а относительно приличное платье, как уже упоминалось, у неё было только одно. — Как ты на счёт экспериментов? Здесь, в каждом из Холмов имеются такие совершенно аутентичные забегаловки, где можно посидеть, попробовать национальную кухню, при чём не по официально одобренным рецептам, а то, чем здешние хозяюшки своих домочадцев кормят. Называется: Бабушкина Кухня.
— Ну, если бабушкина, — улыбнулся Кайрен, — то я согласен.
Петляли между холмами они довольно долго — а для голодного человека, невыносимо долго и если он правильно всё понял, прошли несколько спусков в подвальчики с общественными едальнями. Кейрену пришлось переступить через природную сдержанность, чтобы обратить внимание своей спутницы на этот факт.
— Ай, — отмахнулась от него Лиссадра, — весь здешний репертуар я уже перепробовала. Хочу чего-нибудь новенького.
Пришлось утешиться тем, что если девушка упомянула репертуар, значит, там не еда, а просто песня. А с другой стороны, если она уже успела пробежаться по всей "фонотеке", значит, репертуар этот не очень-то и велик.
Среди риманов бытовало мнение, что байхи совершенно не умеют готовить, а традиционная их кухня несколько примитивна. Выводился этот тезис из того факта, что соседи по миру в основном вегетарианцы, а на приготовление разнообразной зелени и прочих корнеплодов не требуется так уж много усилий. Да их вообще обычно можно потреблять как они есть, сырыми. Так что в полутёмное помещение, освещённое только немногочисленными расставленными там-сям тусклыми лампами он вошёл невольно нервно принюхиваясь, но тут же успокоился: смешение запахов было невероятным, но все они были вполне аппетитны. Как оказалось на поверку, это был очередной предрассудок, готовили здесь очень даже ничего, хотя о сервировке здешние «бабушки» похоже не имели никакого представления — еда просто выкладывалась на блюдо невнятными кучками и на том всё. И хотя мяса в здешних кушаньях здорово не хватало, голодным он не ушёл.
Во время еды они разговаривали мало — длительная прогулка на свежем воздухе подстегнула аппетит. Зато теперь когда голод был утолён, а напоследок им принесли по рюмке мятного ликёра и чашке ароматного чая появилась и возможность и желание продолжить беседу. Начал её Кайрен с вроде бы ничего не значащего:
— Интересно, а счёт нам когда принесут?
— А всё, мы уже заплатили, — Лисса подняла голову от чашки, над которой зависла, держа её обеими руками и с наслаждением вдыхая ароматный пар. По правде говоря, дышать здешним чаем ей нравилось даже больше, чем пить, хотя и на вкус он был весьма и весьма недурён.
— Это когда кинули на блюдо по грошу? Я думал, это не более, чем плата за вход.
— Нет, мы действительно за всё уже заплатили.
— Тогда я не понимаю, коммерческий смысл всего этого предприятия, — он сделал широкий жест, обводя просторное полутёмное помещение. — Ведь съели мы гораздо больше, чем заплатили даже в пересчёте на стоимость продуктов, не учитывая готовку.
— Это просто, мне это ещё в первое посещение Бабушкиной Кухни Лило объяснила, ну та моя подружка, с которой мы вместе в баре сидели.
— Я помню, — кивнул он.
— В каждом из Холмов проживает немалое количество народа, здесь же подрастает следующее поколение байхи. Практически только здесь. Поэтому питаться здесь принято обильно и разнообразно, готовят с размахом и с хорошим запасом. Однако Холмы не настолько богаты, чтобы разбрасываться едой, поэтому, всё, что остаётся несъеденным передаётся в такие вот домашние ресторанчики.
То, что доход от такого бизнеса идёт в карман тех самых «бабушек», она добавлять не стала, сочтя это ненужными подробностями. Как и то, что если к концу дня что-то не распродастся, стоимость потраченных продуктов также вычитается из гонорара поварих, что лучше всяких увещеваний заставляло соблюдать баланс.
— Всё равно как-то слишком дёшево, — «даже для объедков» — это просто-таки просилось на язык, но Кайрен сдержался.
— А здесь не каждый раз кормят как на убой, иной раз придёшь, а тебе за тот же грош предложат чищеный ревень и компот. Как бабушки решат — это тоже местная особенность, что посетители сами не выбирают ни меню, ни объём порций.
— И чем они объясняют такую традицию? — вопросительно вскинул брови Кайрен.
Это был занятный фрагмент из картины чужой жизни, хотя практической ценности эти сведения для Кайрена не имели: его род был достаточно состоятельным, чтобы его эмиссар мог спокойно
