глазами влетел в лабораторию, таща возможную причину моей смерти.
— Ты будешь в восторге! Марк, это просто ракета! Я усилил топливо порошком из маг-камней, так что оно теперь в тысячу раз мощнее! Ва-ха-ха-ха-ха! — вопил и смеялся, как безумец, инженер.
Он положил рюкзак на платформу и заряжал светящиеся, как солнце, капсулы в топливоприемник. Затем, с силой ударив по кнопке, рюкзак появился в паре метров от меня, озаряя лес своим свечением. Легендарный артефакт позавидовал бы таким спецэффектам и плакал бы тихо в сторонке. Я дождался, когда моего железного коня заберут на базу, и надел рюкзак. Семен, все так же безумно хохоча, провел инструктаж по технике безопасности. Отличная техника, надо было сказать, если что, то мне кирдык, и если падать, то без топлива, потому что бабахнет так, что термоядерный взрыв окажется жалкой петардой. Видя счастье, с которым Семен расхваливает безумные приспособы, которые обычный человек бы никак не смог использовать из-за тотальной опасности, я немного поддался его азарту.
— И главное, вот та большая красная кнопка, ее ни при каких условиях не нажимать! Понял? — Закончил свой инструктаж безумный инженер.
— Что хоть она делает? — задал я логичный вопрос.
— Впрыскивает все топливо в двигатели, но я не тестировал, и двигатель сто процентов взорвется! — Почесав макушку, сказал он.
— Эх, человек создан для счастья, как подсвечник для полета, — сказал я и нажал на кнопку запуска двигателей.
Из сопел двигателей вырвался раскаленный воздух, и меня тут же оторвало от земли. Я надавил на кнопку сильнее, и скорость подъема начала нарастать. Второй рукой я схватил рычажок управления закрылками и, двигая им, придал своему телу горизонтальное положение, начиная полет в даль. Как только двигатели разогрелись, по наставлениям Семена я открыл колпачок с включателем турбины, что должна была насыщать смесь в камере сгорания. Нажав на него, я услышал свист за спиной, который означал, что все прошло успешно и турбина начала раскручиваться от набегающего воздуха. Я надавил на кнопку подачи топлива сильнее, и скорость резко возросла до безумной в тысячу шестьсот километров в час. Разогнаться быстрее мешало сопротивление воздуха, но даже так мой путь сократится до десятка дней. Отсутствие необходимости дышать было просто феноменально читерской способностью в текущий момент. Я летел, наслаждаясь видами проносящихся деревень и городов. Бесконечные леса, равнины, реки и горы сменяли друг друга. Все было просто отлично, но неожиданно для меня топливо закончилось, и я полетел камнем вниз. Кое-как влетев в реку для смягчения удара на невероятной скорости и воткнувшись головой в дно реки, я приземлился. Сообщение о том, что мой запас энергии эволюции достиг ста процентов, было неожиданным.
— А как приземляться, Кулибин космический, ты почему не подумал?! — злился я, крича на Семена, вытаскивая свою голову из западни.
— Так там же парашют должен был раскрыться? — Задумчиво чесал он голову.
— Он и раскрылся, только его тут же соврало нафиг!
— Что-то не подумал, — извинился инженер.
Я наконец осмотрелся и обнаружил какую-то рыбину просто исполинских размеров, разорванную пополам. Выбравшись из воды, я увидел алтарь и толпы людей, что ранее радостно плясали вокруг огромной рыбьей статуи. Кажется, чей-то местный бог стал ступенькой в моей эволюции. Сотни глаз с ужасом уставились на мое тело в разодранных тряпках. Пламя, вспыхнувшее на голове, окончательно уничтожило в людях веру в мои добрые намеренья, и толпа с визгом рассосалась за мгновение. Кажется, теперь я стал местным преданием и наверняка темным божеством.
Что-то с этим делать было бессмысленно, я решил осмотреть местность, дожидаясь перезарядки ранца с заменой строп на тросы. И вновь получив модифицированную игрушку, приготовился лететь, так как тест был признан успешным. Так как топливо почти ничего не весило, закупоренное в специальные колбы, зачарованные на облегчение, Семен значительно увеличил их количество. Теперь ранца должно было хватить почти до самого конца полета.
— Чувствую себя ходячей бомбой. — сказал я, осматривая полностью обвешанное топливом тело.
— Зато с ветерком! — воскликнул Семен, перенося наспех собранный обтекатель, который должен был помочь с сопротивлением воздуха.
— Теперь я канделябр-ракета, Иван Федорович Крузенштерн бы обзавидовался, — сказал я, закрепляя в паз обтекатель.
Проделав те же манипуляции, я снова взлетел и полетел, следуя указаниям компаса. Благодаря обтекателю моя скорость выросла в четыре раза и достала почти двух махов. Все неровности местности слились в сплошной разноцветный ковер. Вот это уже было похоже на супергеройское перемещение, не хватало только красного плаща и огромной буквы «С» на груди, означающей «свеча».
* * *
— Марк, сзади! — панический крик Алисы вывел меня из дремоты на второй день полета.
Я обернулся и увидел огромную зубастую пасть, выныривающую из-за клубов черного дыма, который оставляли чадящие сопла. Я резко принял в сторону, пропуская тушу мимо себя. Дракон промахнулся и пролетел вперед, попытавшись схватить меня лапой, но реактивная струя подпалила его лапу. Пролетев чуть вперед и сделав вираж, дракон зашел на второй круг. Я снова если успел уклониться.
— Откуда тут такие твари?! — кричал я по связи.
— Марк, не могли бы вы подлететь поближе? — как ни в чем не бывало спрашивал профессор Научкин, держа блокнот.
— Не до ваших антропологических изысканий сейчас, профессор! Что мне делать? — просил я инструкций у того, кто явно больше понимал в монстрологии и не отвлекался на декольте рыжей во время лекций.
— Ну, исходя из наших знаний, вам надо быть быстрее или победить его, отрезав голову, — профессор процитировал то, что смутно всколыхнуло остатки моей памяти с лекциями.
Я давил на кнопку подачи топлива до ее скрипа и постоянно уворачивался от атак огненной ящерицы, которой нравилась эта игра в догонялки. Это можно было понять по гоготанию каждый раз, когда дракон заходил на новый вираж резко сбрасывая скорость.
— Я не такая свеча, тупая ты ящерица! — кричал я каждый раз уворачиваясь от резко затормозившего дракона.
Я мысленно помолился всем богам этого мира и, вспомнив про красную кнопку, с силой вдавил ее, лопая защитное стекло. Если кто-то делает огромную красную кнопку, то ее точно придется нажать. Сзади запустился небольшой вспомогательный двигатель, который с силой начал закачивать топливо в двигатели и еще сильнее разгонять турбину, раскаляя ее корпус. Скорость резко возросла до трех махов, и ускорение не заканчивалось. Дракон, забулькав от предвкушения, вторил с не меньшей скоростью. Четыре маха, ящерица все еще летела сзади. Пять махов, дракон лениво перевернулся на спину и подгребал руками, всем видом показывая, что для него это не предел. Шесть махов, дракон плыл по воздуху, изображая лягушку. Семь махов, дракон,
