радужной форели»]
— Оу! Форель, темный владыка? — воскликнул я от удивления.
Что за чертовщина. Я схватил еще рыбех и попытался так же их зажарить, но ничего не произошло. Какая странная форель, я решил отправить всю пойманную форель в лабораторию для изучения этой странности. Как только зажаренная форель оказалась в лаборатории, тупившая в коммуникатор Алиса подскочила от радости и ведомая запахом накинулась на рыбеху темного властелина. Сколько бы я не кричал ей, она ничего не слышала, так как забыла вытащить свои дурацкие наушники. Обычно я отправлял ей всякие сладости во время путешествия, но сейчас был не тот случай. Наконец Алиса закончила клевать остатки рыбехи и радостная вернулась на свое место. Улыбнувшись мне по видеосвязи и показав большой палец вверх, она утонула в своем коммуникаторе. Что же, в лабораториях всякую дрянь тестируют на крысах, а у меня будет целая крысолиса для теста. Я все же немного беспокоился, но, судя по ее беззаботному выражению лица, опасности рыба никакой не представляла, так что я решил просто оставить это на потом.
Вернувшийся Семён увидел обглоданные кости с обугленной головой среди поджаренной рыбы и выкинул их, морщась, в ведро. Я подозвал его и объяснил, что хочу, чтобы рыбу и мою кровь протестировали на предмет токсичности. Семён, кивнув, передал мне вместе с магоциклом набор для сбора проб. Собрав все необходимые вещи, я отправил ему обратно набор с пробирками. Также мне подготовили одежду и новую маску, скрывающую лицо.
Я открыл карту и посмотрел на нее, ища удобный путь. Посему выходило, что до цели я не долетел какую-то тысячу километров. Я сел на магоцикл и помчался по направлению на компасе спасать императорскую принцессу Китая и их братию, если ребята были еще живы. Поддержание контакта с одним человеком уже требовало колоссальной энергии, а тут китайцы отправили вообще всех и фактически без поддержки в один конец. Выжить они, конечно, могли, но, учитывая особенности мира, их души могли попросту развеяться, а кто-нибудь из местных просто нашел бы кучку бездыханных тел. Подробностей чего у них там и как я не знал, но нам обещали, что по достижению цели будет открыт второй канал связи, чтобы найти принцессу по ее описаниям окружения. Я сомневался, что наши поделятся с китайцами новой системой, которая позволяла держать визуальный канал связи в этом мире. Все же секреты сенсоров — это секреты сенсоров. Я был почти уверен, что благодаря тем данным, что получала наша лаборатория, наблюдая за моими передвижениями, мы узнали о барьерах в сотни раз больше, чем до этого.
Когда я наконец достиг города, китайцы открыли канал связи, и база обновила мой интерфейс. В нем появился прямоугольник со звуковой волной, подписанный «Ли Мей». Связь пока не включили, настраивая синхронный переводчик, так что я просто ждал, пока инженеры решат все проблемы, лежа на магоцикле в тени размашистого дуба. Жару я тоже стал чувствовать, к своему сожалению. Все же передвигаться полностью укутавшись в плотный плащ летом — была глупая идея, но выбирать не приходилось. К счастью, профессор обещал что-то с этим сделать, запросив у Ивановской текстильной фабрики особое изделие.
— Господин Марк?! — раздался мелодичный голос принцессы.
— Принцесса Мей, вы меня слышите? — переспросил я у нее.
— Да! Да, о боги, я слышу вас! — радовалась она.
— В каком вы состоянии, вы можете видеть окружение? — спросил я ее.
— Я, я…., — замялась принцесса, — на помойке, — чуть ли не плача добавила она, собравшись. Полчища тараканов ползают по мне, поедая мои стебли.
Я решил расспросить, что же с ней происходило за все эти дни и как так вышло, что она попала на помойку. Оказалось, все достаточно просто. У нее тоже был навык регенерации, только чтобы отращивать прутья, ей приходилось сильно сосредотачиваться на каждом прутке. Таким образом она поддерживала свое состояние, но в какой-то момент ее силы иссякли, и черенок, который являлся ее основным телом, лопнул. Так что ведьма, которая использовала ее для полетов и уборки, просто выкинула ее в помойку за башней и купила себе новую. Но жизнь нашей принцессы на этом не закончилась. Детишки нашли ее останки и, стащив ее части, выдернули все прутья на корзинку. Теперь два кусочка ее тела валялись в грязи, каждый день втаптываясь все глубже в мусор и нечистоты. Я спросил о ее камне души и в каком он состоянии. Принцесса же не понимала, о чем я, и лишь плакала о том, что обеим ее частям очень больно. Она почти потеряла надежду на спасение, узнав, что все, кто пытался прийти ей на помощь, пропали без вести. Только каждодневные слова ее отца о том, что помощь в пути, помогали как-то держаться.
Успокоив принцессу тем, что нахожусь уже где-то рядом, и получив короткое описание местности, я, отключив связь, направился в город. Огромный город просто поражал своими размерами, и искать в нем два кусочка черенка было чистым безумием. К счастью, было описание башни, что несколько упрощало поиск. Так что, проникнув в город, я искал первым делом точку повыше для осмотра окрестностей. И, найдя первую удобную возвышенность, понял, насколько же сильно ошибался. От горизонта до горизонта город был испещрен одинаковыми башнями, в которых жили все возможные маги. Огромные арки гудящих порталов и людского гомона сливались в единую какофонию, идея с поиском по звуку также отвалилась. По-видимому, придется что-то придумывать.
— Есть идеи, товарищи умники? — спросил я у двух пар глаз, которые вовсю хлопая ресницами уставились в мониторы, наблюдая за городом невероятных размеров.
— А если запускать огненные шары в небо? — предложил Семен.
— Что-то мне подсказывает, что такое обилие башен тут не просто так, и меня скрутят моментально, а там сам понимаешь. — отверг я его предложение.
— Может, там есть какие элементы местных диаспор? В таком большом городе точно должны быть кварталы компактного проживания народностей, — предложила Алиса, как знаток социальной науки.
— Тогда бы принцесса сказала это. — Предложение было хорошим, но, увы, на мне не походило.
— Облака! — Воскликнул Семен.
— Что? — Мы с Алисой одновременно удивились его предложению.
— Ну, город огромный же, так? Вот если принцесса будет смотреть на облака, то мы хотя бы сузим круг до пары десятков километров! — объяснил он нам детали.
— Гениально! Только вот, — я посмотрел на абсолютно безоблачное лазурное небо, — облаков тут, видимо, не предвидеться.
— Тогда можно сделать вот так! — и глаза нашего безумного инженера снова зажглись.
Идея Семена была до одури простой, но безмерно геморройной. Мне придется составить карту
