и разговору никто не помешает.
Мои парни моего приказа послушались незамедлительно, покинув кабинет. Я знал, что они далеко не ушли, оставшись охранять нас по ту сторону двери.
Доктор же был не так уверен, но выразить сомнения не посмел — все же официально Диана — моя невеста и я имею право находиться с ней где угодно. Да и сама девушка ничего против подобного не имела, понимая, что больше удобный случай нам побеседовать вряд ли найдется — совсем скоро Джейшиар со своими ребятами поймут, что главных свидетелей и участников происходящего они упустили. А значит, скоро на коммуникатор ребят поступит приглашение посетить их главное здание для беседы.
В том, что ребята не были виноваты в случившемся, я был уверен — парни бы в такое дело не влезли, несмотря на репутацию темных, а Диана… Я пока точно не мог понять, как она оказалась вообще втянута в это дело, но то, что они не была виновницей произошедшего, я знал точно. Не зря же обо мне ходит столько слухов — людей, замешанных в чем-то подобном, я мог вычислить едва ли не с первого взгляда.
И все же было в этом деле что-то подозрительное — не зря же моя интуиция едва ли не взвыла, стоило мне оказаться в том зале. Чувствовал — этих троих нужно как можно скорее увести как можно дальше от этого места. Не мог сказать точно, почему, но это необходимо было сделать как можно скорее.
Правда, изначально я планировал лишь сопроводить этих троих до флаера, отправив в медицинский центр вместе с двумя своими ребятами. Сам я хотел вернуться, но все пошло немного не по плану и я, неожиданно для самого себя, обзавелся невестой. И упускать такой подарок судьбы я точно не был намерен.
Поэтому мне и нужно было выяснить все до того, как Каратели вызовут парней и мою невесту на допрос. Каратели… Джейшиару я еще мог доверять, хоть у нас с ним и были довольно натянутые отношения, но остальным — нет. И отпускать свою невесту к ним в логово… Мне нужна была информация. И срочно.
Поэтому я и решился поговорить здесь, пока Диана проходит сканирование. Хорошее место для разговора — здесь не было ни камер, ни прослушивающих устройств — они бы не пережили соседства с капсулой. Да и спокойней мне было, когда девушка находилась в поле моего зрения. К тому же моих знаний вполне хватит, чтобы понять, что что-то идет не так — если вдруг, не дай Темная, с капсулой что-то случиться — в свое время мы с парнями из таких капсул вылезали лишь для того, чтобы попасть в очередную заварушку, поэтому с данным устройством я хорошо знаком.
Поэтому доктор, пусть и с неохотой, но все же покинул кабинет — о моих знаниях он был наслышан. Правда, уходил он, одарив меня перед этим недоверчиво-шокированным взглядом — весть о том, что я нашел себе невесту, пока еще не распространилась. Впрочем, боюсь, уже через пару часов об этом будут знать если не весь мир, то многие. Остается лишь надеяться, что инцидент с взрывом все же отвлечет внимание от моей невесты — все же такие происшествие случаются реже, чем новость о том, что очередной темный уговорил девушку стать его женой.
Невеста… До сих пор не могу поверить в это.
Ну кто бы мог подумать, что свою судьбу я встречу вот так, когда уже отчаявшись, не ждал подобной встречи.
Темным же вообще сложно отыскать себе постоянную спутницу жизни, а уж мне, с моей-то репутацией, тем более не на что было надеяться. И тут она…
Такая маленькая, такая нежная, такая хрупкая — увидев ее там, сидящей на полу в зале, мое сердце отчего-то пропустило удар, чтобы затем забиться с удвоенной силой. Она запала в душу с первого взгляда, вызвав безумное желание защитить и уберечь от всех неприятностей. А уж когда она впервые взглянула на меня — казалось, я был готов отдать ей даже свою жизнь, если бы она попросила.
До этого я лишь слышал о подобном — когда у темных, стоило им встретить девушку, что могла выдержать их силу, пробуждались подобные инстинкты — защитить свою пару, уберечь ее от любой угрозы. Она тут же становилась самым главным приоритетом в их жизни — и все остальное уходило на второй план.
Я слышал о подобном, но всегда считал, что это больше легенда, сказка для темных, которые мечтают найти ту, которая будет спокойно воспринимать их тьму.
Остальные всегда реагировали на тьму негативно — интуитивно чувствовали страх, угрозу, опасность. А еще для многих наша тьма имела неприятный, резкий, отталкивающий запах. И чем сильнее была в нас тьма, тем сложнее было удерживать эту силу. Конечно, каждый их темных с детства учился контролировать свою силу, удерживать ее внутри себя. Но даже у тех, кто достиг наивысшего уровня владением собой, порой происходили невольные выбросы тьмы. Не сильные, но их вполне хватало для того, чтобы вызывать у людей негативные чувства.
Поэтому темным редко когда везло заключить союз с девушкой — ни одна из них не соглашалась добровольно терпеть рядом с собой мужчину, который вызывал неконтролируемый страх, злость, а иногда и ненависть. Да и не каждый мужчина был готов обрекать свою супругу на подобное. Так что темные обычно ограничивались несколькими ночами с теми, кто бы согласен на подобное.
Можно было, конечно, использовать артефакт, который помогал девушкам не чувствовать тьму. Но вот только подобный артефакт был запрещен из-за весьма негативного влияния как на девушку, так и не мужчину.
Девушка испытывала усталость и упадок сил из-за потери энергии, уходящей в артефакт, а при долгом использовании появлялись более страшное последствие — бесплодие. А мужчина… мужчина начинал сходить с ума. Эта девушка становилась для него единственной целью в жизни, но это было нездоровое влечение. Эта была будто мания — он начинал преследовать девушку повсюду, выполняя любую ее прихоть, становясь ее рабом, который не мог контролировать свою злость, гнев и ревность. Для таких темных было лишь два выхода — либо смерть, либо рабство, где рабский ошейник мог хотя бы немного контролировать безумие. И данное сумасшествие пока еще никому не удавалось обратить вспять.
Поэтому данный артефакт был запрещен в использовании.
Так что у темных не было особого выбора — мы рождались, практически обреченные на одиночество. Поэтому почти все из нас шли в военное дело
