— здесь мы могли использовать свою силу на пользу и здесь мы не чувствовали себя такими ненужными. Только здесь мы могли добиться определенного успеха.
Этому миру еще повезло, что темных рождалось мало, еще меньше из них были действительно сильными темными. Среди моих знакомых вряд ли наберется больше трех десятков парней, которые владеют тьмой. Поэтому для других проблема влияние темной силы на жизнь не являлась такой уж проблемой. Для нас же… Каждый из нас, с детства выросший в атмосфере страха и нелюбви, уже давно смирились с подобным отношением. Каждый из темных рано или поздно привыкает к подобному, да, вот только это не означает, что нам не хотелось бы другого. Каждый из нас глубоко внутри мечтал и о любящей жене, и о ребенке, которого по праву можно было назвать своим.
Конечно, иногда кому-то из темных могло повезти. Обычно это случалось с тем парнем, у которого тьма проявлялась в незначительной степени из-за низкого уровня силы. С такими ребятами обычным людям было легче находиться рядом — они чувствовали лишь легкий дискомфорт. И у таких ребят действительно был шанс найти себе жену. Небольшой, но шанс.
Еще более редкой удачей для темных считалась встреча с аришшайи — так у некоторых народов называли девушек, которые воспринимали тьму гораздо легче, чем другие. Там, где остальные чувствовали страх и ужас, такие девушки ощущали лишь беспокойство.
Но «любимицу тьмы» — так переводилось слово «аришшайи», встретить было практически невозможно.
Во-первых, аришшайи не рождались — ими становились после не какого-то столкновения с тьмой, а долгого контакта с ней. И вроде бы, что может быть проще — нужно просто взять девушку и долгое касаться ее тьмой. Вот только обычно долгое соприкосновение с данной силой сводило с ума. Так что этот способ не подходил. Да и не каждая девушка была способна стать аришшайи. Ученые как-то исследовали подобный феномен, после чего заявили, что аришшайи может стать только девушка, чей отец является темным. А таких случаев можно по пальцам пересчитать.
А во-вторых, стоило кому-то узнать о появлении девушки, способной спокойно воспринимать тьму, как ей тут же начинали поступать многочисленные предложения о союзе. Темных, конечно, не так много, но все же каждый из нас хотел бы построить семейное счастье. А аришшайи, пусть и могли выдерживать влияние тьмы, но не в таком количестве — поэтому в мужья они могли брать лишь двух-трех мужчин, не больше. Поэтому таких девушек оберегали, и случайно столкнуться с аришшайи действительно было практически невозможно.
Джей все же ошибся.
Диана никак не могла быть аришшайи, потому что она не была дочерью темного и потому что она вообще не ощущала негативного влияния тьмы. Наоборот — казалось, всплески тьмы ее даже успокаивали.
Так что кем бы Диана ни была, но она точно не являлась аришшайи.
Как не была она и Дианизель.
Глава 13
Эйдан
Диана не была Дианизель, хотя, казалось бы, глупо было в подобном сомневаться. Ну кто в здравом уме вдруг начнет подозревать почти незнакомую девушку в том, что в ее теле чужая душа?
Я и не подозревал.
Я был в этом уверен.
Моя невеста точно не являлась «Безумной Ди», несмотря на то, что звучало это странно, практически безумно и немыслимо. По правде говоря, я не без основания подозреваю, что Дианизель вообще больше нет, и что в ее теле другая душа.
Пугало ли меня это? Нет. В силу некоторой специфики своей профессии, мне со многим приходилось сталкиваться, в том числе и с подобными случаями, когда в тело умирающего или только что умершего человека могла попасть случайная душа, искренне жаждущая жить. Ходили даже слухи, что так в нашем мире очутился первый человек с силой тьмы, от которого все темные и взяли свое начало.
Смущало меня другое.
Ничего о том, что с Дианизель что-то случилось, я не слышал. И в сети никаких новостей о том, что девушка заболела или вдруг исчезла, не было. Максимум, что я нашел — это сообщение о том, что Дианизель пропустила званный ужин, который устраивала хорошая знакомая тана Шео. Обычно «Безумная Ди» такие вечера не пропускала, приходя в основном для того, чтобы устроить очередное шоу. Вот и в этот раз ее ждали, но так и не дождались. Конечно, подобное случалось, поэтому на это никто не обратил внимания, но…
Это случилось всего несколько дней назад. А вот такой попавшей душе требовалось на «срастание» и освоение в чужом теле примерно месяц. Возможно, недели три, но никак не несколько дней. Так что только это меня и смущало — остальные же «признаки» указывали на подселение: и неожиданная смена имени, и любопытный взгляд, словно девушка впервые видит окружающий мир, и «амнезия», и странные реакции… Оставалось лишь получить результаты сканирования — и тогда я уже смогу точно быть уверенным в том, что теперь тело Дианизель занимает чужая душа…
Впрочем, для меня не имело никакое особое значение то, кем была Диана раньше и чье тело она сейчас занимает, потому что очарован я был не телом, а душой. Я был покорен ее взглядом. Я был заворожен Дианой.
Еще там, в зале, стоило ей только оказаться в моих руках, стоило ей лишь взглянуть на меня, как я тут же пропал. Сложно сказать, что именно это было — я просто понял, что не хочу ее отпускать, хотя изначально лишь собирался помочь ей как можно быстрее добраться до специалиста, который смог бы ее осмотреть.
А уж когда она задала этот вопрос, вогнавший в ступор не только меня, но и, кажется, всех присутствующих в зале… Я действительно был покорен. Хотя на какое-то мгновении мне все же показалось, что она шутит — действительно, ну кто в здравом уме будет делать мне такое предложение?
Сомнения одолевали меня. Да и вообще — за эти несколько минут я испытал такую гамму эмоций, которую не испытывал очень долгое время. Здесь были и неуверенность, и злость на юнца, посмевшего намекать на свою кандидатуру, и неловкость, и страх, и надежда, и неверие, и сомнение, и завороженность, и грусть, и счастье, и тревога, и воодушевление…
Решил все лишь один взгляд. В ее глазах была такая странная, но абсолютная уверенность, что я просто решил ей довериться, согласившись стать ее мужем. Во мне тоже вдруг возникла эта уверенность — словно она поделилась ею со мной. А еще я почувствовал, что не могу ее упустить, иначе
