Но сионистское движение не только было равнодушным к делу спасения: оно сорвало все планы спасения в ходе Эвианской конференции. Этому срыву посвящает БЦ целую главу своей книги, и в ней показывает неограниченное влияние сионистов в массовой печати и их способность влиять на умы. Эвианская конференция была созвана в марте 1938 года по инициативе президента США Рузвельта, чтобы помочь эмиграции евреев из Германии, к тому времени включавшей Австрию. Сначала еврейский мир принял созыв конференции с восторгом и даже дал ей звание "Конференция совести мира". Сионистское движение надеялось, что конференция отдаст Палестину на заселение евреям, что будет принято решение, обязывающее Англию – суверена Палестины – принимать еврейских беженцев.
Но этого не произошло – Эвианская конференция занималась планами спасения евреев, а не планами заселения Палестины. Все представители стран говорили о возможности приема беженцев в своих странах, и не думали оказывать давление на Англию. "И тут радикально изменилось отношение сионистов к конференции, – пишет БЦ, – восторг уступил место гневу, и надежды сменились разочарованием. Было отменено выступление главы сионистского движения Хаима Вейцмана: если конференция не собирается решить проблему евреев навеки путем переселения их в Страну Израиля – нечего и стараться". Немедленно вся сионистская пресса подняла истерическую кампанию: «мы брошены и никто нас не утешит в этом бессовестном мире».
Несионистские наблюдатели были оптимистичны: конференция давала надежду на прием всех потенциальных эмигрантов в разных странах. Надежда имела основания, и именно поэтому сионисты изо всех сил пытались торпедировать конференцию. БЦ приводит письмо одного сионистского лидера Джорджа Ландауэра другому – Стивену Вайзу: "Особенно мы (сионисты) боимся, что конференция подвигнет еврейские организации на сбор средств для переселения еврейских беженцев, а это повредит нам в сборе денег на наши цели". БЦ резюмирует речи главы сионистов Хаима Вейцмана: "Для приема еврейских беженцев в любой стране будет нужно много денег, значит, сионистские финансы будут подорваны. Если конференция увенчается успехом, (то есть поможет еврейским беженцам эмигрировать из нацистской Германии) – она нанесет непоправимый ущерб сионизму. Не дай Бог, чтобы страны – участницы конференции явили свое великодушие и пригласили евреев Германии в свои пределы, тогда Палестина будет отодвинута другими странами, евреи не дадут денег, и англичане не будут давать разрешения на въезд в Палестину."
Так же относились к идее спасения евреев и другие вожди сионизма (на заседании всемогущего Еврейского Агентства 26 июня 1938 г.): Гринбойм говорил о "страшной опасности Эвиана", и сам Давид Бен-Гурион сказал, что в случае успеха она принесет страшный вред сионизму. Главная задача сионистов, сказал он, снизить имидж конференции и постараться сорвать ее, не дать ей принять решения.
Так они и сделали – на конференцию выехала делегация нижайшего ранга, и та в основном отговаривала делегатов других стран: зачем, мол, им нужны еврейские иммигранты?
В истории сохранилась только сионистская точка зрения: а сионисты были разочарованы, что конференция не оказала давления на Англию и не потребовала переселения евреев в Палестину. Сионисты саботировали усилия всех западных стран спасти евреев из нацистской Германии: пусть лучше они сгинут в Дахау, чем уедут в любую страну, кроме (будущего) Израиля. Конечно, в то время, в 1938 году, никто и не думал о возможности массового уничтожения, но все же тяжела ответственность сионистов, сорвавших конференцию и объективно способствовавших гибели миллионов. Ведь нацисты хотели только отделаться от евреев, депортировать их – но это было непросто. Многие евреи Германии были патриотами своей страны и не хотели покидать ее даже в условиях тяжких гонений. Несмотря на нюрнбергские законы, погромы, дискриминацию, число ежегодно эмигрирующих евреев падало и дошло до 20 тысяч человек. Всего с 1933 по 1938 эмигрировало из Германии только 137 тыс. евреев. Эти медленные темпы сердили нацистов, желавших быстро отделаться от евреев. Эвианская конференция должна была помочь решить проблему: найти новое место жительства для немецких и австрийских евреев.
Возможность договориться была: Германия согласилась не гнать 200 тысяч старых евреев, а прочие страны были готовы принять около полумиллиона человек в течение трех-четырех лет, из них США – сто тысяч, Бразилия – сорок тысяч, Доминиканская республика – сто тысяч и т.д. БЦ подробно рассказывает, как сионисты срывали все планы эмиграции евреев – план Рабли и другие. Будущий мининдел Израиля Моше Шарет (Черток) сказал на заседании сионистского руководства 12 ноября 1938 года, через два дня после Хрустальной ночи, массового погрома евреев в Германии: Еврейское Агентство не должно быть соучастником эмиграции евреев в другие страны. Ицхак Гринбойм, "министр по делам спасения евреев", выразился еще круче: "Нужно сорвать организованную эмиграцию из Германии и начать открытую войну против Германии, НЕ ЗАДУМЫВАЯСЬ О СУДЬБЕ НЕМЕЦКИХ ЕВРЕЕВ. КОНЕЧНО, ЕВРЕИ ГЕРМАНИИ ЗАПЛАТЯТ ЗА ЭТО, НО ЧТО ПОДЕЛАЕШЬ."
БЦ считает ошибкой "войну с Германией", начатую сионистами: по его мнению, все еще можно было договориться, сгладить отношения, а не брать курс на блокаду, бойкот, изоляцию Германии. Так можно было избежать, по его мнению, антиеврейских мер.
Сионисты срывали все попытки спасения евреев вне Палестины. Народы мира хотели спасти евреев, но не на руинах палестинских деревень, не путем геноцида палестинцев. Это не устраивало сионистов. Они сорвали план поселения беженцев на острове Минданао на Филиппинах, пробитый президентом Рузвельтом, план поселения в Британской Гвиане, в Австралии. Когда Чемберлен предложил дать убежище и возможность поселиться еврейским беженцам в Танганьике (ныне Танзания в Восточной Африке), лидер сионистов Америки Стивен Вайз воскликнул: "ПУСТЬ ЛУЧШЕ ПОГИБНУТ МОИ БРАТЬЯ ЕВРЕИ ГЕРМАНИИ, ЧЕМ ЖИВУТ В БЫВШИХ НЕМЕЦКИХ КОЛОНИЯХ". Конечно, Вайз не представлял, что гибель уже ждет евреев Германии, для него это был лишь – оборот речи.
Но и в дальнейшем, пишет БЦ, сионисты с жестокостью относились к еврейскому народу. Так, в апреле 1942 года, когда вести об уничтожении евреев уже разнеслись по миру, "министр иностранных дел" сионистского движения заявил: не следует заниматься спасением евреев, если они не иммигрируют в Палестину. В то же время Хаим Вейцман выразил радость, что так и не нашлось убежища для евреев. Глава сионистов Америки Стивен Вайз прекратил даже отправку продовольственных посылок евреям, умиравшим от голода в гетто Польши.
БЦ подробно обсуждает предложение правителя Доминиканской республики Трухильо – принять сотню тысяч еврейских беженцев (чтобы увеличить белое население, привлечь капитал и улучшить отношения с США). И тут сионисты взялись за срыв этого предложения. Только несколько десятков семей добрались до Санто-Доминго и уцелели. Путь другим был прегражден всеми силами сионистской организации: финансисты не давали денег, моралисты предупреждали, что в Санто-Доминго притесняют черных, пуристы писали, что там неизбежны смешанные браки. К 1943 году Хаим Вейцман смог с удовлетворением сказать, что этот план похоронен.
Одна из самых кошмарных историй в книге связана с кораблями "Патрия" и "Струма". Годами и десятилетиями сионистская пропаганда рассказывает, что евреи-беженцы на борту этих кораблей предпочли смерть, когда их не пускали в (будущий) Израиль и подорвались. Более злобная сионистская пропаганда винила во всем англичан, якобы подорвавших "Патрию" и торпедировавших "Струму". Говоря словами Бен-Гуриона в мае 1942 года, "Страна Израиля или смерть". Это означало на деле, что сионисты не оставляли евреям Европы другого выбора, кроме смерти или иммиграции.
На борту "Патрии" было без малого две тысячи беженцев, в основном евреев из Чехословакии и Германии, она стояла в Хайфском порту в ноябре 1940 перед отправкой на остров Маврикий. Англия, суверен Палестины, не могла впустить такое количество нелегальных иммигрантов вопреки воле народа Палестины, но не хотела и погибели евреев – поэтому она решила депортировать беженцев на остров в Индийском океане до конца войны. Но командование "Хаганы", нелегальной еврейской организации боевиков, впоследствии израильской армии, решило сорвать высылку, а для этого – произвести взрыв мины на борту "Патрии". Решение было одобрено "министром иностранных дел" еврейской общины Палестины Чертоком-Шаретом, отвечал за исполнение Шаул Авигур, впоследствии один из руководителей израильской разведки. Меир Мардор подложил мину в днище корабля и она взорвалась около девяти часов утра. Судно потонуло в течение 10-15 минут и с ним – 250 беженцев.
