Только Джек Девис и несколько его закадычных дружков оставались в стороне. Они не помогали ни в постройке дома, ни в расчистке участка, объясняя это тем, что терпеть, не могут иностранцев. Том Хиббард, напротив, два дня в неделю после обеда помогал Рене, как, впрочем, и многие другие.
Как зарабатывать деньги, придумала Дебора; она же и запустила все в действие. Узнав, что Нетти неплохо шьет, она прямиком отправилась к мужу.
– Ты знаешь, что Нетти в безвыходном положении, – сказала она ему. – Она не может сменить профессию, пока не начнет зарабатывать на жизнь чем-либо другим. Я уверена, что ей самой хочется порвать с прошлым, и вот что я придумала. Столько женщин, которые заняты на фермах, помогая мужьям, просто не имеют времени на то, чтобы шить одежду, занавески, покрывала, простыни. Кроме того, некоторые просто и не умеют этого делать. Мы с тетушкой Идой не можем всем помочь. И я подумала, почему бы Луизе Готье и Нетти не основать швейную мастерскую.
Пока дом Готье не построен, они бы работали вместе у Нетти.
Священник горячо одобрил план жены.
– Проблема лишь в том, что мне бы не хотелось сильно вмешиваться в их жизнь и давить на них. Многие считают, что жене священника нравится ходить с нимбом вокруг головы.
Авдий рассмеялся:
– Организовать все просто. Поговори отдельно с Нетти и Луизой. Просто подкинь им такую идею. Если она им понравится, они дальше сделают все сами.
Дебора последовала совету мужа. Молодые женщины тут же откликнулись на ее предложение. Инициативу взяла на себя Нетти. Она знала, что Луиза приносит Рене обед на стройку, и решила встретиться прямо там.
Погода была плохая, со стороны бескрайних лесов на западном берегу реки Коннектикут дул сильный ветер, но у Нетти была теплая шубка из меха рыси – один траппер расплатился с ней, таким образом, за услуги. С ботинками было хуже, у нее не нашлось ни одной удобной пары на низком каблуке, но она все равно старалась идти как можно быстрее.
Она поднялась на вершину холма. Оттуда открывался прекрасный вид на еще не построенный, но уже готовый наполовину дом Готье. Рене был весь в работе, распиливая доски с такой ловкостью, с какой может работать только настоящий плотник. После обеда, когда придут помощники, они продолжат возводить каркас дома из этих самых досок. Кому-то, может, по душе и бревенчатый дом без обшивки, но профессиональная гордость Рене не позволяла ему строить себе простой сруб. Они с Луизой собирались жить здесь всю оставшуюся жизнь, значит, надо строить на славу.
Он был так занят, что не заметил, как сзади к стройке подскакал всадник. Он спешился, и у Нетти кровь застыла в жилах – она узнала Джека Девиса. Меньше всего на свете ей хотелось встречаться с этим человеком, и она не понимала, что ему могло здесь понадобиться.
– Кто дал тебе право думать, француз, что ты можешь строить дом лучше моего? – громким голосом спросил Девис.
Пораженный Рене перестал пилить и обернулся.
– Француз, – Девис возвышался над хрупким Рене, – с моего участка мне хорошо видна твоя стройка, и она мне совсем не нравится. Честные, работящие люди вполне довольствуются простыми бревенчатыми домами, а тебе, видишь ли, подавай получше. Все вы иностранцы такие – приезжаете сюда, а потом начинаете качать права. Но есть люди, которые не потерпят этого!
Нетти была в ужасе. Даже на расстоянии она чувствовала, что Девис угрожает Рене.
Но Рене Готье не был трусом. Он стоял, подбоченясь, и смотрел на обидчика, потом сказал:
– Девис, ты живешь так, как нравится тебе. Я живу так, как нравится мне. Поэтому-то я и приехал в Массачусетс. Здесь люди свободны.
– То есть ты хочешь сказать, чтобы я не совал нос в твои дела?
Рене кивнул.
– Что ж, пусть это будут мои дела! – зарычал Девис и ударил коленом в пах Рене.
Удар был совершенно неожиданным, Рене согнулся от боли. Нетти зажала рот рукой, чтобы не закричать. Девис смерил взглядом Рене, который был много меньше его самого, и безжалостно ударил противника в скулу.
С Нетти было довольно. Она повернула и со всех ног побежала вниз с холма.
К счастью, она пробежала совсем немного, когда ей навстречу попались два всадника. Один из них был Том Хиббард, он ехал помогать по строительству, вторым всадником оказалась Луиза Готье – она везла обед мужу.
Всадники еще не остановились, а Нетти уже сбивчиво принялась рассказывать все, что видела. Том после первых нескольких фраз быстро поднял Нетти, посадил ее перед собой на седло и пришпорил коня.
Девиса уже не было. Рене лежал на земле. Все трое бросились к нему.
Рене не потерял сознание, хотя был в состоянии шока. На лице кровоточила страшная рана. Луиза села на землю и положила голову мужа себе на колени. Нетти побежала к ручейку, чтобы намочить платок.
– Вы займитесь Рене, – коротко сказал им Том.– Я скоро вернусь.
Он вскочил в седло и поскакал к дому Девиса, который был неподалеку.
Девис набирал воду из колодца. Вид у него был очень довольный, и он ни капли не огорчился, заметив всадника.
– Вот уж не ожидал, что ты приедешь ко мне в гости, – сказал он.
Том соскочил на землю, подошел к Девису и сразу выложил ему все, что думал:
.– Девис, мы, конечно, живем в дикой стране, но сами мы, колонисты Массачусетса, люди цивилизованные. Есть законы, которые защищают человека от ничем не спровоцированного нападения.
– Не спровоцированного? Назови-ка мне закон, по которому человек не должен защищаться, когда его оскорбляют.
Том понял, что Рене не так-то легко будет доказать, что Девис первым напал на него. Единственной свидетельницей была Нетти, но ее показания могут счесть ненадежными.
Но нельзя же так просто все спустить Девису.
– Мы оба прекрасно знаем, что произошло у дома Готье, – сказал Том.– И тебе это с рук не сойдет.
– Кто ты такой, чтобы угрожать мне? – грозно спросил Девис.
Том схватил его за грудки.
– Слушай внимательно, – продолжал он. – Не трогай Рене Готье. Никогда. Однажды я уже задал тебе по первое число, но это ничто по сравнению тем, что тебя ждет, если ты еще хоть раз посмеешь тронуть его или кого-нибудь из его семьи. Запомни! – Том сильно оттолкнул Девиса.
Тот попятился назад и неожиданно сел на землю. Том даже не взглянул в его сторону. Он вскочил в седло и ускакал назад к дому Готье. Если бы он обернулся, то увидел бы в глазах Джека Девиса смертельную ненависть.
Рене был еще очень слаб, но уже мог есть. Ему совсем не хотелось, чтобы все вокруг него суетились, поэтому он попросил жену и Нетти сменить тему разговора.
Женщины уже пришли в себя. Никаких серьезных повреждений у Рене не было, и они стали обсуждать свою швейную мастерскую.
