Читаем без скачивания Черный Дракон - Елена Коровина

НЕ ОН!..

Но кто? По виду типичный «ботаник». Может, компьютерщик? Сам вон какой большой и сильный разворот плеч, но руки, увы, повисли, как у всех, кто сутками сидит за компом.

Ринка мигнула и подумала: «Может, он из агентства этого… как его… Орлова? Наверное, дело касается редактуры?» — и выпалила:

— Вы от Леонида Николаевича? — Вот и имя-отчество вспомнилось. — От Орлова?

По лицу парня прошла тень улыбки, и он облегчённо прогудел:

— Да! А вы знакомы с ним?

Рина отступила, пропуская гостя в квартиру:

— Не особо. Мы познакомились только сегодня утром. Да вы проходите. Снимайте это! — Ринка ткнула пальцем в одежду — то ли куртку, то ли пальто. — И это! — Она показала на шапку.

Парень стянул чёрное кожаное кепи. Щегольское. «Наверное, дорогое, — почему-то подумала Рина. — А впрочем, какое мне дело?» Но вслух произнесла:

— Хотите чаю? У меня есть очень хороший. «Императорский». Если будете, то пойдём на кухню!

Ринка вдруг остановилась. Потому что вошедший гость молчал. Глядел на Ринку странными глазами — вообще-то тёмными, но почему-то по краям зрачков размывающимися в водяную голубизну. Глядел молча и весьма оценивающе. Но не по-мужски, это бы Рина поняла, а как-то странно. Как будто встретил нечто, чего никак не собирался встретить. Нет, не удивился, не поразился, но…

Что он видел? Высокую грациозную девушку. Да таких пруд пруди. Волосы светлые, но не крашеные «в блонд», а просто светлые от природы с разными прядями — то светлее, то темнее. Но и девиц, решивших не гнаться за модой в окраске волос, тоже хватает. Лицо, правда, странное. Не красивое. Но раз увидишь, навсегда запомнишь. Глаза — вот тут, конечно, закавыка. Глаза не имеют определённого цвета. Да пока она вела его на кухню и говорила что-то, глазищи меняли цвет несколько раз — от зелёного к коричневому. Но ведь такое тоже возможно.

Невозможным было другое. Эмпат почувствовал это с какой-то режущей болью, как будто кто-то начинал всё сильнее скрести прямо по сердцу. Если возникнут молоточки в мозгу, то он не ошибся. Секунда… Другая… И молоточки застучали. Первый. Второй. Груда молоточков… Девчонка несла на себе След Дракона! Он ощущал это так же ясно, как будто видел на её лбу печать этого зверя. У них тут гнездо, что ли?! Сначала Дракон отличил Катеньку — совершенно не таясь, так что эмпат узнал даже её имя. Но почему Катеньку, если есть эта? Или эта девчонка приманила к себе бедную Катеньку, а потом заставила её хитростью прочесть заклинание на смерть? Но тогда то, что ищет Дракон, явно у Катеньки, а ЭТА работает по приказу Дракона.

Рина видела, как дёрнулось лицо гостя, как заходили желваки на резко очерченных скулах. Девушке стало не по себе. Ну что за день?! То Страшное Горе мерещится, то этот странный гость… Господи, ну зачем она открыла?! Ну с чего взяла, что он работает в агентстве?! А ну как он её убьёт?! Или ограбит?

— Вы… — Рина запнулась. — Вы сказали, что знаете Орлова? А как его зовут?

— Леонид Николаевич, — не медля ответил гость.

Рина кивнула, успокаиваясь, и тут же вспомнила — она же сама только что назвала эти имя и отчество. Выходит, её глупая проверка ничего не дала. На девушку наползала паника.

«Отчего она так нервничает? — пронеслось в голове у эмпата. — Она же не должна ничего пугаться. Она защищена от всего. Играет? Пытается что-то выведать?»

Но никакой фальши или игры не чувствовалось — только неподдельный страх. Он даже был уверен, что девчонка подумала о том, что он может её убить. Он — её?! Да он же дилетант в магии. Это сразу должно чувствоваться. Но девица не чувствует. Почему?!

— Вы вообще кто? — выдохнула Ринка.

— Я — Глеб, — проговорил гость. — Я друг Леонида Орлова. А вы?

— Рина Каретникова. Леонид Николаевич передал мне редактуру текста. Просил побыстрее сделать. Но неужели надо было так быстро, что вы уже пришли за ней?

— За кем? — не понял Глеб.

— За редактурой. Вы ведь за ней пришли?

Глеб кивнул, мало что понимая, но желая потянуть время. Чтобы почувствовать ещё что-нибудь. Чтобы разобраться в ворохе чувств и страхов этой Рины. Чтобы понять — кто она и что делать ему.

— Погодите, я запутался, — сказал он. — Леонид дал вам рукопись.

— Да! Ученика Бадмаева. Помните такого?

— Конечно. Это целитель при царской семье. Ещё в XIX веке.

— Ну слава богу! — Рина облегчённо вздохнула. Человек, знающий о целителях XIX века, не станет красть, а тем более убивать. Бадмаев — это почти пароль. Удостоверение не просто образованного, но человека тонкого, мистического ума. И она снова выдала своё: — Хотите чаю? «Императорского»?

Глеб почувствовал, как спадает её напряжение, уходит страх. Как она почти внутренне улыбается ему, хотя уголки губ всё ещё подрагивают. Да какая разница, кто она, эта только что прошедшая сквозь волну паники девочка с меняющимися от страха глазами? Теперь они перестали метаться и засветились тёплым янтарным светом. Цветом чая.

— Да, хочу чаю! — проговорил Глеб и неожиданно признался: — Я озяб. И кажется, напугал вас. Вы простите меня за это?

Чай пили уже в дружеской обстановке. Рина рассказала, что недавно потеряла бабушку, что теперь не работает, поэтому заказ Орлова перед Новым годом оказался очень кстати. Глеб слушал, деликатно прихлёбывая чай. И опять не понимал, почему, рассказывая о себе, девушка не волнуется. А ведь должна была бы. Неужели не чувствует, что она — часть Драконьего племени, а он принадлежит к его ловцам? Но она чистосердечно не чувствовала и рассказывала о себе без боязни. Зато, заговаривая о рукописи, взятой у Орлова, начинала нервничать. В конце концов Глеб решил спросить напрямую:

— Могу я взглянуть на вашу таинственную рукопись?

И снова получил взлёт паники.

— Вы хотите её забрать? Я не успела закончить редактуру. Но завтра я принесу рукопись в издательство. Обязательно!

Это словечко «обязательно» навело Глеба на мысль, что тут что-то неладно. Она не просто не договаривала — она врала! Да и к тому же Глеб изначально не понимал — при чём тут Орлов? И какая-то рукопись? И Бадмаев с учениками?!

Три года назад неизвестный корреспондент пригласил Глеба приехать в Прагу. Глеб чувствовал — зачем. Он же эмпат. Он редко ошибается — речь пошла о Драконе. Сам Глава Братства Разрушителей Времени Леонид Николаевич Орлов предложил Глебу Громову поучаствовать в поимке Чёрного Дракона. Глеб и раньше знал об этом чудовище. Недаром же он состоял в Братстве Разрушителей. О, как он мечтал о новых временах — о ниспровержении старого времени, старого порядка. Уже века тот доказывал свою вечную неспособность к обновлению и счастью человечества. Что бы ни устраивали лучшие умы, в старом времени это не приносило желаемых результатов. Всё выходило, как говаривал незабвенный Виктор Степанович Черномырдин: хотели как лучше, получилось как всегда. Но как же осточертело это никудышное «всегда»!

Нужно было поменять само время, перепрограммировать. Задать новую программу — на счастье человечества. Но на страже стояли Хранители Времени. И первым из них был Дракон. Этот кровавый зверь, готовый ради продления проклятого старого течения времени на горы трупов, череду изнасилований, пути обмана и облапошивания доверчивых людей. Но Глеб не был доверчив. Он сразу согласился помочь в поимке Дракона. Стать тайным ловчим этой пакости. Уйти в подполье, чтобы работать. И чтобы об этом не знал никто, кроме Леонида Орлова.

Три года Глеб изучал все факты, касающиеся Дракона. Уже в конце первого года сумел почувствовать этого зверя и подобраться поближе. Тогда Дракон жил в Париже. Но, заметив присутствие эмпата, перебрался в Женеву, потом в Лондон. Теперь вот явился в Москву. Но Глеб и здесь выследил его.

Пути перекрестились у подъезда этого дома. Стало ясно, что чудовище выслеживает Катеньку. Но зачем Орлов дал этой Рине какую-то рукопись на редактуру? Это не может быть случайностью. Надо взглянуть на саму рукопись!

— Понимаете, Рина, — проговорил Глеб. — Это я переводил текст. И сейчас понимаю, что кое в чём ошибся. Я бы хотел внести правку.

— А завтра нельзя? — как-то потерянно спросила Рина.

— Сейчас! — Слово прозвучало столь категорично, что Рина даже вздрогнула.

В голосе появилось нечто такое, что заставляло подчиняться. Откуда Рине было знать, что Глеб применил один из приёмов, запрещённых в общении с обычными людьми? Но эта девица не была обычной. Она несла печать Дракона. И потому он без зазрения совести поймал выдох Рины (лёгкое сжатие пальцев во время её выдоха), кинул его в воображаемый колодец и закрыл крышку. Крышка была тяжёлой. И Глеб внутри себя не только увидел, как она упала, но и услышал сильный грохот. Как ни странно, но Рина, кажется, услышала этот грохот тоже, потому что вздрогнула и заговорила. Теперь она не могла соврать!