руки, он показался ей тяжелее, чем должна весить книга. «Наверное, это только обложка», – догадалась она, но раскрывать пакет и выяснять, что там на самом деле, не стала – прохожие могли увидеть слишком много.
Как бомбу, как ежа, она несли в руках пакет с книгой, стараясь идти спокойным шагом, что удавалось ей с трудом. Наконец она зашла домой, открыла книгу. Сердцевина ее была вырезана, как будто это передачка в тюрьме, вместо листов бумаги в книге лежал не напильник, нет. В ней была небольшая массивная емкость, похожая на шкатулку. Анна достала шкатулку, для ее открытия нужно было отбросить вверх небольшие замочки, она сделала это, но дальше открывать побоялась. «А вдруг мне нельзя это делать?», засомневалась она. Любопытство в ней боролось с дисциплинированностью. Тут она бросила взгляд на часы: она опаздывала на встречу с ФАСом уже почти на час, надо было спешить. Она вернула шкатулку в книгу, книгу положила на полку среди ей подобных, ничего лучше ей в голову не пришло. Вернувшись домой после встречи, она решила рссказать обо всем отцу Серафиму и шкатулку не открывать.
***
Вот и наступило долгожданное для ФАСа воскресенье. Ровно ко времени он позвонил в дверь, ему открыл высокий старик, с длинными седыми волосами и такой же бородой, его прищуренные голубые глаза искрились мудростью и добротой. Старик был одет в обычный спортивный костюм и домашние тапочки.
– Здравствуйте! Чем могу помочь? – спросил хозяин.
– Здравствуйте! Меня зовут ФАС. Меня позвала Анна.
– А, проходите скорее, молодой человек! Очень, очень рад, что Вы пришли!
– Спасибо! А Анна уже здесь?
– Нет, еще не подошла. Вы хотите сегодня исповедоваться и причаститься?
– Да! Я, конечно, очень волнуюсь, для меня это впервые. Но все равно очень хочу.
– Вы как-то готовились?
– Я так готовился: читал Последование ко Святому Причащению, молебны Иисусу Сладчайшему, Пресвятой Богородице, Ангелу Хранителю. Прочитал книгу про исповедь, выписал на бумагу отдельную все, что я посчитал, относиться ко мне, подумал, может что-то еще надо дописать, дописал. Ну, и постарался пост продержать последние три дня.
– Вы хорошо подготовились, все как надо сделали. Готовы приступить к исповеди?
– Что, прямо сейчас?
– А когда же? Пока все собираются, я исповедую. Как раз сейчас никого нет.
– Конечно!
– Вот сюда пройдите, у меня специальный закуток. Подождите немного, только облачусь.
И вот перед ФАСом, впервые в жизни предстал православный священник в облачении. Конечно, это было не полный его вариант, как на литургии, например, но уже этого было достаточно, чтобы ввести нашего герой в трепет, он даже немного вспотел от волнения.
Отец Серафим действительно сильно преобразился. Из странного старичка в аляповато сидящей протертой «олимпийке» он превратился в статного священника, убеленного сединами подвижника веры. Строгий, но добрый взгляд по-отечески излучал тепло и уверенность. Именно этим взглядом он пригласил ФАСа подойти поближе.
– Как тебя зовут, чадо?
– Если по крестинам, то меня зовут Фёдор. Извините, а почему – чадо? Я же уже совершеннолетний!
– О! Совершеннолетие тут совершенно (усмехнулся он получившееся тавтологии) ни при чем! Все мы – чада Божьи! Так ты, раб Божий Фёдор, имеешь желание исповедоваться? Я слушаю тебя!
Фёдор подошел к отцу Серафиму максимально близко стал шептать ему свою первую исповедь. Говорил он долго, обстоятельно, глубоко сокрушаясь о своих грехах и имея четкое намерение не повторять их впредь, как и должно настоящему христианину. По ходу исповеди священник немного поправлял его, давал пояснения, где это необходимо, подбадривал, видя, что этого новоначального нужно поддержать в определенные моменты. Вот исповедь подошла к концу, священник прочитал разрешительные молитвы, накрыв голову Фёдора епитрахилью.
– Вот и все, Фёдор! Можешь сегодня причаститься!
– Спасибо!
– И тебя спаси Господи!
Тут к ним подошла Анна.
– Привет, Фёдор! Исповедовался? Очень рада за тебя!
– Спасибо! Да, батюшка сказал, можно причаститься!
– Вот это да! Отец Серафим, могу ли я тоже исповедоваться?
– Конечно, Аннушка!
– Сначала я хотела бы Вам кое-что рассказать, это еще не исповедь.
– Да, конечно!
– Мне кое-что передали.
– Можешь не продолжать, я знаю, мне сообщили об этом. Ты посмотрела, что там?
– Я очень хотела, но нет, я не смотрела.
– Молодец, ты очень правильно поступила. Как ты думаешь, что там?
– Думаю, там какая-то реликвия, какая-то важная вещь. Не знаю…
– Там мощи. Точнее, частицы мощей нескольких святых. Их обнаружили случайно и сейчас передают из рук в руки, чтобы было сложнее изъять. Храни их у себя, пока не наступит время передать дальше. Не советую тебе открывать ларец. Помни, мощей святых почти не осталось, они либо уничтожены, либо хранятся в запасниках музеев.
– Конечно, я вообще не буду трогать книгу без необходимости.
– Хорошо! Ну а теперь перейдем к исповеди…
Как только Анна исповедовалась, отец Серафим произнес:
– Друзья, я смотрю, все в сборе, давайте начинать литургию.
Конечно, литургия несколько отличалась от той, которая могла бы быть в храме, но это и понятно – условия были совсем другие. Но священник смог соблюсти все каноны и правила, чтобы служба не прошла зря. Вот так и получилось, что Фёдор и Анна причащались из одной чаши, просто для Фёдора это было первое причастие, а Анна уже потеряла им счет.
Сразу после окончания службы Фёдор подошел к батюшке. У него был один вопрос, который в последнее время его очень волновал.
– Отец Серафим, скажите, если я хочу предложить девушке венчаться, как это лучше сделать? Вообще, может какие-то условия надо соблюсти или традиции?
– Какой неожиданный вопрос! Кто же эта девушка? Кроме Анны, мне что-то никто в голову не приходит…
– Ну… Да… Верно, Вы все, правильно угадали, – очень смутился Фёдор.
– Девушка хорошая… Так ты хоть знаешь, что она тебе ответит на такое предложение?
– Конечно, нет!
– Почему тогда хочешь венчаться? Сейчас это среди молодежи не принято.
– Просто я понял, что люблю ее, хочу быть с ней. Не могу же я с ней вести себя как остальными – соблазнить и так далее…
– Да, я понимаю, что ты хочешь сказать. Но тебе надо понять, как она относится к этому. Она к тебе что-то чувствует?
– Хочется думать, что да – чувствует!
– И еще ты должен понимать, что венчание – это на всю жизнь. Конечно, Православная Церковь признает повторное венчание при определенных условиях, но об этом советую не думать, иначе вообще не стоит венчаться. И еще: венчание не должно быть вторым таинством в жизни после крещения. Если человек всю жизнь до венчания прожил вне церкви, ему надо сначала вернуться с церковь, а уже
