— А как насчет меня, Люси? — спросил Фредди. — Я тоже промок.
Она послушно присела в реверансе, но взгляд на него метнула убийственный.
— Я велю Джейн тоже налить вам ванну, ваша милость, хотя прекрасно знаю, кто во всем виноват.
— Протестую! Это Гримсби хотелось проехаться по городу! А я всей душой был за добродетельную пинту эля в старой сухой «Наковальне».
— «Наковальня»! — Люси резко втянула в себя воздух. — Водить голубчика мистера Гримсби в «Наковальню»! О ваша милость! Ну и мысль! — Она повернулась к Эмили, глядя на нее ясными глазами: — Позвольте мне забрать ваши мокрые вещи прямо сейчас, мистер Гримсби. Я сама их высушу и почищу.
Эмили моргнула. Ресницы Люси трепетали.
— Да, конечно. Спасибо, Люси, — сказала она.
— Она положила на вас глаз, — вполголоса произнес Фредди, когда они поднимались по лестнице.
— Глупости.
— Вы для нее превосходная добыча. Начать с того, что с вами она сможет выбраться из Йоркшира. — Фредди локтем ткнул Эмили под ребра.
— Заверяю вас, у меня нет таких намерений.
Они как раз добрались до площадки. Вдоль коридора располагались семейные покои; наверху, двумя пролетами выше, Эмили ждала ее комната. Люси уже проскочила мимо них, чтобы открыть горячую воду. Фредди посмотрел наверх и покрутил головой.
— Это не важно, мистер Гримсби. Такие намерения есть у Люси. А уж если девушка вобьет что-то себе в голову, для нас, несчастных мужчин, все кончено, старина. Все равно что с вашей шеи сняли мерки, чтобы заказать для нее железный ошейник.
— Откуда такая глубокая мудрость, ваша милость? — поинтересовалась Эмили, положив руку на перила.
Он подмигнул.
— Ну как же! Разумеется, от отца. Как, по-вашему, моя мать охомутала его в двадцать два года, еще юным гвардейцем? — Фредди снял мокрую шапку и встряхнул ее. Капли полетели в разные стороны. — Удачи наверху, мистер Гримсби.
Найти наверху ванную комнату оказалось просто. Из-за двери разнузданными клубами вырывался пар, и слышался веселый голос Люси:
— Заходите прямо сюда, мистер Гримсби! Поселившись в аббатстве, его светлость сразу приказал провести в дом трубы с горячей водой, прямо как в одном из этих шикарных отелей.
Шум воды прекратился, из ванной вышла Люси. Из-под ее чепца выбились волосы, кудрявясь от влаги.
— Ну вот! Я приготовила вам полотенце и кусок мыла. Мокрые вещи можете протянуть мне из-за двери. — Она просияла, с надеждой глядя на Эмили.
— Да, конечно. — У Эмили пересохло во рту. Она вошла в ванную и плотно закрыла за собой дверь. Небо, видневшееся в небольшом квадратном окошке, почернело, по стеклу струился дождь. Люси зажгла две свечи — восковые, а не сальные — и положила белое мохнатое полотенце. Похоже, Эшленд хорошо заботится о своих слугах.
Вода плескалась об эмалированные стенки ванны, от нее исходил пар. Эмили вытащила из кармана письмо и торопливо прочла короткие строчки:
«Обе птички благополучно приземлились. Визит в следующем месяце, как договаривались. Д.»
Эмили с облегчением выдохнула, только сейчас поняв, что задерживала дыхание. Сестры в безопасности, хотя бы на время.
Она сняла шапку, перчатки и куртку, размотала шарф и расстегнула брюки. Аккуратно поставив рядом со стулом башмаки, чуть приоткрыла дверь.
— Вот, — сказала она, протягивая мокрые вещи Люси.
— Спасибо, сэр. О! И не забудьте нижнее белье, сэр! Я сразу же отнесу его в прачечную.
Эмили снова закрыла дверь и расстегнула длинную волглую рубашку. Ткань упрямо липла к коже, пришлось отдирать. Теперь подштанники. Она перекинула все через руку и приоткрыла дверь на каких-нибудь два дюйма.
— Сэр, я спокойно могу…
Эмили приоткрыла дверь еще чуть-чуть и протолкнула белье наружу.
— Ну вот, сэр. О, какие у вас прелестные руки, сэр, не в обиду будь сказано.
— Спасибо, Люси.
— Так много молодых людей не утруждаются уходом за руками, но ваши такие чистые и красивые, как у леди, мистер Гримсби. Осмелюсь сказать, они, наверное, очень чувствительные, правда, мистер Гримсби?
— Они такие же, как и любые другие руки, Люси. Спасибо.
Люси переступила с ноги на ногу. Эмили понадежнее спряталась за дверью.
— Если вода слишком остынет, вы можете открыть горячий кран, — сказала Люси. — Вы, конечно, знаете, как открывать краны, мистер Гримсби?
Эмили вспомнила ванную комнату у себя дома, где установили новейшее оборудование всего несколько лет назад, в качестве свадебного подарка последней невесте князя. Она была изящной, с фиолетовыми глазами и очень глупенькой, хотя и примерно одного возраста с Эмили.
— Да, конечно, — ответила она.
— Потому что если вы не уверены, я могу показать вам как.
— Совершенно уверен. Спасибо, Люси.
— Вы видели, куда я положила полотенце, мистер Гримсби? Потому что я…
— Да, Люси. Я увидел и полотенце, и мыло, и свечи. Все сделано очень толково. Спасибо. Больше мне ничего не надо.
— Когда закончите, можете позвонить в звонок, мистер Гримсби. Он там, на стене. И я принесу вам ужин прямо в комнату, вкусный и горячий.
— Спасибо, Люси.
Наконец шаги Люси стали удаляться по коридору. Эмили закрыла дверь и привалилась к ней.
Но только на мгновение. Горячая вода манила, исходя паром. Эмили заперла замок на двери и разбинтовала груди. Они выскочили на свободу с таким облегчением, что Эмили пробрало буквально до костей.
На стене негромко тикали часы, чуть перекрывая спокойный стук дождя. Эмили ступила в ванну и опустилась в воду.
От тепла продрогшую кожу начало покалывать. Эмили какое-то время лежала неподвижно, закрыв глаза, согнув коленки и позволив рукам свободно плавать на поверхности. Ванна была небольшая, но достаточно глубокая, так что вода укрывала ее по шею, словно закутывала коконом. Щеки под бакенбардами чесались, ей ужасно хотелось сорвать их, но прежде чем выйти из ванной комнаты, придется прилаживать их снова, а без клея это сделать невозможно.
Господи, как хорошо в ванне! Словно каждый ноющий участок тела кто-то ласкает теплом. Эмили открыла глаза и посмотрела на себя, на укрытое водой женское тело. Груди выскочили на поверхность, соски в прохладном воздухе затвердели. Груди у нее были не особенно большие, но круглые, крепкие, красивой формы, и она радовалась, освободив их от бинтов, которые под рубашкой делали их плоскими. Одной рукой Эмили потрогала правую грудь, обхватила ее ладонью, приподняла, словно округлый островок в воде.
Что бы подумал о них Эшленд, увидь он их сейчас?
Эмили ахнула и отдернула руку. Откуда вдруг такая мысль?
