Отряд Зелды, используя стволы срубленных деревьев, наскоро соорудил плотину и перегородил Днепр в районе Ремезы. Когда прибежали запыхавшиеся разведчики и сообщили о приближении драккаров, те, кто был вооружен луками, расселись за кустами, несколько человек с трубками из дудника во рту спрятались под водой, остальные просто легли на землю, замаскировавшись травой и ветками ивняка.
Но что это были за лучники! В руках многих из них – не боевое оружие, а охотничье, и наконечники для стрел по большей части костяные и каменные, редко у кого железные! И что это была за пехота, которая не имела представления о едином строе, не имела доспехов, а мечи – настоящие клинки – видела по большим праздникам в детинце или на ярмарке на заморских прилавках. Единственным серьезным оружием этих людей были гнев и отчаяние.
Драккары сплавлялись вниз по течению, почти не используя весел, – викинги берегли силы. Первым снова шел «Хрофтотюр», на носу которого стоял седовласый херсир – конунг Хроальд-старый. Он чувствовал всей кожей, что где-то должна быть засада. Поэтому приказал поставить щиты на борта, проверить путы на пленниках-траллах и надежность колец в палубе, к которым они были привязаны или прикованы. Сам же херсир после гибели Халли Рыбака не снимал с головы шлема и не расставался с доспехами ни на мгновение.
– Эйнар! – крикнул Хроальд, обернувшись к идущему следом драккару «Фенриру». – Как поживает Фьялар?
– Скучает без дела! – Эйнар коротко свистнул, и рядом с ним вырос огромный пес черного окраса с ощеренной пастью.
– Я печенкой чую, что Один скоро попросит пира! – херсир криво усмехнулся.
– Пира хочет не только Один! – откликнулся Эйнар. – У меня на «Фенрире» еще есть место для пары десятков траллов. Их нужно хорошенько проучить за Халли и Олана!
– За свою речь, благородный Эйнар, ты скоро получишь хорошее вознаграждение! – крикнул Хроальд. И, словно в подтверждение его слов, из-за излучины выметнулась водная преграда.
– О, ваны! – Хроальд дернул ремешок на шлеме, и забрало опустилось на лицо.
Из прибрежных кустов в драккары полетели стрелы; к некоторым из них были приделаны свистульки. Но звук, производимый этими стрелами, викингов скорее рассмешил, чем смог напугать. Несколько стрел вонзились в борта и щиты, другие перелетели за препятствие и поранили своих же плененных сородичей, не причинив самим норманнам ни малейшего вреда.
– Они нам так весь товар попортят! – Хроальд сплюнул с деланой досадой.
Потом Днепр в нескольких местах заволновался, и из-под воды показались бородатые люди с топорами и гарпунами в руках. На топорищах и древках были закреплены волосяные веревки. Нападавшие таким образом рассчитывали подтянуть суда викингов к берегу, чтобы потом выманить их на сушу.
– Эйнар, эти твари хотят отведать наших мечей! – закричал Хроальд, поняв замысел нападавших.
По взмаху его руки с драккаров выстрелили лучники, и сразу с десяток бородачей, незащищенных доспехами, опрокинулись замертво в воду. Длинные, в полтора локтя, стрелы норманнов пробивали человеческую плоть насквозь, а иногда и навылет. Тяжелые топоры легко перерубили волосяные канаты, а длинные багры добили остаток нападавших.
Хроальд приказал налечь на весла, и «Хрофтотюр», вспенивая и буравя днепровскую воду, пошел на лаву.
– Еще! Еще! Еще!.. – командовал херсир в такт поднимающимся и опускающимся веслам. – Держать весло! – крикнул он, когда лава приблизилась на несколько шагов.
Горизонтально поднятые над водой весла замерли. «Хрофтотюр» с разгону врезался в преграду, задрал нос и прополз брюхом по бревнам лавы почти до середины своего корпуса.
– Все – с кормы на нос! – закричал Хроальд так, что по обоим берегам задрожали деревья.
Викинги выполнили команду. Вес на носу драккара увеличился, и «Хрофтотюр» стал, подобно чаше весов, переваливаться через лаву.
– На середину! – заорал херсир, когда корабль носовой частью уже почти коснулся воды.
И «Хрофтотюр» гладким, хорошо просмоленным днищем, словно по маслу, съехал в воду уже с другой стороны заслона.
– А теперь – к берегу! Мечи – из ножен! – Хроальд проверил рукой прочность своего забрала.
После того как «Хрофтотюр» вновь вышел на открытую воду, преодолев препятствие, крепления лавы лопнули, и бревна разъехались по воде в разные стороны, шедший следом «Фенрир» уже не испытывал особых трудностей. Нужно было только успевать работать баграми и веслами.
Причалив к берегу, викинги с «Хрофтотюра» стали перепрыгивать через борта, выбегать на кромку берега и строиться, смыкая щиты.
Зелда, не удрученный провалом первого этапа сражения, решил атаковать всеми силами отряд с «Хрофтотюра», рассудив, что разрозненные силы викингов не устоят под напором кривичей, имевших ощутимое численное превосходство. Русы с отчаянным криком всей гурьбой бросились на врага. Норманны еще продолжали высадку, и их боевые порядки были весьма далеки от грозной хорошо обученной силы. Скорее внешне, с определенного расстояния, они напоминали жалкую кучку растерянных людей, не владеющих инициативой и не готовых к серьезному отпору. Расклад – без малого двести человек, уверенных в своей победе и правоте, против высадившихся тридцати. Еще пять-шесть норманнов должны были оставаться с невольниками.
Но неожиданно «жалкая кучка» превратилась в мощный, небольшой, без единой щели боевой квадрат. Передняя линия этого квадрата опустилась на одно колено и выставила вперед мечи, вторая подняла страшные топоры, а третья и четвертая натянули луки.
Первую волну нападавших кривичей срезало стрелами. А затем началось беспощадное избиение. Викинги стояли спиной к воде, таким образом надежно защищенные с тыла. Мечи, одновременно вскидываясь, разили неприятеля снизу вверх, а топоры рубили головы. Железный квадрат стоял, словно врытый в землю, и напоминал собой маленькую неприступную крепость. В центре этой живой крепости сверкал круглый шлем Хроальда-старого.
Тем временем «Фенрир» на большой скорости прошел мимо сражения и причалил в трехстах шагах ниже по течению. Увлеченные боем кривичи, неся жестокие потери, не смогли разделить силы и не попытались перегруппироваться. Не привыкшие к организованным действиям, они продолжали атаковать викингов бесформенной массой. Вскоре созданная ими свалка стала препятствием самим их действиям. А с «Фенрира» уже шел на подмогу своим другой закованный в железо квадрат. Врезавшись в толпу кривичей с фланга, викинги «Фенрира» отбросили одну часть неприятельских сил к лесу, а другую стали теснить строем к отряду с «Хрофтотюра». Русы оказались зажатыми между двумя «перетирающими железными кулаками».
