— Ну… не гоже слезы по пустякам лить. Инструмент есть? Сейчас мигом исправлю. Будет ваш новый диван как новенький!
Маринка, которой за неимением мужа приходилось часто выполнять мужские обязанности самой, притащила молоток и шуроповерт. Олигарх ловко прикрепил подлокотник на место. Но тут неожиданно нарисовалась новая проблема. Новый диван некуда было поставить, потому что Маринка забыла про старый. Пришлось вытаскивать назад новый. Потом выносить старый. И возвращать новый в квартиру счастливой обладательницы. Маринка сияла как начищенный самовар. А олигарх схватился за спину. Не мог разогнуться и жалобно причитал. Потом велел:
— Сеня, я даже в машину сесть не могу. Гони в аптеку за мазью…
— Не надо! — воспротивилась Маринка. — У меня такая мазь есть. Закачаешься. Вмиг на ноги поставит. Сама ей пользуюсь. Я же на стройке работаю..
— На стройке? — Аркадий Алексеевич обрадовался "коллеге". — Я тоже строитель.
Тут Маринка внимательнее взглянула на носильщика:
— Ой, да ты прораб наверно. Солидный такой. Костюм дорогой. Ой, порвался, измарался. Снимай, сейчас зашью и постираю. Держи мой халатик. Я девушка крупная, тебе впору придется. Тебя как зовут, рукастый?
— Аркадий…
Маринка нарядила олигарха в свой халат, уложила его на новый диван и втерла мазь. Пока Аркадий Алексеевич отлеживался, подруга быстро накрыла на стол. Сказала:
— Ну что, друзья мои. Денег у меня нет. Но угостить могу.
Аркадий Алексеевич удивился: боль и вправду прошла. От застолья хотел отказаться. Но Маринка с бутылкой сродни танку будет, возражать не имеет смысла. Вскоре олигарх сидел на самом почетном месте — возле холодильника. Маринка удивилась:
— Аркаша, а чего ваш сын возле стенки стоит, за стол не садится? Странный он какой-то…
Я еле сдержалась, чтобы не рассмеяться. Работа Сени — охранять богатое тело, при этом оставаться в стороне, незамеченным. Вот бедный парень и встал, как положено, у стенки, напротив входной двери. Аркадий Алексеевич велел охраннику:
— Садись. Только вы, Марина, ему не наливайте. Он за рулем.
— Ладно. Ольга тоже пить не станет. Ей детьми заниматься. Ну да не страшно. Мы с вами расслабимся, да, Аркаша? Давайте на брудершафт. Нравитесь вы мне, Аркадий. Жена есть?
Глаза олигарха погрустнели:
— Уже нет. Другого нашла…
Маринка и олигарх выпили на брудершафт.
Подруга утешала нового знакомого:
— Не переживай, хороших женщин много. Давай еще по одной!
Маринке олигарх явно приглянулся. Да и она пришлась по душе Аркадию Алексеевичу. Ну не станет мужик два дивана туда-сюда тягать, а потом водку дуть, коли дама совсем не нравится. Тем более, что у них имелось много общего. Они говорили о стройке, тема была им обоим близкой и понятной. Жаловались друг другу на отсутствие семьи. Маринка причитала:
— Я вот не понимаю баб, что детишек не хотят, мужу ужин сварганить для них — катастрофа. Это же счастье.
Олигарх искренне поддакивал. Все шло хорошо. Но Маринка ляпнула:
— И без мужика плохо, и жизнь у нас в стране вообще не малина. Проклятые богатеи все в свои жадные ручонки захапали. Копейки платят, на чужом поте жирами обрастают. Ох, как я их ненавижу. А ты, Аркаша?
— И… я ненавижу.
— Считаю, что нужно революцию устроить! Как в 17-м году. И толстосумов к стенке!! А потом из автомата очередью! А затем на Колыму их всех.
— На Колыму, — пьяно поддакивал Аркадий Алексеевич. — Революцию!
Хорошо, что у революционеров закончилось горячительное. Пока Маринка не догадалась отправить "сынка" за добавкой, мы с Сеней вытащили олигарха из-за стола, закинули его руки себе на плечи и потащили к машине. Толстосум сопротивлялся, но мы продолжали подлое дело, медленно, но упорно двигались к мерседесу. Нельзя иначе. А вдруг ляпнет Аркаша, что он олигарх, начнет Маринка революцию незамедлительно. Схватится за скалку. И трындец капиталисту…
Глава 21
Во дворе встретили Стаса и маму Никитки Людмилу Семеновну. Тот помог загрузить многомиллионную ношу. А Людмила встала, руки в боки. Она явно намеревалась не пускать нас в подъезд. И снова орала как потерпевшая. Впрочем, таковой она себя и считала:
— О, хороша мать! Детей отца лишила. С двумя мужиками вдрыбодан выползла. И хахаль-бандит тут как тут. Где же тут дети хорошими будут, коли гены такие!
Я опешила:
— Ты о чем, Людмила? Про Стаса тебе Дарья рассказала, что он не бандит. Извинилась. Что Дашка снова натворила?
— Дашка ничего. Выходной у нее видно от пакостей. Зато смена достойная подрастает. Ириха твоя постаралась.
— Но что могла сделать ужасного пятилетняя девочка?!
— Сына моего до стресса довела!
— Никитку?
— Нет, старший ей не по зубам. Маленького моего Сережку из-за твоей дочери теперь лечить придется. Гони бабки на лечение. Сто тыщ!
— За что? У меня нет таких денег…
— Найди!
Тут вмешался Стас:
— Стоп! Никаких денег, Людмила Семеновна, вы не получите. Не верю, чтобы маленький ребенок другому серьезный вред нанес. Пойдем, Оля, домой, все узнаем..
Люда нас пропустила, но ринулась следом со словами:
— Идем, идем. Сейчас сами все увидите.
В квартиру мы вошли втроем: я, Стас и соседка. Я направилась сразу в комнату к девчонкам и взвизгнула: на кровати сидело чудовище. То ли леший, то ли домовой. Но страшила вдруг кинулся ко мне со слезами.
— Иришка! Ты… чего такая? Дарья, что у вас случилось?
Иришка ревела. Дарья и Люда вперебой рассказывали. Но суть я все же ухватила. Случилось следующее.
Дашка забрала Иришку из садика. Включила ей мультики и пошла готовить. Естественно, в наушниках. Ничего плохого она и предположить не могла.
Вскоре Ирочке стало скучно. Вот если бы Сережка с ней поиграл. Младший сын Людмилы был ровесником Ирочки и очень ей нравился. Потому что был похож на принца из сказки. Ирочка твёрдо решила выйти замуж за Сергея, ну или хотя бы играть вместе с ним. Но жениться на Ирочке Сережка почему-то не хотел. А играть соглашался только, когда у Ирочки были конфеты, чипсы или вкусная газировка. Ирочку это очень расстраивало. Я гладила дочь по голове и утешала:
— Рано ещё женихом быть Сережке, раз он такую Ирину Прекрасную, как ты, не замечает.
Иришка терпеливо ждала, когда жених созреет. Но сегодня случайно щелкнула пультом и попала на кино. Фильм взрослый, но Иришка суть поняла. В этом кино одной тётеньке нравился дяденька, с которым они вместе работали. Но он её совсем не замечал. Только, когда ему что-то было нужно. Как Сережка! А потом тётенька сходила в салон красоты, купила красивой одежды, пришла на работу, и этот дяденька сразу в неё влюбился.
— Да… красота страшная сила, — сказала подруга главной героини.
И у Иришки созрел план. Она собиралась стать красивой-прекрасивой, как тётенька из кино! Ирочка вошла в спальню, где на тумбочке с большим зеркалом стояла моя косметика. Накрасила губы ярко-красной помадой, нарисовала большие чёрные брови. Нарумянила щёчки. На веки намазала синие тени. Конечно, всё получилось не совсем ровно. Если честно, даже совсем неровно. Но Ирочка всё равно решила, что вышло очень красиво. Теперь требовалось платье. Все мои были слишком велики. А вот коротенький старый полушубок из кролика не путался по полу. Ирочка слышала, что у каждой шикарной женщины должна быть шуба. Ирочка надела драного кролика, подвязала пояском. На ноги нацепила мои туфли. Чтобы они не спадывали, надела пару шерстяных носочков. Расплела косички, взбила волосы и набрызгала их лаком, как делала я. Осмотрела себя в зеркале и осталась довольна. Потом вышла на лестничную клетку и позвонила в соседскую квартиру.
— Кто там? — послышался голос Сережки.
— Это я. Ирочка. Поиграть пришла, — ответила Ирочка.
Сережка открыл дверь и закричал. Перед ним стояло настоящее страшилище. Глаза огромные, разного размера, на голове рога, целых три! а губы красные, точно чудище кого-то слопало. Ноги лохматые с копытами! На крик выскочила Людмила, тоже взвизгнула. Но потом присмотрелась, отругала Ирочку и велела домой идти.
