хозяйка – его пока ещё жена Анита Демидова. О каком хозяине идёт речь?
– Э-э-э-э.…
Так, ясно. Похоже, Дамир решил, что он тут теперь царь и бог, если это, конечно, он распорядился. С другой стороны, а кто ещё-то?
Плевать. Пока я тут с этими «двоими из ларца» лясы точу, Соня может так вляпаться, что не разгребём потом!
– Я ухожу, – прищуриваюсь на охранников. – А «хозяину» передайте, чтобы не зарывался, и не таких обламывали!
Прохожу к выходу и, провожаемый взглядами ещё пары мужчин в дверях, оказываюсь наконец на свежем воздухе.
Торопливо сканирую пространство, пытаясь обнаружить Соню в разношёрстной толпе молодёжи, которые толпятся на входе. Нет, её здесь нет. С другой стороны, и на такси небольшая очередь, вон они все стоят, в телефон уткнулись, машины постепенно подъезжают. Вряд ли бы она успела уехать.
Решив осмотреть здание со всех сторон, быстрым шагом иду в сторону поворота на другую улицу.
Я бы, может, и пропустил это… Но мне нечеловечески везёт!
Глаз успевает выхватить секундную вспышку света – в машине, когда открывают дверь. Если бы она стояла под немного другим углом – я бы уже не заметил.
А теперь, вглядевшись в темень переулка, вижу, как двое мужчин затаскивают в машину…
Млять, если это Соня… Я не знаю, что я с ними сделаю.
Не думая ни о чём, срываюсь на бег. Те двое тоже торопятся, один уже оббегает машину и садится за руль. Второй, матерясь, что-то поправляет, прежде, чем захлопнуть заднюю дверь.
Ещё один фактор, играющий мне на руку – фары не включаются до последнего. Двое сволочей явно планируют свалить в темноте, максимально незаметно.… Но в результате не видят и меня, хотя я подбегаю как раз со стороны лобового.
Замечают в последнюю секунду, водитель что-то орёт второму, тот уже садится на переднее сиденье, но не успевает убрать ногу.
Зато успеваю я. И прямо на ходу со всей силы бью ногой по ещё не закрытой двери. Вместе со звуком удара раздаётся мерзкий глухой хруст, а сразу следом – мужской вопль, переходящий в дикие стоны.
Нога у парня повисает, он чуть не вываливается из машины. Очень надеюсь, что кость у него сломана как минимум в двух местах.
Второй, видимо, на стрессе и не думая, газует так резко, что я с трудом успеваю отпрыгнуть в сторону. Но двое орущих придурков с открытой дверью – не слишком удачный вариант для машины. И они не успевают проехать и десятка метров, как врезаются в мусорные баки, составленные тут же.
– Ах, ты….
Грохот и мат вперемешку с криками боли привлекают внимание, кто-то вдалеке возле клуба уже орёт, показывает руками в нашу сторону. Не хватало только здесь вездесущей молодёжи с их мобильными.
Двум ушлёпкам на переднем сиденье не до меня, и я, подбежав, рывком открываю заднюю дверь.
– Соня.… – кое-как вытаскиваю девушку, перехватываю поудобнее, прижимая к себе.
Без сознания. Дерьмо!
– Соня, дыши! – уговариваю её, не зная, слышит она меня или нет. Я заметил потемневшие и слипшиеся на затылке от крови волосы. Её ударили по голове.
– Всё будет хорошо, девочка!
К счастью, я отлично помню, где оставил свою машину, и до неё совсем недалеко. Когда добираюсь туда, поблизости уже раздаются звуки сирены скорой помощи.
Подумав, решаю, что лучше уж привлечь внимание медиков, чем везти сейчас девушку в больницу самостоятельно. Никто не может дать гарантии, что где-то поблизости не стоит Дамир, который, стоит мне тронуться с места, пошлёт ещё кого-нибудь на перехват.
Поэтому когда из скорой выпрыгивает фельдшер, я с Соней на руках встречаю его в паре метров от машины.
– Что тут у вас? – мужчина в возрасте хмурится. – Передоз?
– Черепно-мозговая, – сжимаю челюсти, меня бесит сама мысль, что кто-то вот так походя обвиняет Соню в употреблении.
– Давайте сюда, – фельдшер открывает мне заднюю дверь, и я перекладываю девушку на носилки.
Именно в этот момент она судорожно вдыхает, распахивает глаза.
– Андрей! Андрей!!!!
– Я здесь! – беру её за руку. – Всё хорошо. Всё будет в порядке!
– Они хотели.… – я с трудом разбираю, что она пытается сказать. – Заказ…. доставить нужно было.… случайно…. услышала… – глаза у неё закатываются, тело снова обмякает на носилках.
– Отойдите! – фельдшер отодвигает меня в сторону, ощупывает Соне голову, накладывает повязку, потом какие-то специальные пакеты, видимо, холод. – Так, Вить, – поворачивается ко второму. – Запрашивайся! Поехали!
– Куда? – хватаю его за рукав. – С вами можно?
– Нет, давайте своим ходом, – качает головой мужчина, называет больницу.
Прыгаю в машину и стараюсь держаться за врубившей маячки скорой, не отставая. Доехать, конечно, получается всё равно медленнее – всё-таки я не могу проскакивать на красный свет. Но Соня ещё в приёмном покое, когда я забегаю внутрь.
– Почему не в нейро?! – сердитый низкий голос.
Темноволосый высокий мужчина неподалёку от Сони отчитывает одного из фельдшеров, тот вяло отмахивается, мол, куда дали, а в общей всё забито…
Подскакиваю к Соне, беру её за руку. Девушка открывает глаза, слабо мне улыбается.
– Вы кто?! – хирург – видимо, это он – переключается на меня. – Отойдите от пациентки!
– Никита Сергеевич, – звучит рядом спокойное, – позвольте, я.
У врача словно по мановению волшебной палочки меняется выражение лица. Он слегка улыбается и отходит в сторону, к столу, берёт какие-то документы.
– Будьте добры, пожалуйста, освободите нам место, – обращается ко мне невысокая улыбающаяся брюнетка. Подходит к Соне, осторожно осматривает место удара, поворачивается ко мне в профиль.
Ого! Ничего себе, интересно, как она работает на таком сроке беременности?
Впрочем, все лишние мысли быстро вылетают у меня из головы. Больше всего меня сейчас волнует, как Соня воспримет столько белых халатов вокруг себя. Но врач, которая её осматривает, видимо, обладает каким-то даром успокаивать.
– Всё отлично, – закончив осмотр, довольно кивает. – Удар пришёлся по касательной. Содрана кожа, ушиб.… Если повезёт, даже сотрясения мозга нет. Садитесь, только очень аккуратно, голова может немного кружиться.
Я снова делаю шаг вперёд, помогаю Соне подняться, прижимаю к себе, удерживая.
– Анна Николаевна, подойдите, пожалуйста, – хирург, отвлёкшийся от своих бумажек, зовёт врача.
– Подождите немного, – она улыбается нам, идёт к мужчине, тот что-то негромко говорит.
Забавно. Краем глаза замечаю, как хирург украдкой обнимает её,
