— Вы серьезно, или все это для того, чтобы я не бросала вас одного?
Алекс аж поперхнулся от изумления, вызванного ее словами. Ему гораздо проще было бы без нее, но вслух он этого не сказал. Интересно, спросил он себя, о чем думал Ангус Мактерн Харкорт, обучая свою дочь вот так скакать верхом? Хотя она наполовину шотландка, так что не исключено, что способность к верховой езде у нее в крови.
— Вы опять странно смотрите на меня.
— Я думал о том, что с вашим умением вы могли бы выиграть любые скачки. Если бы у меня были свои лошади и нам не надо было бы бежать прочь от погони, мы с вами могли бы попытать счастья на беговой дорожке.
Кей не удержалась от улыбки.
— Из-за этого у вас с утра плохое настроение? Вы боитесь проиграть мне?
Алекс собрался было ответить правду — что боится будущего и того, что случится, если их схватят, — но не стал этого делать. Он просто опустил взгляд и сказал:
— Я думал о том, что будет ужасно резать такие роскошные волосы. Но дело в том, что с такими волосами, развевающимися за спиной, вы слишком красивы.
Алекс был готов к тому, что Кей сейчас обзовет его мешком дерьма и ускачет прочь, но она взбила волосы и лучезарно улыбнулась.
— Вы действительно так считаете?
— Да, — искренне ответил Алекс.
— Наверное, я слишком вспыльчива, слишком скора на гнев, — сказала она. — Это всегда было моей проблемой. Адам говорил, что это мой главный недостаток.
— А Адам, естественно, всегда прав, — пробормотал Алекс.
Кей сердито посмотрела на него, пытаясь понять, издевается он над ней или нет.
Алекс приложил все силы к тому, чтобы сохранить спокойное выражение на лице и не дать выход рвущемуся наружу смеху.
— Так вы поедете со мной?
— Только если вы будете обращаться ко мне по имени и мы перейдем на ты — заявила Кей. — Я знаю, тебе называли мое полное имя, но обычно все зовут меня…
— Кей, — договорил за нее Алекс. — По первой букве у имени «К» и «Э». Твой брат Нат думал, что тебя так зовут, когда мама перед твоим рождением вышивала инициалы на твоем гардеробе. Она была уверена, что родится девочка. Итак… Кей, ты готова ехать? Скоро мы въедем в город.
С этими словами Алекс пустил лошадь шагом, уверенный, что Кей последует за ним. Однако она не двинулась с места.
Как же много дядя Ти-Си рассказал ему! По ее мнению, он рассказал чужому человеку об их семье слишком много. Хмурясь, она все же поехала вперед.
Услышав позади себя стук копыт, Алекс улыбнулся и подумал, что, возможно, он кое-что понял насчет женщин. С одной стороны, размышлял он, он запятнал свою честь, извиняясь перед Кей и упрашивая ее ехать с ним, но с другой — он победил, так как она едете за ним. Вероятно, гордость и женщины — это две несовместимые вещи. Как бы то ни было, он радовался, что Кей поступает разумно и не мешает ему защищать ее.
— Мне это не нравится, — прошептала Кей, когда Алекс принялся ковырять в дверном замке гвоздем.
— А мне, думаешь, нравится? — прошептал он в ответ. — Мне бы тоже хотелось сидеть дома рядом с женой, а не торчать здесь.
— Прости, — раскаянно произнесла Кей. — Я иногда забываю о твоей утрате.
Алекс надавил гвоздем на что-то в замке, и дверь открылась.
— Быстро, — сказал он, пропуская Кей вперед.
Он на несколько мгновений задержался на крыльце, чтобы оглядеться и проверить, не заметил ли их кто-нибудь. Судя по всему, в это воскресное утро все население крохотного городка собралось в церкви, так что пока им ничего не грозит.
— Милый магазинчик, — сказала Кей, разглядывая забитые товарами полки вдоль стен. В шкафах со стеклянными дверцами плотно висела одежда. — Это не Чарлстон или Нью-Йорк, но для такого городка вполне сносно.
Алекса не интересовало, насколько хорош магазин, главным для него было то, что здесь можно раздобыть все, что им необходимо.
— Надо побыстрее убираться отсюда, — тихо сказал он. — И постарайся не шуметь.
— Тебе все время кажется, что я ничего не знаю, — фыркнула Кей и прошла в заднюю часть магазина.
Позади длинного прилавка стояли коробки и бутылки, а также ящики с галетами и бочка с соленьями.
Алекс достал из-под прилавка холщовый мешок и принялся собирать в него галеты и сушеные яблоки. Он не рассказал Кей, до какой степени его беспокоит, что мистер Грейди узнает о причастности Ти-Си к побегу и станет искать человека с приметами Алекса. Он опасался, что они с Кей проделают весь этот долгий путь и окажутся в ловушке.
С той стороны магазина, где была Кей, не доносилось ни звука. Алекс решил, что Кей переодевается, и не счел нужным беспокоить ее. Он положил заполненный мешок у двери и прошел к шкафам с одеждой. Она была добротной, прочной и хорошо сшитой, правда, не того качества, к которому привыкла Кей. Алексу понадобилось несколько секунд, чтобы снять с себя грязные лохмотья и надеть бежевые, обтягивающие бедра бриджи, белую рубашку с галстуком и длинный темно-зеленый жилет. На полке он выбрал одну из широкополых соломенных шляп — она защитит его от солнца во Флориде.
Оглядев себя в зеркале, Алекс остался доволен своим видом. Теперь он напоминал богатого плантатора, а не беглого преступника, недавно прибывшего из горной Шотландии.
Улыбаясь, Алекс пошел к Кей, чтобы узнать, какой нaряд она подобрала для себя. Увидев ее, он замер как вкопанный.
Кей стояла перед высоким, в рост человека, зеркалом и расчесывала щеткой волосы. Алекс впервые видел ее без плаща. Хотя платье дорвалось по подолу и запачкалось, оно все равно оставалось роскошным. Вырез был глубоким и открывал часть груди. Натренированные мышцы предплечий свидетельствовали о том, что Кей привыкла управлять норовистыми лошадьми, однако это не умаляло изящества ее рук, и короткие рукавчики только подчеркивали его. Подрез под грудью был украшен широкой лентой, юбка мягкими складками ниспадала до самого пола.
Алекс смотрел на Кей и размышлял о том, что это платье она надела для бала в Чарлстоне. Наверное, она предвкушала свидания с молодыми кавалерами, готовилась принять очередное предложение руки и сердца, воображала, как будет рассказывать об этом своим внукам.
Но из-за своей добросердечности она согласилась на то, на что никогда не пошли богатые — и даже бедные — юные дамы. Она рисковала своей жизнью, чтобы спасти совершенно незнакомого ей человека, которого, кстати, считала виновным в убийстве — думать иначе у нее не было никаких оснований.
Алекс наблюдал, как Кей расчесывает волосы. Вероятно, она думает, что расчесывает их в последний раз. Судя по печальному выражению лица, она согласится их отрезать.
