Читаем без скачивания Рожденный для войны - Майкл Стэкпол

Обернувшись и увидев свое зеркальное изображение, Сун-Цу удивился, отметив, насколько образ в зеркале походил на его кузена, Кая Алларда Ляо. Это предостережение! Он достаточно внимательно наблюдал за Каем, чтобы понять — его кузен разыгрывает свою партию, держа карты поближе к груди, и вовсе не собирается демонстрировать весь свой потенциал. По крайней мере, такое заключение следовало из того факта, что образ Кая хранился в мозгу Сун-Цу близко к образу самого Ляо. Возможно, я недооцениваю Кая.

Сун-Цу заставил себя пройти дальше по коридору. Следующим предстал портрет Хэнса Дзвиона, отчего у Сун-Цу мурашки побежали по спине. Хэнс Дэвион, представленный во всей своей славе, крепости и румяном здоровье, полностью соответствовал прозвищу Лис. Для начала он обманом заманил Максимилиана Ляо в когти этой змеи по имени Джастин Аллард, а затем устроил то вторжение, в результате которого отхапал половину миров Конфедерации Капеллана, создавая пограничную область Сарна для недавно появившегося Федеративного Содружества.

Зеркало справа отражало мумию, закутанную в марлевые повязки. Сун-Цу принялся всматриваться в нее, и тут открылся у мумии глаз, и Ляо узнал пронзительный взгляд голубых глаз Дэвиона. Тело казалось более подтянутым и юным, нежели у Хэнса на портрете, и пока Сун-Цу озадаченно размышлял над этим явлением, открылась дверь в его прошлое.

Он вспомнил, как в юности однажды проснулся ночью. Сначала он не увидел деда, лишь ощутил его дыхание да прикосновение пальцев к своей ночной рубашке. Слабый свет ночника, отражаясь в глазах Максимилиана, заставлял их гореть, как у кота.

— Не волнуйся, не волнуйся! — Эти слова были произнесены торопливым хриплым шепотом. — Хэнс Дэвион — мой друг. Это все уловка. Наша уловка.

Дверь в спальню Сун-Цу открылась, какой-то человек выволок деда, а затем пришел отец и успокоил Ляо. Он сказал, чтобы Сун-Цу не пугался, просто дед заблудился. Он сказал, что раскрылась история с созданным Максимилианом двойником Хэнса Дэвиона, и именно это послужило поводом к войне.

— Тебе, сынок, просто приснился плохой сон. Не думай о нем и никогда не говори об этом маме.

Мумия на глазах превратилась в прах, потом половину этого праха унесло ветром, как унесло половину Конфедерации Капеллана. Сун-Цу, трепеща, заставил себя оторвать взгляд от зеркала и двинуться дальше, хотя каждый шаг ему давался с таким трудом, словно приходилось пробиваться сквозь невидимый бетон.

Чуть не вечность тащился Сун-Цу на полупарализованных ногах до портрета Джошуа Марика. Именно сейчас он понял смысл сна: весь его мозг был наполнен только что увиденными образами из-за тех материалов, что прислала Катрин Штайнер. Сун-Цу напряженно всматривался в этот портрет, пытаясь разглядеть хоть какой-либо признак, указывающий на то, что Джошуа мертв, но ничего не увидел. На портрете мальчик выглядел точно так же, как на кадрах головидения — болезненным, но, по мнению Сун-Цу, чересчур здоровым.

Он обернулся к зеркалу и ничего не увидел. Тело его вздрогнуло, он подскочил и сел на постели, скидывая сбившиеся простыни с мокрой от пота груди. Затем, привалившись к изголовью, Сун-Цу отдохнул, слизывая капельки влаги с верхней губы. Что бы все это значило?

В его голове назойливо забубнил голос сестры, объясняя увиденное, но Сун-Цу подавил в себе прошлые воспоминания и настроился поразмышлять трезво. — Мой ум попытался скорректировать полученные данные, но так и не справился с пониманием увиденного образа Джошуа. И это неудивительно, ведь тогда, на Аутриче, он был гораздо моложе. А за шесть прошедших лет ребенок мог измениться очень сильно. Соответствия не получилось, вот отражение в зеркале и не появилось.

Он кивнул сам себе и улыбнулся. Ответ показался ему логичным. Если бы этот сон приснился сестре, она пришла бы к нему, бормоча нечто несуразное по поводу того, что Виктор Дэвион умертвил Джошуа и поместил собственного агента на место Лорда-Наследника Дома Марика. А ему пришлось бы объяснять сестре, что Виктор не пойдет на такое в силу своей бесхитростности. Но Кали все равно не поверила бы в такое объяснение, продолжая цепляться за сон и скрытый в нем тайный смысл.

Сон окончательно покинул его, и мозг заработал четче. Разумеется, Виктор ни за что не пошел бы на подбор двойника для Джошуа. Иначе заварилась бы такая каша! Сун-Цу улыбнулся внезапно осенившей его мысли. Но если Виктор не решился на такой поступок, это еще не значит, что я не могу обвинить его в этом. Виктор, с его непомерным чувством чести, придет в ярость.

Фрагмент за фрагментом замысел сам по себе начал складываться в уме Сун-Цу. Он пришел к выводу, что не стоит выдвигать какие-либо обвинения напрямую. Гнев Виктора может оказаться губительным для Дома Ляо. Вместо этого следует внушить мысль о погублении сына Томасу, и тогда Томас Марик, может быть, вручит ему, Ляо, бразды правления для активизации действий в пограничной области Сарна. А если разозлить Томаса в достаточной мере, то он может и потребовать от Виктора отступного — хотя бы в виде тех миров из состава Конфедерации Капеллана, которые отошли к Федеративному Содружеству.

Сун-Цу встал и босиком прошлепал по полу к письменному столу. Включив компьютерный терминал, он начал набрасывать план и составлять послания, с которых предстояло начать.

— Бедняга Виктор, — тихонько рассмеялся он, — мне приснился сон, который окажется твоим кошмаром.

XI

Сограждане, какое-то паденье!

И я, и вы, мы все поверглись ниц.

Кровавая ж измена торжествует!

Арк-Ройял, Округ Донегал

Лиранское Содружество

4 июля 3057 г.

— Я и сама не знаю, что хочу сказать, Крис. — Кейтлин Келл заправила прядку черных волос за ухо. — На Таркаде разное говорят, но я не могу передать, поскольку мне рассказывали по секрету. Вообще, я привыкла, прежде чем кому-либо что-то объяснять, целиком овладеть информацией, что сейчас и пытаюсь делать.

Кристиан Келл улыбнулся кузине.

— Ну, так ты хочешь, чтобы мы с Дэном выступили в качестве коллективного советника, или просто проверяешь реакцию на твои идеи?

Кейтлин кивнула ему и седовласому мужчине, сидящему на софе.

Дэниэль Аллард, ставший предводителем Гончих Келла после ухода в отставку Моргана Келла, сочувственно ей улыбнулся.

— Особенно ежели дело касается тайны с идентификацией убийцы архонтессы Мелиссы Штайнер. И надо полагать, у тебя есть сомнения в правдивости официальной версии, иначе ты не стала бы поднимать этот вопрос.

Крис поддержал друга:

— У меня тоже есть сомнения в правдивости официальной версии. Я ни капельки не верю в предлагаемый вариант одиночки-сумасшедшего, соорудившего такую бомбу, которая погубила архонтессу и твою мать, Кейтлин. Я слышал краем уха, как ребята из наших подразделений обсуждали навыки, которыми должен обладать человек, имевший дело с такой бомбой. Так вот, если отбросить в сторону тот факт, что этого человека все мы хотели бы удавить собственными руками, то искусство его в этом деле просто впечатляет. И я согласен, трудно поверить в такую случайность, что убийца вскоре после теракта покончил жизнь самоубийством, да к тому же еще и тело не было найдено. Хотя, судя по недавнему убийству Риана Штайнера, похоже, наемные убийцы действительно кончают с собой после совершения акции.

Зеленые глаза Кейтлин превратились в щелочки.

— Как же может быть случайным совпадением тот факт, что два заказных убийства, потребовавших настоящего искусства от исполнителя, кончились самоубийством?

Крис нахмурился.

— Ты полагаешь, тот малый, застреливший Риана потому, что считал себя его незаконнорожденным ребенком, убил и Мелиссу? Решив, что она его мать?

— Нет, дело обстоит совсем не так. Посуди сам, Риан и Виктор были смертельными врагами, и Риан погиб уж в очень подходящей ситуации для Виктора. Его смерть позволила разрядить обстановку на Скаи. — Кейтлин развела руками. — Рассерди Виктора и получи расплату.

— Что-то уж слишком много выводов из одного факта, Кейтлин, — сказал Дэниэль, качая головой. — И мне совершенно не нравится предположение, что Виктор убил Мелиссу.

— Дэн, не сочти за неуважение, но ты знаешь или чувствуешь? — Кейтлин, выйдя из своей маленькой гостиной, отправилась на кухню за стаканом воды. — Ведь твоя семья тесно сотрудничала с Дэвионами.

— Ну и что?

— А то, что ты являешься лицом весьма заинтересованным, чтобы в качестве убийцы выступал кто угодно, но только не Виктор.

Дэниэль кивнул.

— Ага, а твои отношения со Штайнерами означают, что ты не хочешь видеть убийцу в лице Риана?

Кейтлин задумалась и отхлебнула из стакана.

— Да, мы находимся в родственных отношениях с Виктором и Катрин через их дедушку, и следовательно, не являемся родственниками Риана Штайнера. Но мне не внушает доверия официальный вердикт об убийстве Мелиссы, а история гибели Риана попахивает мошенничеством и сокрытием истины.