Читаем без скачивания Рожденный для войны - Майкл Стэкпол

Фелан протянул руку и погладил ее по волосам тыльной стороной ладони.

— Ты думаешь, что смещение Ульрика и возобновление войны помогут тебе сделать карьеру?

— Нет, Фелан, я так не думаю, дело в другом. В Клане Волка много воинов, которые за время вторжения доказали свою состоятельность, но не смогли продвинуться дальше, поскольку не погибают и не уходят в отставку более старые воины. Из всех кланов только Волки выглядели достойно на Токкайдо, но они же и стреножили нашу молодежь. А молодое поколение считает себя частью Клана Волка и мечтает о славе, но уже не верит, что им будет позволено что-либо добавить к этой славе.

— Это Евангелие от Влада.

Ранна протянула руки и встряхнула Фелана за плечи.

— Если ты зациклишься на нем, как на сердцевине проблемы, то не поймешь большего. Мы, кланы, состоим из людей-воинов. Из нас три века создавали воинов с целью, продиктованной необходимостью: получить самые эффективные из когда-либо существовавших войска. Долгое время верх одерживали Хранители, обещая, что наступит день, когда мы выполним свое предназначение и защитим Внутреннюю Сферу от вторжения извне. Но угроза вторжения так и не материализовалась, и тогда верх взяли Крестоносцы, и началось вторжение с целью завоевания Внутренней Сферы. И если наши люди выведены для войны, как можно ожидать от них, что они спокойно будут себя чувствовать в дни мира? Вся наша социальная структура основана на принципе продвижения посредством проведения сражений. Мы даже не можем заниматься самовоспроизводством, пока на войне не докажем ценность нашего генетического материала. Как же управлять такой социальной организацией, когда три поколения воинов лишены возможности сражаться?

— Но мы ведем боевые действия. Мы проводим рейды против других кланов. И разве не так же обстояло дело до вторжения еще на родных планетах кланов?

— Если воин побывал в настоящих сражениях, то эти стычки для него — просто симуляция боевых действий. — Голубые глаза Ранны взволнованно заблестели. — Нас ничто не удерживает против вторжения во Внутреннюю Сферу. Мы проверили и выяснили боевую готовность воинов, а наши роботы лучше, чем те, что имеются во Внутренней Сфере.

— Не всегда.

— Да, не всегда. Мы проигрывали искусным воинам и грамотной тактике, но ты же не станешь отрицать, что мы все-таки овладели четвертью территории Внутренней Сферы.

Фелан задумался.

— А если взять за образец Красного Корсара, то можно отхватить и еще больше.

— Именно на эту точку зрения и опираются Влад и его люди. — Ранна осторожно улыбнулась. — Для них война означает завоевание, а завоевание означает будущее для кланов.

— И этот вердикт является пристрелочным залпом, с помощью которого ильХана хотят заставить изменить свои воззрения на перемирие?

— Лично я так понимаю, но не забывай, что Влад может показать мне лишь одну грань игры из-за наших с тобой взаимоотношений. А истинные движущие им мотивы — учитывая ваши чувства друг к другу — могут быть, и гораздо опаснее. Фелан кивнул.

— Я действительно воспринимаю обвинения в измене, основанные на моем возвышении, чересчур личностно.

— Я понимаю это. — Ранна встала и взяла его ладони в свои. — И думаю, что ты лучше сможешь разобраться с обвинениями после хорошего ночного отдыха.

Фелан позволил поднять себя на ноги, затем обнял ее и поцеловал в дерзко торчащий носик.

— Может быть, и так, но я настолько напряжен, что не смогу сразу уснуть.

— И в этом проблема, мой Хан? — Она быстро поцеловала его в губы и выскользнула из объятий Фелана. Держа руку мужчины в своей, она повела его в спальню. — Я знаю способ, как помочь тебе расслабиться.

— И тогда я засну?

— Думаю, да, — сказала Ранна, гася свет. — Постепенно.

Авалон-Сити, Новый Авалон

Федеративное Содружество

Лишь когда интерком прожужжал второй раз, Виктор Дэвион нажал на кнопку дистанционного управления головизора. Вглядевшись в застывшее лицо Оми Куриты, Виктор улыбнулся. Этот перерыв символичен. Палец его завис над клавишей интеркома, но Виктор так и не смог представить, из-за чего же ему не дали дослушать послание Оми. Он нажал на клавишу.

— Говорит Крэнстон, ваше высочество. Я отыскал результаты голосования, которые вы просили найти.

— Неси.

Продолжая вглядываться в безмятежный лик Оми, Виктор проигрывал в уме услышанное. С самого начала монолога, когда она вежливо упомянула о своем дне рождения и полученном через посла подарке от Виктора, выражение ее лица оставалось спокойным. Затем она сменила тему разговора и пересказала ему содержание послания от брата Питера. Похоже, она знает о нем больше, чем я.

Стало ясно, что Оми и Питер заключили договор доверия во время визита Оми в прошлом году на Солярис, и это обрадовало Виктора. Оми рассказала, что они с Питером совершили путешествие на Занию. Оказавшись там, по словам Оми, Питер добровольно вступил в ряды Дома Святого Маринуса — религиозное убежище для воинов. Тем самым раскрывалась тайна исчезновения Питера с Соляриса, а именно этой новости и не хватало Виктору, чтобы полностью владеть ситуацией.

Но больше всего его изумляло доверие Оми. Она рассказала, где был брат, и добавила, что сам Питер высказал пожелание, чтобы об этом знали лишь Виктор, Кай Аллард Ляо и Оми. При этом она ничего не добавила сверх того, чтобы как-то смягчить ожидаемую сердитую реакцию Виктора. Но именно в силу того, что новости были изложены в такой честной и открытой манере, Виктор и не рассердился. Хотя в любой другой ситуации реакция его могла оказаться совсем иной.

Ведь Питер повел себя вызывающе, покинув Солярис без разрешения. Виктор должен был бы прийти в ярость, но, поскольку все происходило при помощи и под наблюдением Оми, дело предстало совсем в другом свете. Если бы Питеру грозила опасность или он затевал нечто опасное, Оми сообщила бы об этом в своем послании. Производило впечатление и то, что она доверяет Питеру, что подразумевалось само собой. Ведь Виктору сообщили, где был ее брат, сообщили, что он в безопасности — судя по небрежным упоминаниям Оми — и, следовательно, нет смысла раздувать из случившегося скандал.

Она знает меня лучше, чем я сам себя, эта женщина, которую я выбрал, чтобы любить. Хотя они встречались лишь три раза и никак не могли до конца выяснить свои отношения, Виктор не мог себе представить кого-то иного на месте Оми.

Тем не менее он понимал, что Теодор Курита никогда не допустит брака Виктора с Оми. Теодору хватало хлопот с дворянами, которые все его реформы рассматривали как серьезный разрыв с традиционными путями развития Синдиката Драконов. И разрешение Оми выйти замуж за Виктора означало бы для Теодора начало гражданской войны. И если бы традиционалисты вовлекли реформаторов в кровавую междоусобицу, то Синдикат Драконов не смог бы противостоять кланам после завершения перемирия.

Если бы Виктор полагал, что у него есть хоть мизерный шанс получить руку Оми, он давно уже обратился бы к Теодору Курите. Но, может быть, и к лучшему, что их союз невозможен, иначе Виктора в своем отечестве ждали бы точно такие же проблемы. Ведь еще до недавних пор Виктор считал, что наиболее вероятная угроза его владениям исходит от правителя пограничной области Драконис. Люди тех пограничных миров боялись, что отойдут к Синдикату Драконов в качестве выкупа за невесту. Виктор не сомневался, что справиться с ними достаточно легко, но перед лицом новых угроз приходилось учитывать и незначительные.

Обе половины Федеративного Содружества — Дом Штайнера и Дом Дэвиона давно страдали от хищнических устремлений Дома Куриты. Как бы вонзившийся в территорию синдиката Драконов над терранским коридором клин из принадлежащих Федеративному Содружеству планет в основном отошел к нему лишь тридцать лет назад в результате четвертой войны за Наследие. Из-за угрозы вторжения кланов большое количество войск с границы Синдикат Драконов — Федеративное Содружество было переброшено спешно на линию противостояния с кланами, оставив население приграничных миров в состоянии страха и беспомощности.

Но самое важное, что эти миры имели гораздо больше общего с Островом Скаи, нежели с любой другой частью Федеративного Содружества. К тому же Катрин, усиливая свое влияние на Скаи, теперь контролировала и эти миры. Воспримет ли она женитьбу Виктора на Оми как угрозу для себя или воспользуется сложившимися обстоятельствами для враждебного настраивания против него людей? В этом случае она сможет расколоть Федеративное Содружество пополам без единого выстрела.

Виктор ни на секунду не заблуждался относительно намерений Катрин. Войдя в заговор с Рианом Штайнером с целью убийства их матери, она тем самым ликвидировала последний барьер, стоящий между нею и троном архонтессы Федеративного Содружества. У нее была сильная позиция как у владетельницы лиранской половины Федеративного Содружества, но перед угрозой вторжения кланов Катрин зависела от второй половины, полагаясь на ее огневую мощь и обороноспособность.