ситуация была для него далека от неожиданности.
— Я все еще настаиваю на том, чтобы вы огласили свои цели, капитан. Хотелось бы знать, ради чего завтра нам предстоит рисковать жизнями. Для лучшей, так сказать, мотивации в достижении этих самых целей, — упрямо склонив голову, настоял черноволосый. Его голос дрожал от сдерживаемого гнева. Генар с каждой секундой его злил все больше.
Ричард устало вздохнул. Это действительно было вполне ожидаемо от солдата, привыкшего подчиняться не уставу, а авторитету одного человека. Яркие лидеры, вроде Гермеса, которые полагаются на силу личной харизмы, всегда оставляют после себя хаотичный вакуум власти, неизбежно приводя к кризису. А сейчас, чтобы со всем этим разобраться, ему придется повести себя жестко, что настроит против него экипаж, в котором и так на его стороне был только Сол. Несколько обслуживающих системы управления техников замерли, будто мыши, но капитан не сомневался, что вскоре новости дойдут и до рядовых, среди которых большая часть лояльны именно Баррет и Найту.
— Младший лейтенант, вы не правы. Мы не должны оспаривать решения капитана, особенно публично, — внезапно, прежде чем Рич успел ответить, в разговор вмешалась Лина, — Я уверена, что рисковала жизнью не напрасно, а кроме того, Гермес назначал именно Генара своим наследником. Ставя его полномочия нами командовать под сомнения, вы ставите под сомнения и решение Айдана тоже. А этого я не потерплю.
Найт вздрогнул, как будто получил удар в спину, и отвел взгляд, смирив бурлящее в груди негодование. По его мнению, Гермес редко ошибался, но в этот раз он лихо дал маху, поставив вместо себя солнцеволосого, который преследовал лишь собственные цели и готов был ради этого рисковать жизнями всех остальных. Но его мнение и в прошлом часто отличалось от мнения павшего капитана, который почти всегда оказывался прав. Вопрос был только в доверии. И субординации. Подавив недовольство, младший лейтенант вытянулся в струнку и отдал честь, воскликнув:
— Моя ошибка, капитан. Больше такого не повторится.
Генар ненадолго задумался и решил на первый раз спустить дело на тормозах. Его инвестиции доверия к блондинке и ее обещанию быть «хорошим офицером» временно оправдали себя. Вот только во всей заварившейся каше была и ее вина тоже. Окинув младшего лейтенанта холодным взглядом зеленых глаз, Ричард приказал:
— Инцидент исчерпан. Ваш отряд останется на охране судна, а вас я назначаю ответственным за корабль на время предстоящей операции. Свободны.
Поздним вечером, когда в командной рубке они остались вдвоем, Ричард наконец-то закончил разбираться с тонкими настройками автопилота и решил таки довериться «Искусственному интеллекту» судна, отчасти убежденный, что корабль будет подчиняться сдерживающим алгоритмам и не увезет их прямиком в пекло. Устало поднявшись, он потянулся и заявил клювавшей носом над консолью Лине:
— Вот именно поэтому в прошлом среди Искателей считалось, что «Баба на корабле, это к беде».
— То, что вы петушитесь друг перед другом и стремитесь очертить социальный статус, еще не делает меня виноватой во всех бедах, — вскинулась Искательница, поймав его взгляд.
— Ты нихрена не поняла. Найт не передо мной пытался выебнуться. Это он тебя типа так защищал, увидев покоцанной. И если бы ты меньше крутила перед ним задницей, то проблема бы не возникла, — возразил Ричард.
— Я прекрасно это поняла, и поэтому вмешалась, пока вы дров не наломали. Чего сердишься, Рич? Я же тебя поддержала, верно? Смени гнев на милость и не ешь мне мозги, умоляю, — попросила Лина с жалобной улыбкой.
— Что сегодня было в спортзале? Давай определимся, больше никаких неуставных отношений на борту, ясно? — требовательно приказал Генар, разминая затекшие ноги, шагая из стороны в сторону.
— Твое слово здесь закон, капитан. Даю обещание, никаких заигрываний и прочих «отношений» с моей стороны во время службы не будет, — послушно подтвердила блондинка, а затем, усмехнувшись, ехидно добавила, — Надеюсь, тебе будет пофигу, чем мы с ним будем заниматься в увольнительной? Это наше свободное время, и тебя оно не касается…
— Потаскуха. Едва похоронила одного, уже пытаешься запрыгнуть на следующего? Правила поведения экипажа взяты не с потолка, и в их основе лежат исключительно рациональные зерна, и ты будешь их придерживаться, или я найду способ спустить вас обоих на землю, — остановившись, с холодной яростью заявил Генар.
— Лицемерный моралист, — быстро парировала Лина, — Хотя бы не прикрывайся правилами и уставом, тебе на них побоку. Скажи честно, что тебя бесит то, что я не собираюсь тебе принадлежать, словно вещь. Дай волю, ты бы с радостью меня присвоил, как завещал мой славный создатель и твой папочка хренов. Ведь это в нашей природе!
Подойдя ближе и остановившись напротив Искательницы, Ричард взял себя в руки и, глядя сверху вниз, чрезмерно рассудительно произнес:
— Ты не права дважды. Во-первых, я не обладаю талантами прошлого капитана, а потому решил полагаться на проверенный метод командования. А во-вторых, желание мужчины, чтобы женщина принадлежала только ему, это не только вывих сознания, вложенный в нас двоих напрямую. Это результат эволюции, таким образом, самец убеждается в сохранности своих генов.
— Ты собираешься со мной завести детей в ближайшее время? Нет? Вот и не лезь. Я не стану изменять тому, от кого решу родить ребенка. А до тех пор ни в чем не собираюсь себя ограничивать и подчиняться чужим ожиданиям. Твое желание мной владеть — это твоя проблема, Ричи! — зло воскликнула Лина, вскочив на ноги.
А потом она поняла, что ошиблась. Ошиблась сильно и будет об этом жалеть. Ярость и страсть забурлили в крови, он был слишком близко, и губы сами собой потянулись к губам, слившись в адски приятном поцелуе с оттенками вкуса крови. Пульс с места ускорился раза в три, сознание заволокло пеленой, отдаваясь шумом в ушах. Когда их уста разошлись, Лина нерешительно попыталась отстраниться, но сорвавшегося с привязи парня было уже не сдержать. Повалив ее на консоль, он навис сверху, расстегивая китель и пытаясь добраться к груди, его дыхание обжигало, Лина плавилась и начинала течь словно воск. Стало немыслимо жарко, и последние пуговицы расстегивали уже ее собственные пальцы, пока Рич, словно желающий растерзать зверь, припал к обнаженным и нежным округлостям.
Час спустя, стоя под потоками холодной воды в узком душе своей каюты, Лина сгорала уже со стыда. События
