было, чего не было. Но чем чёрт не шутит, а вдруг у корпусного командира настроение будет ещё хуже, чем у нашего полковника. Учинит дознание с целью лишить полковника должности. Ведь может оказаться, у него на это место другая кандидатура, из числа родственников, приготовлена. А тут такой замечательный случай, опоздание к месту сбора, да ещё обман вышестоящего начальника. Как говорится бережёного — Бог бережёт, а не бережёного — урядник стережёт. Вскоре подтянулся полк. Ротный, вместе с вестовым, встречал командира возле его шатра, доложил, вместе зашли в палатку. Пробыли там не долго, ротный выглянул, махнул поварам, мол несите ужин, и выпустил Савелия. Сам остался ужинать с полковником. Значит, всё складывается удачно.
За месяц с небольшим дошли до западных границ и влились в корпус генерала Румянцева. Зря мы паниковали, никто дознания не учинял. Многие полки опоздали ещё больше.
Глава 4. Война без войны.
Встали под Ригой, разбили палатки, начали заготовку дров, я помнил из истории, что стоять тут предстоит до следующей весны, почти год. Так, что обустраиваться предстоит капитально. Странно, что капитан об этом ничего не знал. Я его спросил, почему так? Оказалось, что его учили самому необходимому, война уже шла. Ни истории, ни политэкономии, ни тем более литературы в школе не преподавали. Учили самому необходимому для войны, физике, химии и математике, и всё углублённо. Никто ж не знал, что из того или другого пацана или девчонки получится, боец или учёный. Учёные на войне ой как нужны, они оружия наизобретали столько, что в итоге мы переломили хребет богомолам. Я тоже учился в эпоху перемен, болонская система, Е Г Е, и прочая хрень. Мне повезло с родителями, они были хоть и не из интеллигенции, но ужас как начитанны. Вот и в меня вдолбили советское образование, а потом и в мою дочь, что в дальнейшем ей очень пригодилось. Шутка ли, женщине дослужиться до генерал-полковника и стать министром военного строительства. Что-то воспоминания нахлынули, сейчас не об этом надо думать, сейчас другая война.
В общем решили полковника перетянуть на нашу сторону. А именно заняться обустройством капитального лагеря, не зимовать же в палатках, эдак от армии ничего не останется. Мало того, что «боевой» понос людей косит, дак ещё и простуда и пневмония начнётся.
Высокопоставленным чинам, долго объяснять не пришлось. Дураки и сволочи, до высоких званий не доживают. Идёт, так сказать, естественный отбор, по средством дуэлей. Капитан переговорил с полковником, полковник с командиром корпуса, и далее по цепочки до Опраксина дошло. В общем вырыли и обустроили землянки, срубили несколько бань, несколько сараев для лошадей. Вырыли несколько колодцев. Обустроились. И начались проблемы.
Местное население, то биш рижане, быстро сообразили, что солдаты получают жалование. И это жалование должно перетекать в их карманы. А то пришли, понимаешь ли, какие то азиаты, и тратят их деньги в их же весёлых домах, и в их же трактирах. Да так тратят, что им, европейцам, уже в подобных заведениях и не рады. И пахнет от них, видите ли, не хорошо, и пожрать, и выпить, и услугами весёлых девиц воспользоваться норовят всё больше в долг. Раньше никого это не напрягало. Вот и решили рижане банчить спиртным, прямо на территории военного городка. Да так банчить, что бы у солдат денег на разные антиобщественные мероприятия «посещение публичных домов и трактиров» не оставалось. Ходит такой солдат по Риге, любуется архитектурой и дерьмом, текущим по улице, в общем, культурно развивается, самосовершенствуется. Вот и начались пьянки в землянках, а где пьянки там и драки, вплоть до поножовщины. В нашей роте дисциплина была железная, однако и у нас пришлось несколько человек высечь. И это только начало. Пробовали гнать местных, результата ноль. Ведь к каждому постовому офицера не приставишь.
Сидим значит мы в четвером в штабной землянке, думаем. Все офицеры Квартировались в городе, но канцелярия, какая никакая при роте должна быть.
Один из поручиков заговорил.
— Надо, вернее не надо солдатам жалованье выдавать.
Второй.
— Взбунтуются. Месяц помолчат, а потом кого-нибудь на штыки поднимут. А потом военно-полевой трибунал и пол роты на деревьях развесят, а вторую половину высекут до полусмерти. К весне от армии точно ничего не останется.
Капитан.
— Изъятие лишних денег у солдат — берём за основу, развиваем план дальше.
— А если им их деньги выдавать только перед увольнением.
— Какое-то время это сработает. А потом начнут не все деньги в городе тратить, и опять начнутся дебоши в частях.
И тут меня озарило.
— Я знаю четыреста относительно честных способов отъёма денег у граждан.
— Какой, например.
— Азартные игры, но цивилизованно. Давайте устроим казино, пусть солдаты проигрывают свои деньги нам.
— Развивай мысль дальше, какое казино для сорока тысяч человек?
— Выдадим, каждому десятку колоду карт, научим их играть в покер, и пусть проигрывают свои деньги кому-нибудь одному. А за тем эти, одни, придут к нам, но уже не с парой гривенников, а с рублём. Азарт — великая вещ. Думайте дальше, помогайте, у меня в голове мысль потерялась.
— Сделать в казино ставку скажем не менее трёх рублей.
Продолжил мою мысль кто-то из поручиков.
— Тогда уже соревнование между десятками начнётся. А уже самый счастливый придёт в казино.
— Ещё можно банк организовать, кто свои деньги, честно выигранные не захочет проигрывать, пусть кладёт в банк на хранение, но надо тоже минимальную сумму установить, а то начнут нести по копейки, на чёрный день. Даже если выигравший не пойдёт в казино и в банк, а запьёт, он будет один из десяти, вот и наказание получит один от десяти.
— А как в банке будем солдат идентифицировать, по отпечаткам?
Выдал капитан. У поручиков округлились глаза. Я ответил.
— Думаю да. И надо со всех пальцев брать, вдруг в бою нескольких лишится.
— Заседание окончено, я пошёл на доклад к командиру. Не знаю, что другие офицеры предложат, но наш план мне кажется идеальным. Мы обманем и оберём наших солдат, для их же блага!
Все заржали.
По возвращении капитан сказал, что именно наш план будет принят к реализации, но не нами. Ибо деньги должны уходить к высшему руководству. Они лучше знают, как ими распорядиться для общего блага. Планы же других офицеров разнообразием не отличались. Суть их заключалась в том, что надо больше пороть. Одни предлагали больше пороть солдат, другие больше пороть солдат и унтер-офицеров.
Ну что ж, план принят, а значит пора сколачивать капитал. Фиг я из роты хоть рубль упущу,
