безе со взбитыми сливками. — Я возьму тебе тоже, давай? Ну, давай!
— Нет, Ри, спасибо, не хочу.
Я всегда отказываюсь от их попыток меня «подкормить». Ри и Мэл обе из небогатых семей, и лишние траты им ни к чему. А своим родителям я так и не открыла всей правды. Я писала им, что у меня всё хорошо, но ни словом не обмолвилась, где сейчас нахожусь, и как сказать об этом — понятия не имею. Трусливо откладываю этот момент.
На кассе, одна за другой, прикладываем свои карточки адептов к плоской светящейся зелёной пластине. Во время «оплаты» происходит звонкое щёлканье, будто горсточка монет сыплется в кошелёк. Чужой, разумеется.
В основании пластины указывается остаток гратн на карточке адепта. По привычке смотрю туда, заранее зная, какая сумма высветится.
Сегодня пятница, а это значит, что у меня должно остаться двести пятьдесят гратн, как раз хватит, чтобы поесть в выходные, а потом будет новое начисление монет от Академии.
Встаю, как вкопанная и несколько раз моргаю, когда вижу сумму остатка на своей карточке.
— Простите, — смотрю то на румяную буфетчицу в белом переднике и чепце, то на сумму остатка. — Здесь какая-то ошибка?
Пятьдесят тысяч двести пятьдесят гратн — высвечивается внизу артефакта.
Перепроверяем мою карточку. Ошибки нет. Сзади собирается очередь, я больше не решаюсь её задерживать.
Озадаченно иду с подносом к свободному столику у окна. На душе неспокойно. Откуда эти деньги?
— Можно узнать в бухгалтерии, — предлагает Мэл. — Но думаю, и так всё ясно.
— Что — ясно? — хрипло переспрашиваю я.
— Что у кого-то, — высунув от усердия кончик языка, Ри делит безе на три равные части и ставит тарелку на середину стола. — Очень заботливый муж.
— Бывший муж, — привычно, но уже без былой уверенности в голосе поправляет её Мэл.
— Ой, да брось, — смеётся Ри. — Он явно так не считает.
— Он даже не спросил меня. Мне не нужны его деньги, — растерянно смотрю на карточку адепта на синей ленточке. — Мне ничего от него не нужно, это… это обязывает! А я не хочу... быть ему чем-то обязанной.
Воровато оглядываюсь по сторонам, затем раздражённо стаскиваю с пальца кольцо, которое Арран вновь надел на меня против воли, и прячу его во внутренний карман сумки под молчаливыми взглядами подруг.
— Ну, сходишь в бухгалтерию в понедельник, спросишь, как вернуть, — пожимает плечами Ри. — Сейчас-то не кисни. Ешь, пока не остыло.
Со вздохом ковыряю котлету. Аппетит пропал, на душе неспокойно. Отправляю в рот кусочек, но не чувствую вкуса. Если это и вправду сделал Арран… то это плохо. Это значит, что он не собирается оставлять меня в покое?
Бездна, Лея! А то этого не понятно было после раздевалки!
Злюсь на себя и свою беспомощность перед ним.
— Девочки, — Ри по крошечкам отправляет в рот воздушное безе. — У меня к вам будет огромная просьба. Вопрос жизни и смерти. На следующей неделе проверочная работа по магическим плетениям.
На этих словах щёки Ри вдруг краснеют. Она ниже опускает голову, делая вид, что очень занята пирожным. Любуюсь её упругими огненно-рыжими локонами, которые сейчас свободно падают на плечи и ровную прямую спину. Какая же она у нас красотка!
Проверочная работа…
С трудом проталкиваю в горле котлету. Да, надо на этот раз хорошо подготовиться. Я хочу десять баллов, не меньше!
— Тот, кто получит за проверочную высший балл, сможет выбрать мистера Драгоса своим научным руководителем для курсовой.
Ну, это мне не интересно, я уже решила, что буду писать курсовую по нумерологии, — отламываю ещё кусочек котлеты, насаживаю его на вилку.
— Мне кровь из носу нужен высший балл, девочки! — голос Ри дрожит.
Хмурюсь и смотрю на неё недоумённо:
— Разве ты не по зельям будешь писать? Я думала, тебе они больше нравятся?
— Нет, я хочу к мистеру Драгосу, только к нему! — горячо шепчет Ри.
Ну, к нему, так к нему. Пожимаю плечами, беру стеклянный стакан с вишнёвым компотом, подношу к губам, и даже успеваю отпить немного.
— Вы поможете мне стащить вопросы к проверочной из его кабинета, которые сегодня ему принесла эта мымра мисс Тилли! Пока его не будет, Мэл отвлечёт миссис Грон, а ты, Лея, стащишь вопросы!
Мэл замирает с вилкой в руке, на которую насажены стручки зелёной фасоли, так и не донеся её до рта. У меня же спазм схватывает горло, компот идёт через нос, а из глаз брызгают слёзы.
Кашляю без остановки, закрывшись пачкой салфеток, и не знаю, что сказать в ответ.
9. У ректора
Лея.
Мэл заботливо стучит мне рукой по спине и укоризненно смотрит на Ри:
— А просто взять и выучить никак? Ты лёгких путей не ищешь, да?
— Я не могу рисковать, — Ри заламывает руки. — Вечно путаюсь в этих плетениях, когда вижу… его.
— Но это опасно, Ри, — я наконец-то перестаю кашлять и прочищаю горло. — Забраться в кабинет ректора? Да за такое, наверняка, и отчислить могут!
— Я всё продумала до мелочей! Не отчислят. Мой план-верняк!
Смотрю на неё, будто впервые вижу. Выходит, мне не показалось тогда в лектории. Ри втрескалась в Хэйдэна. Дела…
Подруга сжимает нас с Мэл за запястья. Её горячий захват жжёт мне кожу.
— Эта курсовая для меня всё! На следующий год он не будет у нас вести! Я должна, должна попасть к нему сейчас! Если не получится, то всё пропало!
Влажные от копящихся слёз глаза Ри направлены в потолок. Мы с Мэл молча переглядываемся. Обе в приличном шоке от того, насколько далеко у Ри всё зашло. Она вообще на себя не похожа!
Как так вышло, что мы не заметили этого раньше? Но Ри всегда была скрытной.
В полном молчании Мэл доедает остывшую рыбу. Я смотрю в стакан с компотом и задумчиво вылавливаю чайной ложкой вишенки со дна. Ни одна из нас не готова вот так взять и подписаться на опасную авантюру.
— А знаете, девочки, вы правы, — Ри встряхивает огненно-рыжими локонами и вытирает мокрые щёки. — Это была плохая идея. Забыли.
— Правильно, — выдыхаю с облегчением, — давай лучше вместе
