Читаем без скачивания За мной должок - Марина Серова

В половине одиннадцатого я была около банка и, уже зная их драконовскую пропускную систему, набрала номер телефона кабинета Сабельфельда, воспользовавшись мобильным телефоном.

— Альгеер у аппарата.

— Здравствуйте.

— Добрый день. С кем имею честь?

— Я — старая знакомая Сабельфельда Владимира Ивановича. Выполняла для него работу. Мне бы хотелось встретиться с кем-нибудь из администрации компании «Темпо».

— Я — временно исполняющий обязанности генерального директора. Что вы хотели?

— Понимаете, это не телефонный разговор. Я внизу. Около банка.

Я не собиралась, конечно, выкладывать ему в кабинете всю информацию, в целях предосторожности, но убедиться в том, что он тот, за кого себя выдает, я обязана.

— Тогда, если вам не трудно, поднимитесь ко мне в кабинет. Я распоряжусь, чтобы вас пропустили.

— Хорошо. Буду через пару минут.

Я закрыла машину и вошла в «Темпо», буркнув охраннику:

— К Альгееру, по личному вопросу.

Электрозамок сработал, и я вошла в банк. Здесь было все так же, как при хозяине. Не ощущалось суеты и горечи утраты. Свято место пусто не бывает. Банк жил обычной жизнью.

Единственно, что свидетельствовало о случившемся, — это таблички на дверях банка и у каждого окошка:

«Уважаемые клиенты, по техническим причинам 18.01.99 банк работает до 11 часов. Просим извинить».

То есть через двадцать минут банк по случаю траура опустеет. Тогда, может быть, чтобы не терять времени даром, имеет смысл поговорить с Альгеером прямо в кабинете.

— Я к Альгееру, — пояснила я уже знакомой по первому визиту девушке. Она меня, конечно, не узнала.

— Да, пожалуйста. Виктор Адамович вас ждет.

Я поднялась на нужный этаж, постучала в дверь, на которой все еще висела табличка «Генеральный директор Сабельфельд Владимир Иванович», и вошла.

За столом Сабельфельда сидел светловолосый мужчина средних лет с чисто арийской внешностью. Когда я вошла, он поднялся мне навстречу. Я назвалась именем подруги — рисковать не было особой необходимости.

Исполняющий обязанности директора не уступал в элегантности Сабельфельду. И довольно вежливый. Мне такие люди импонируют. Поэтому я не стала ходить вокруг да около, а прямо заявила:

— Я прошу извинить, но, будьте так добры, разрешите мне, прежде чем начать разговор, убедиться в отсутствии подслушивающего устройства.

— Есть такая необходимость? — Лицо его было спокойно. Лишь брови слегка приподнялись.

— Есть. — Я старалась быть немногословной, опасаясь быть услышанной.

— Почему я должен вам верить?

Я пожала плечами и ответила:

— Я работала на Сабельфельда.

Альгеер взял из пачки сигарету и, спросив меня, не буду ли я возражать, закурил. Он все еще продолжал стоять, поскольку не торопилась присесть я. Очень воспитанный мужчина.

— Ну что ж, проверяйте. — Он курил не спеша, не захлебываясь дымом, как это делают некоторые мужчины, зажав проникотиненными пальцами сигарету.

Во всех его жестах прослеживалось уважение к себе.

— Давайте сделаем это вместе. Я осмотрю кабинет, а вы свою одежду, вернее, ту ее часть, которую по известным причинам мне осматривать неудобно.

Его брови снова изогнулись удивленно.

— Это необходимо, Виктор Адамович.

— Хорошо. Не знаю, почему я вам доверяю?

Я занялась повторным обследованием кабинета, потом его верхней одежды.

— Будьте так любезны, разрешите осмотреть ваш пиджак. — Я не считала, что переборщила. Обжегшись на молоке, дуешь на воду. Вляпаться еще раз я не хотела.

— Как вам будет угодно.

Проверив пиджак и убедив его обследовать самому остальное, для чего ему пришлось удалиться в маленькую подсобную комнату, я приступила к осуществлению цели своего визита.

Я села на стул для посетителей и достала смонтированную пленку и магнитофон.

— Итак. Что мы имеем? — Он уселся на директорское место и ждал продолжения разговора.

— Виктор Адамович, как я уже говорила, я была нанята Сабельфельдом. Владимир Иванович обратил внимание на то, что с некоторых пор в «Темпо» происходит утечка информации, и обратился ко мне с просьбой найти источник утечки. Он заплатил мне аванс — тысячу долларов. Аванс я отработала. Источник утечки информации я установила. Если вас интересуют результаты моего расследования, я могла бы представить вам эти данные. Не бесплатно, разумеется.

— Так вы же только что сказали, что вам заплачено.

— Аванс. А мой гонорар — двести долларов за сутки, не включая текущих расходов. Мне пришлось воспользоваться спецаппаратурой, сделать незапланированные приобретения для достижения цели.

— Сколько?

— Мне лишнее не помешало бы. Но с порядочными людьми я всегда исключительно порядочна. Тысяча меня устроит. Я думаю, что информация, которую вы получите, того стоит. Это поможет вам спасти компанию.

— Какие громкие слова. А если я сочту, что ваша информация того не стоит?

— Вам придется положиться на мою честность.

Виктор Адамович немного поразмыслил и взглянул на часы. Я тоже. Было одиннадцать десять. Банк был закрыт для клиентов.

— У нас сегодня траур. Все сотрудники идут на похороны Сабельфельда. Если вы доверяете мне так же, как я вам, то я расплачусь с вами завтра.

Ему я доверяла, ориентируясь на свое шестое чувство. Но деньги любят счет, и джентльменское соглашение в данном случае, на мой взгляд, было не слишком уместно.

— Я вам доверяю Виктор Адамович, но полагаю, что сделку надо совершить сегодня. Так будет лучше и для меня, и для вашей компании. Мне необходимо продолжить работу, а это требует новых затрат. А вам крайне необходимо владеть ситуацией в столь ответственный момент, когда компания, по сути дела, обезглавлена.

Он закурил новую сигарету.

— Извините, не предложил вам. Вы курите?

— Да, спасибо.

Нажав кнопку селекторной связи, он пригласил главбуха Анну Борисовну. К счастью, та еще не успела покинуть свой кабинет.

Анну Борисовну я уже видела на пресловутой презентации. Этакая монументальная особа, совершенно неприступная.

Несмотря на ее возражения, Альгееру удалось договориться с нею по поводу тысячи долларов.

— Я могу идти? — Она была страшно недовольна самоуправством, как она считала, временно исполняющего обязанности.

— Да, можете. Спасибо, Анна Борисовна.

— Такими темпами вы за неделю пустите компанию по ветру, — недовольно проворчала она и с силой хлопнула дверью.

— Ну, так что там у вас, Елена Михайловна? — Он не обратил никакого внимания на выходку главбуха.

— Как я уже сказала, я обнаружила источник утечки информации. К сожалению, это происходило через самого близкого Сабельфельду человека. На его пиджаке после его смерти я обнаружила «жучок». Если бы я только могла догадаться сразу осмотреть его одежду, он был бы жив.

— Значит, в вашей работе тоже проколы случаются?

— Что поделаешь? — Я пожала плечами. — Я человек, и ничто человеческое мне не чуждо. Мне жаль, что так вышло.

— Продолжайте, пожалуйста. Я так понимаю, вы — та самая дама, которую подозревают в убийстве?

Я развела руками.

— Увы и ах, но я тут ни при чем. В его смерти повинна его жена.

— Таня?! Это абсурд.

— Если бы так. Я сама поначалу не могла в это поверить. Но именно она установила спецаппаратуру по просьбе вашего сотрудника, Рината Галиулина. Он работает на одну из крупных компаний города Тарасова. Та, в свою очередь, охотится за акциями «Нефтегаза», поэтому прибегла к промышленному шпионажу.

Рината ориентировали на покорение сердца Татьяны Александровны. Он использовал все средства, вплоть до наркотиков, и, по-моему, добился своего. Татьяна Александровна в него влюбилась.

Но Ринат строил далеко идущие планы. Использовав удобный момент, то есть презентацию, и информацию о том, что Сабельфельд после торжества поедет ко мне, эта парочка подсунула ему яд в капсулах «Эссенциале». Кроме того, для большей убедительности они состряпали липовое завещание на мое имя. В итоге я оказалась убийцей, а Ринат метит в мужья Татьяне Александровне и в директорское кресло одновременно. Кроме того, акции компании «Нефтегаз» Ринат уже пообещал пресловутой конкурирующей фирме. Тут ему пути назад отрезаны…

— То, что вы говорите, просто чудовищно. У вас есть доказательства?

Я включила магнитофон и дала ему прослушать.

— Надеюсь, голоса Рината и Татьяны Александровны вам хорошо знакомы?

— Разумеется.

Мы прослушали пленку. Общая картина Альгееру теперь стала ясна. Единственное, чего он не услышал, так это упоминания компании «Шафкят и К o » и имени ее владельца. Поэтому он задал вопрос, который я ожидала услышать и на который была готова ответить:

— Елена Михайловна, из записи я не понял, какая именно компания подослала Рината Галиулина?