одного касания к которому сразу хочется вернуться в номер и немного задержаться, отложив на часик дегустацию местного элитного виски. Уверенно ловлю лицо пальцами и хмыкаю, отправляя в топку весь свой самоконтроль.
— Попалась, Афродита...
7
Настя
Раньше я не понимала каково быть жертве с хищником в одной клетке. Не чувствовала на себе это и считала, что никогда не почувствую. Но...
Кажется, судьба надо мной действительно ставит опыты. Сука.
Испытывает, сталкивает всего за сутки, или немного больше, уже в который раз.
И, видимо, не одной мне это не в кайф. Они оба в этот раз не держутся на расстоянии. Мир... Матвей, запустив меня в лифт, оказался ближе. И он же и придавил меня сильно к стене, заставляет смотреть в его голубые глаза и улыбается так, словно так и планировал меня поймать.
— Попалась, Афродита...
Слева чувствую и вижу, как прислонился плечом Дам... Дима. Он не трогает меня, но этого и не нужно, чтобы я прикусила с силой губу и напряглась, ожидая очередной провокации.
— Пусти, — тихо прошептала я, надеясь на их благоразумие и самоконтроль. Я уже не могу нормально соображать. Мне хочется развития событий и приятно быть прижатой сильным и мощным телом. Я ещё пару минут назад уверяла себя, что справлюсь со всем, что они могут вычудить. Но я саму себя нагло обманула.
А я всего лишь забыла в номере телефон! И потому вернулась за ним, пока Ира и наши дети пошли к бассейну.
— Зачем? Я не хочу тебя отпускать, — хмыкнул рыжий, хитро осматривая мою шею, ключицы и явно не просто так. Словно съесть меня хочет. Поворачиваться влево и смотреть на Дами... На Диму — ещё больше опаснее и страшнее.
— Я не хочу, чтобы вы оба ко мне прикасались, — если честно то, как уверенно звучит мой голос — мне нравится. Некая броня, которая, по правде говоря, трещит и лопается по швам. Я дрожу в мужских руках, мурашки проходятся с головы до пят, делая мою кожу ещё больше чувствительной. Я прикусываю губу, немножко неуверенно выдыхаю.
— Пожалуйста... - снова говорю я. Чувствую, что мы втроём сейчас боремся с собственными желаниями. В голубых глазах ещё немного и погаснет свет, и тогда... Я прекрасно помню, что будет...
— Ты даже не можешь представить, как я сейчас хочу ровно противоположное твоим словам, — это шёпот Димы. Мне бы бояться, что они меня просто изнасилуют... Но я этого сама, хочу.
Чёрт тебя дери, Настя! Хочет она...
Сопротивляться с каждой секундой всё сложнее.
— Ты мужчина и можешь держать себя в руках. Вы оба... Можете, — сейчас я уже прошу. Потому что тон такой. Словно молю их самообладание выйти на связь и немного придержать их желания в узде.
Я не могу. Хочу оттолкнуть, но моя ладонь просто ведёт по груди в тонкой белой футболке. И меня бы ему, Матвею, остановить. Но в его глазах ни намёка на просветление или какие-то другие чувства или эмоции. Только всепоглощающее желание.
— Не-а, — хохотнул Матвей. — Не могу. Ты прекрасно чувствуешь, как я хочу тебя.
— Чувствую, — как и то, что он ведёт по талии ладонью, кладёт её на поясницу и прижимает к паху ещё сильнее, немного дёрнув уголком губ.
— Скучала? — усмехается Дима, не давая вообще шанса на спасение. Но хоть не касается, и на том спасибо, чёрт!
Но вот короткий звонок лифта, медленно начинают ехать створки и их от меня практически отбрасывает в противоположную сторону. Матвея я даже сама смогла немного толкнуть, хотя он такой большой, что если бы он сам не захотел — я не смогла бы толкнуть.
Быстро прихожу в себя. Заставляю саму себя собраться. Уверенно поправила платье и сглотнула вязкую слюну, чувствуя, что возбуждение остро ощущается внизу живота. Давит болезненным спазмом и немного отпускает.
— Не скучала. Некогда было, пока воевала с сестрой за свои личные границы, — усмехаюсь.
— Вот как... - негромко произнёс Дима. — Отвоевала? — мы выходим из небольшого лифта, в котором меня чуть не изнасиловали.
— Ещё как, — гордо киваю, сжимая уверенно телефон. — Теперь я враг номер один, — не знаю зачем я это им говорю. Чтобы отвлечься и немного расслабиться после дикого напряжения, или, наоборот, продолжить... Наше знакомство сейчас и показать, что я не против этого самого знакомства. Вообще-то, я и сама не понимаю — чего хочу. В голове сахарная вата, а в трусиках купальника — потоп.
— И умница, — произнёс Матвей. — Мне твоя сестра тогда не нравилась. Теперь — тем более. Что бы у вас не случилось.
— В этом мы точно солидарны. Но, у меня был... Была поддержка и я смогла. Теперь только отбиваюсь, — хмыкаю. — Я пойду. Хорошего дня.
— Беги, беги, Афродита, — Дима шепчет это. Проникновенно, заглядывая в мои глаза своими темнющими, такими похожими с Киром, глазами. — Мы всё равно догоним.
— Вообще-то вы оба женаты.
— Разве тебе не всё равно сейчас было? — хмыкает он.
И ничего ведь не ответишь. Только усмехнулась и пожала неопределённо плечами. Едва мы выходим на улицу, они идут к бару, а я к бассейну.
Дети плавают и общаются о чём-то. Я сразу заставляю себя забыть о том, что произошло сейчас, снимаю платье, остаюсь в купальнике и готова расцеловать свою Ируську. На нашем столике между шезлонгами и под зонтиком стоят два бокала шампанского и небольшая вазочка клубники. Мои вкусы почти не изменились.
— Давай, — я подаю ей бокал, и сама беру свой. Мы негромко чокаемся и надпиваем вкусное полусладкое шампанское.
— Я внимаю. Ты мне обещала...
— Я помню, — ловлю руку подруги и вздыхаю. — Они те самые. С которыми я однажды крутила курортный роман, — она меня тут же понимает, потому что у меня не было больше никого, с кем я так же зажигала. — Я не уверена, но именно Дима и есть... Отец Кира.
Судя по тому, как Ира почти залпом выпила половину бокала, я действительно её шокировала. Но я и сама пью ещё пару глотков. Чтобы хоть немного успокоиться после всего, что только что произошло в лифте.
— Как это... Как это ты не уверена? — шепчет Ира, хмурясь. — Это... Та самая история? Когда ты с двумя была? И... А как...
— Много вопросов, — кусаю губу. — Не усложняй, родная, — я сложила ладони перед собой, умоляюще смотря на неё. — Мне хватило сейчас в номере примерно миллион вопросов... Я только вчера показала Кириллу его отца.
— Малышка... Я просто в шоке от твоей выдержки! Как показала? И Кир теперь
