- Что мерзавка рассказывала о сестре? Отвечай!
Мари вспомнила, что Элия упоминала родственницу и предупреждала, что та в опале.
- Простите мою неосведомленность, - испуганно затараторила Мари, - но я не знала, что у Элии есть сестра. Мы не подруги. Но, если нужно, я спрошу…
- Только посмей! – прошипела Хлада, сжимая веер до хруста. – Идём, – она поднялась, скрывая раскрасневшиеся от гнева щёки под маской из белоснежных перьев, украшенных россыпью бриллиантов. - Пора заканчивать балаган. Следи за моим платьем! Если кто-нибудь наступит на подол, запру тебя в темнице!
Мари послушно засеменила за Хладой, придерживая королевское платье, тянущееся за владелицей длинным шлейфом. Уна Эрнэ объяснила, что после выступлений танцоров настанет черед гостей устраивать пляски, скрыв лица под масками. Завершится торжество «большим круговоротом». Дети Зимы образуют несколько хороводов, а в центре – в самом маленьком круге - по многовековой традиции появится действующая Королева. Тогда-то для Мари и начнется главная обязанность вечера – следить, чтобы наряд Её Величества не пострадал в суете.
Мари не подозревала, что задание окажется сущим кошмаром. Она попала в эпицентр безумия. Все вокруг толкались, наступали друг другу на ноги, неслись по кругу, как угорелые, дико хохотали и требовали освободить побольше пространства. Юная стихийница чуть не плакала от досады. Она не отрывала взгляда от Королевского подола, понимая, что сохранить его в неприкосновенности не удастся. Самой бы не наступить на край и не оставить Хладу без юбки!
А потом случилось непоправимое. Королева завалилась набок. Мари протяжно всхлипнула. Её вина! Не уследила! Не сберегла наряд! Допустила позорное падение Её Величества! Взгляд выхватил красное пятно на белом платье Королевы. Юная подданная заподозрила, что какой-то безумец захватил в хоровод вино. Но одна из дам издала душераздирающий вопль, и Мари заметила предмет, торчащий в боку Хлады – рукоять ножа со снежинками.
- На Королеву напали! – ударили по ушам десятки истошных голосов. – Ранили! Убили! Лекаря! На помощь!
Толпа схлынула в стороны. Одна Мари осталась стоять над лежащей без движения Хладой, держа край ее длинного платья.
****
- Перестань дрожать и отвечай: кто был рядом с Королевой?! Смотри на меня! В глаза!
Рофус Сильвана произносил каждое слово, будто выплевывал. Четко. Требовательно. Властно. От мнимого простофили, кланявшегося Северине несколько часов назад, не осталось следа. Его место занял бульдог с налитыми кровью глазами и челюстями, способными вцепиться в добычу намертво.
Мари плохо помнила первые секунды после покушения на Хладу. Четко память запечатлела боль, причиненную цепкими пальцами Рофуса, втащившего её за волосы в соседнюю с тронным залом комнату и яростно бросившего на пол. Стихийница проехала несколько шагов, порвав подол и ободрав колени в кровь.
- Говори!
- Я… я… не знаю, - пролепетала Мари, пятясь.
- Ложь! – прорычал Рофус, грозно надвигаясь на жертву, будто желал раздавить. – Ты находилась рядом с Её Величеством. Говори, кто приближался к ней! Иначе отправлю в темницу! Может, это сделает тебя сговорчивее?
- Я никого не видела, - выдохнула Мари отчаянно.
Свободное пространство закончилось, и она уперлась спиной в стену. Рофус приблизился вплотную. Лицо обожгло его горячее дыхание.
- Я заставлю тебя говорить, маленькая безродная… - он вскинул руку для удара, но не успел нанести его и закончить ругательство.
Двери хлопнули, и в комнату влетел Король Инэй с непривычно розовыми щеками. На праздничном камзоле Его Величества Мари с ужасом увидела пятна крови. Голова закружилась, к горлу подступила тошнота.
- Что ты выяснил? – потребовал Король ответа у Рофуса. – Кого она видела?
Инэй говорил о Мари, словно её тут не было. Или была, но в качестве неодушевленного предмета – мебели или уродливой вазы, на которую никто не желает смотреть.
- Наглая девчонка упрямится, Ваше Величество, - отчитался Рофус. – Набивает цену.
- Что-о-о?! – рассвирепел Король, пока сердце Мари с бешеной скоростью проваливалось в бездонную пропасть. – Да как ты смеешь?
Инэй схватил её за плечи и сильно встряхнул. Мари ударилась головой о стену, от неожиданности больно прикусив язык, ткань на рукавах нового платья протестующе затрещала.
- Говори сейчас же! Говори, иначе пожалеешь, что появилась на свет!
- Инэй, что ты творишь?! Отпусти её!
Ошалело глядя в синие глаза Короля, мечущие молнии, Мари не заметила, как в комнату вбежал Грэм Иллара. Увидел сцену расправы над ученицей и попытался охладить пыл сиятельного друга.
- Отпусти девочку, - потребовал Грэм, кладя ладонь Его Величеству на плечо. Именно потребовал, пусть и совершенно спокойным тоном. – Я с ней сам поговорю.
Вмешательство друга остудило гнев Короля. Он разжал пальцы, и Мари, переставшая от страха чувствовать ноги, сползла на пол.
- Ситэрра, посмотри на меня, - не теряя времени, учитель опустился рядом. Голос звучал ровно, но жестко. Как на уроках, только без криков. – Рассказывай, что произошло в круге? Давай, Ситэрра, не тяни.
- Я…я…я… не зна-а-а-аю, - Мари вонзила ногти в ладони, чтобы не расплакаться перед тремя ненавистными сыновьями Зимы. Высокомерные и злые неприятели не должны увидеть её слез. – Я не смотрела! Стихийники! Танцы! Подол! – выпалила она. Но поняла, что запутала взрослых, и принялась объяснять по порядку, глядя исключительно на собственные руки. Поднять глаза было неимоверно страшно. – Её Величество ругалась. Сказала, запрёт в темнице, если кто-нибудь наступит на платье. Я только на него и смотрела. Все вокруг сходили с ума, и я боялась, что Королева останется без юбки! Ой!
Мари сообразила, что сболтнула лишнее, но, к счастью, никто не заострил внимание на последних словах, а учитель подбадривающе похлопал по плечу.
- Кто бы это ни был, он выбрал подходящий момент, - обратился Грэм к Инэю. – Все в масках, кружатся, кричат. В такой суматохе не сложно остаться незамеченным. Может, Королева его разглядела? Что сказал лекарь? Когда она сможет говорить?
Инэй сложил руки на груди и мрачно покачал головой.
- Если и сможет, то не скоро. Спроси девчонку о разговоре с Хладой, - велел он другу.
Успокоившись, Король снова начал игнорировать юную подданную. Грэм едва заметно поморщился, не одобрив пренебрежения Его Величества, но выполнил распоряжение.
- О чём вы говорили с Королевой до хоровода?
- О моей соседке, - задрожала Мари, вспомнив отвращение на лице Хлады и предупреждение Элии никогда не упоминать имени сестры. Но решила: будь, что будет. – Её Величество спросила, не упоминала ли соседка сестру. Я ответила, что ничего не знаю о семье Элии.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
