— Скорострельность низковата…
— Так и главные цели ни разу не скоростные, — ответил на это капитан Киборгин.
Угроза оказалась крайне велика, так что Анатолий отправился с очередным конвоем беженцев коих продолжали сопровождать мотострелки в Герат. Просто подать рапорт ему показалось недостаточным, опять же стоило отдать комдиву его долю. С этим тем боле не стоило медлить, наверняка ведь среди офицеров есть соглядатаи Громова.
«Надо сподвигнуть начать охоту за караванами пораньше и провести чистку поселений, чтобы найти уже завезенные зенитки», — подумал он.
— О! На ловца и зверь бежит! — обрадовался его появлению комдив.
— К чему это вы, товарищ генерал-майор? — удивился Анатолий.
— Поздравляю, во-первых, ты теперь член партии. Пришли все документы, так что через полгода-год станешь майором.
Анатолий едва сдержался, чтобы не схохмить на эту тему, дескать предпочитаю быть какой-нибудь другой частью тела, лучше головой.
— Быстро… Спасибо, хорошая новость. А во-вторых?
— А вторая новость еще лучше — прибыл посланник от Ага-хана…
— Еще быстрее… думал полгода тянуть станет. Договорились?
— Договорились, — широко улыбнулся Громов. — За два миллиона! И по сто тысяч в год за охрану общин исмаилитов. Так что тебе причитается миллион. Но сначала придется разгромить базу аймаков, что терроризирует хазарейцев.
— Разгромим, товарищ генерал-майор. У меня добровольцы копытом бьют, можно сказать, так и рвутся в бой! — усмехнулся капитан.
— Даже так?
Киборгин только кивнул. Подумав о том, что неужели комдив не в курсе, что к нему женский персонал отправили. А точнее что за персонал и чем он занимается.
«Хотя с чего ему это знать? — подумал он. — Кадровик все мог по-тихому провернуть, а Громов подмахнул чисто бюрократический пакет документов не глядя».
То с каким остервенением начали бороться между собой роты за главный приз, после того, как победители первого соревнования получили свое, то это что-то с чем-то… болельщики в первый раз оказывается вели себя еще довольно тихо и прилично. Чуть было до трагедий не дошло, когда виновных в проигрыше, чуть не прибили, но капитан понимало такую опасность и пообещал виновных вообще отстранить от участия в соревнованиях.
А так называемые бои без правил он вообще от греха подальше запретил, ибо там реально чуть не убивали друг друга, в итоге в общей сложности из строя выбыло больше полусотни человек по причине множества сотрясений, несколькими десятками свернутых носов, полудюжины сломанных челюстей, несколькими трещинами, а также переломами ребер и конечностей, а также отбитыми потрохами, многие ссали кровью, еще хорошо, что обошлось без разрыва селезенок. Выбитые зубы вообще никто не считал. В общем жестокость зашкалила все разумные пределы.
Оставил только бокс и то с хорошей защитой головы и мягкими перчатками.
Что до размера вознаграждения, то Анатолий сделал вид что поверил комдиву. Поскольку переговоры шли без него, то сумма могла быть и три, и четыре и даже пять миллионов. Но ему собственно было наплевать, миллион тоже хорошие деньги. Плюс дома лям вечнозеленых лежит. Плюс еще что-то удастся «заработать», в общем стартовый капитал будет приличным с какой стороны ни посмотри, немногие таким смогут похвастаться, когда начнется то, что начнется на заключительном этапе Перестройки.
— Я к вам тоже с подарками…
Анатолий поведал о разгромленном караване и о доле Громова.
— Но есть и плохие новости…
Далее он рассказал о зенитном орудии. Как потом все же выяснилось это была все-таки японская зенитка «тип 98».
— Хреново…
Но было видно, что Громову уже по большому счету плевать, его время пребывания в Афганистане подходило к концу, он хорошо заработал и мыслями был в будущем, где карьера его стремительно развивалась. Ему осталось, что называется выполнить дембельский аккорд в виде разгрома базового района аймаков и все.
— Да, как бы идея с планерами не загнулась и все не откатилось на исходную.
— Совсем не откатится, но да, летать станет теперь не так вольготно… — согласился комдив. — Особенно дирижабли под угрозой. Мн-да.
— Я считаю, что нужно начать создавать специальные группы для систематической охоты на караваны и перехватывать их прямо на границе, чтобы хоть так снизить уровень поставок не только зениток, но и прочего вооружения. Я со своим батальоном могу перекрыть по провинциям Нимроз и Гельменд, но и все. Кандагарская граница уже совсем чужая, а основной поток все-таки идет через восточные провинции.
— Хм-м… идея хорошая, надо будет обговорить ее с командующим…
— И еще один момент, товарищ генерал, может вы сможете им как-то воспользоваться и что-то с этого поиметь…
— Да? — чуть напрягся тот.
— Я тут подумал, а чего мы должны отдавать земли таджиков всяким врагам?
— А друзей там нет…
— Друзей может и нет, но есть относительно нейтральные племена, враги наших врагов опять же… Может им? Я слышал о таком деятеле как Мохаммад Наджибулла, он же доктор Наджиб… вроде в Москве сейчас… может он сможет консолидировать вокруг себя подобных нейтралов и врагов наших врагов. Опять же вроде он из кочевого племени родом, вот пусть и откочуют на благодатные земли.
— Хм-м… думаешь в Москве этого не понимают?
— Если честно товарищ генерал я в принципе не понимаю, что там в Москве понимают, а что не понимают, дедушки там сидят очень уж старенькие и как у них с мыслительными способностями дела обстоят я не в курсе…
— Тихо, — нахмурившись, чуть прихлопнул по столу комдив. — Я тебя услышал, подумаю… мысль и правда хорошая… создать еще один центр противостояния с противником… да, хорошая идея… сказать лишним точно не будет.
Громов что-то быстро обдумывал, видимо просчитывал варианты и последствия для себя если выступит с еще одной инициативой, а Анатолий ему не мешал. Но вот командир 5-й МСД очнулся, расслабился и с легкой усмешкой, закругляя разговор, сказал:
— Да, зайди на почту, там тебе письма пришли.
Телепередача с его участием вышла в канун Двадцать третьего февраля, как и статья в газете вышла, ну и как водится это вызвало шквал писем. Писали все, от школьников до всяких заводских коллективов. Раньше эти письма до него не доходили из-за возникшей путаницы с адресами, ведь на момент записи программы обратным адресом являлся батальон морской пехоты, вот и шли письма сначала туда, потом обратно в Герат для пересылки по месту назначения, где и скопились. А скопилось немало, три мешка.
— Сиськимасиськи…
О том чтобы прочесть их все и тем более ответить не могло быть и речи, так что Анатолий стал искать только знакомых ему отправителей, то есть своих бывших подчиненных и родителей. Для интереса правда вскрыл первые же попавшиеся несколько конвертов, но только лишний раз убедился, что все это пустышки, попалось письмо какой-то восторженной малолетки предлагавшая себя в жены, дескать влюбилась и все прочее в том же духе, даже вспомнился фильм «Семь невест ефрейтора Збруева». Та же ерунда, только он в отличие от киношного идиота ездить по адресам давно забывших его дамочек не собирался.
Потому капитан дальше просто брал в руки конверты и отбрасывал в сторону «левые» письма, чтобы потом их сжечь, откладывая в сторонку те, что искал.
Взгляд изрядно замылися после разбора полутра мешков и отбросив очередное письмо с женской фамилией Киборгин дернулся, словно его током пронзило и присев у кучи конвертов стал выискивать его среди прочих.
Нашел.
— Не показалось… — выдохнул он.
Письмо было от бывшей невесты.
«Ну да, глупо было думать, что она не посмотрела телепередачу, а если не посмотрела, то газету уж точно прочитала, а Проханов меня несколько раз сфотографировал, так что просто на фото среагировала бы», — подумал он с очередным тяжелым вздохом.
Сейчас Анатолий не был уверен в том, что поступил правильно, когда пошел на резкий разрыв связи, да, причины были и серьезные, по крайней мере он так считал в тот момент, опять же только-только попал в самого себя и ему казалось, что… много чего казалось.
